Добежав до дома, на цыпочках зашла в квартиру. Заглянула в мамину спальню, где она лежала с книжкой и ждала меня. Доложила, что я дома. Она тут же выключила свет и уснула. Приняв душ, я тоже растянулась на своей постели, вяло размышляя о жизни. Уже слегка задремала, когда резко зазвонил телефон. Пришлось встать и взять трубку, пока не проснулась мама. Звонил Евгений. Откуда ему стал известен мой номер, я даже и спрашивать не стала — наверняка узнал в справочном. Эх, сколько информации о нас выдают разные там справочные бюро… Евгений был весьма недоволен.
— Феоктиста, я же просил вас меня подождать!
Я откровенно зевнула в трубку.
— Не хотела вам мешать. Насколько я поняла, это ваш будущий тесть?
Он грязно выругался. Мне это не понравилось, и я бросила трубку. Тут же раздался новый звонок.
— Не смейте бросать трубку!
Это меня окончательно возмутило, я положила трубку на место и, противненько улыбаясь, отключила звук. Пусть теперь названивает, сколько хочет. Не забыть бы только завтра включить его, а то мама начнет допытываться…
Утром я включила звонок и со спокойным сердцем пришла на работу. Женщины с интересом посматривали на меня, но ни о чем не спрашивали. И правильно делали — кроме тривиальных шуточек, ничего бы от меня не услышали. Зато для них бесценным источником информации была Викуся. Вот уж кто ничего из своей личной жизни не скрывал. Лидия Антоновна, кладезь библиотечных новостей, пробежала по знакомым и сообщила нам, что Викуся, едва придя на работу, первым делом восторженно сообщила, что папочка поговорил с Евгением и тот страшно раскаялся. Она с ним помирилась, и они уже готовятся к свадьбе. Мне это сообщение правдивым не показалось, но оспаривать его я не собиралась.
Встретившаяся мне на лестничной площадке третьего этажа Викуся победно усмехнулась и, задрав нос, гордо прошествовала дальше, неся себя с королевским достоинством. Я несколько призадумалась. Странно, что такой сильный с виду мужчина, как Евгений, уступил напору папочки. Да и Панкратов не показался мне глуповатым деспотом. Но с другой стороны, Викуся не вела бы себя так, если бы у нее не было веских оснований. Она, конечно, актриса, но сегодня она не играла — я это чувствовала. Без слов изобразить глубокое удовлетворение — это надо быть гениальной лицедейкой, а Викуся к этой категории не относилась. Ну что ж, похоже, у нас с ним все кончилось. Ну что же, все к лучшему, как говорится… Но все равно было так обидно, что я даже всплакнула вечерком, уткнувшись носом в подушку.
Вечером Евгений не приехал, не было его и на следующий день. Выходные прошли тускло и вяло, настроение у меня было нулевое, хотя я и пыталась развлечь себя всеми силами.
В понедельник шла в библиотеку как на каторгу. У меня даже мелькала довольно настойчивая мысль поменять работу. Это было печально, поскольку мне нравились и книги, и коллеги, но выносить торжествующую Викусю было выше моих сил.
Она уже откровенно фыркала, увидев меня, я же индифферентно проходила мимо, равнодушно улыбаясь. Вечером мы столкнулись внизу, выходя из библиотеки. Она дернула плечиком и с широкой улыбкой поспешила вперед, к выходящему из машины Евгению.
Он с недоумением на нее посмотрел и двинулся наперерез мне. Я попыталась избежать встречи. Зачем? Мне его извинения вовсе не нужны. И так все ясно. Он вполне современный, рационально мыслящий человек, прекрасно осведомленный, с какой стороны бутерброд намазан маслом.
Резко взяв влево, чтобы не встречаться с ним, я побежала по тропинке нашего скверика. Но он огромным скачком перепрыгнул немаленький газон и оказался впереди меня. Недовольно бормоча под нос о дурно воспитанных бабенках и не обращая внимания на останавливающихся поглазеть на нас любопытных коллег, он ухватил меня за руку и потащил к машине. Викуся гордо выпрямилась, задрав нос, ожидая моего окончательного разгрома.
Евгений остановился у машины и с неприятным прищуром посмотрел на Викусю. Она нежно ему улыбнулась, но он не ответил. Перевел вопросительный взгляд на меня, и я, чтобы не попасть в еще более дурацкое положение, приняла добродетельный вид дамы из Дворца бракосочетания и от всей души благословила влюбленных:
— Поздравляю вас с решением о вступлении в законный брак!
Прозвучало это слишком механически, но и эти казенные слова возымели потрясающий эффект. Евгений обалдело впился взглядом в мое безоблачное чело:
— Это как понимать? Лично я об этом ничего не знаю…
Викуся сначала побледнела, потом покраснела.
— Как это? Мне папа сказал, что вы все уладили…
Он хмуро подтвердил:
— Уладили. Однозначно. Я объяснил ему, что никогда тебя не любил и жениться не собирался и не собираюсь. Не знаю, что он такое тебе сказал, что ты поняла все шиворот-навыворот…
Викуся вытянула указательный палец, стараясь проткнуть им меня.
— Это она во всем виновата! Если бы она не соблазнила тебя, мы были бы уже женаты!
Евгений сердито рявкнул:
— Что ты мелешь?! Никогда бы я на тебе не женился! Я терпеть не могу дур!
Она завопила:
— Так я дура?
Он злобно подтвердил:
— Круглая!
Дальше слушать их разборки я не стала. Повернулась и бросила на ходу:
— Разбирайтесь между собой без меня, пара голубков! А я домой пойду!
Евгений кинулся было за мной, но на помощь мне уже привычно поспешила Викуся. Она повисла на его руке в отработанном захвате, вновь давая мне время уйти. Я в стремительном темпе добежала до трамвайной остановки и отправилась домой на трамвае, изменяя своей привычке ходить пешком в хорошую погоду.
Немного опомнившись от накала прошедшей схватки, почувствовала, как горит лицо. Наверняка это Викуся поминает меня недобрым словом. И что это со мной? Пусть я даже жутко не люблю ссоры и споры, но это столкновение не могло привести меня в состояние дрожащего желе. Значит, это от облегчения. Уж слишком я была уверена, что и в самом деле все кончено.
Эта мысль не принесла моей душе успокоения. Наоборот, я испугалась. Собственные чувства внушали мне такой страх, что я побоялась заглянуть в глубину своей души и сделала вид, что ничего особенного не случилось.
Глава 6
В субботу я проснулась рано. Над широкой рекой, видимой с моего балкона, под яркими лучами солнца рассеивался легкий утренний туман. Воздух был еще немного прохладным, но к полудню день обещал стать жарким.
Куда же мне себя деть? Провести весь день в душном помещении не хотелось, насижусь еще на работе. Звать куда-нибудь Иринку не стоило — они с Алексеем не обрадуются третьей лишней, да мне и самой такая роль не по сердцу. Может, по парку погулять? Одиночество меня никогда не угнетало…
