душу. Король отыскал ее и теперь безжалостно пользовался запрещенными чарами.
Знал бы Файлах, что творилось за его спиной! Возможно, и знал, но предпочитал закрывать глаза. Монарху дозволено многое, даже нарушать подписанные им самим законы. Что до заключенных, то стоит ли жалеть ведьм? Так и так их бы ждала смерть. Тюремщики невозмутимо складировали тела на тележки и сбрасывали в яму, которую после ровняли с землей.
– И все же следовало бы разыскать ее.
Король оторвался от собственного отражения и, запустив руку в карман жилета, извлек оттуда миниатюру принцессы Анны. Он поскреб изображение ногтем, будто надеялся, что ангельский лик вдруг сменится оскалом Темного. Разумеется, ничего такого не произошло.
– Как ты не вовремя наведалась к родне! – пробурчал он. – Все не слава богу, еще и запонка пропала… Мелочь, а неприятно.
Убийство Таисии придется замять. Увы, Гейл не смог проследить ниточку от убитой до создателя проклятия. Она тянулась за пределы дворца, растворилась среди столичных улиц. Брат говорил, это из-за времени. Мол, и проклятие изготовили не вчера, и позвали его не сразу. Так что кончено. Нечего и думать вести расследование под носом пронырливой гентебергской свиты! Старый лис Карл может отозвать согласие на брак под предлогом развращенности энийского двора. Сам он грешил столько, что хватило бы на десяток жизней, именно поэтому мог пойти на поводу набожной супруги, в качестве искупления вины, так сказать.
Хантер тяжко вздохнул. Тяжелые предстояли времена! Положим, он не собирался пренебрегать супружеским долгом, но хотелось бы разнообразия. Опять же делать все в постели самому… Нечего и думать, будто Анна, скажем, согласится встать на колени и доставить ему удовольствие немного иного рода.
– Главное – дотянуть до свадьбы, потом уже легче. Вдобавок всегда можно первым обвинить жену в разврате. Будто при дворе не найдется смазливого юноши, который бы ее скомпрометировал!
Хантер вновь, теперь уже довольно, усмехнулся и захлопнул медальон с миниатюрой. После вырвал ненавистные седые волоски. Вот так, он не стареет и будет править еще долго, возможно, даже вечно.
Уловив в отражении чью-то тень, Хантер резко обернулся.
– Какого Темного! – взревел он, взбешенный незваным визитером.
Тот мог случайно видеть или слышать то, что другим знать не полагалось.
– Ваше величество!
Эдисон Миштон склонился в низком поклоне, едва ли не подмел руками пол.
– Какого Темного вы врываетесь ко мне без стука, без доклада? – продолжал бушевать король.
Он расхаживал перед зеркалом, словно дикий зверь, бросая на начальника Тайного сыска испепеляющие взгляды.
– Но вы сами просили в любое время дня и ночи… – растерянно пробормотал тот и нервно сглотнул.
Над головой Эдисона стремительно сгущались тучи. Только он благополучно избежал наказания за связь с Таисией, как рисковал попасть в опалу из-за пустяка, дурного расположения духа монарха.
– Что просил?
Немного успокоившись, Хантер опустился в кресло и помассировал виски. С некоторых пор от сильного нервного напряжения его мучили головные боли.
– Докладывать. Так вот, – Эдисон выпрямился, сделал нерешительный шажок к монарху, – я кое-что выяснил о Мардонах. Если угодно, об Ирен Дориан тоже.
– Что?!
Король подскочил. От неожиданности начальник Тайного сыска попятился и едва не выронил папку, которую сжимал в руках.
– Что-то не припомню, – прищурился Хантер и силой воли заставил себя вновь опуститься в кресло, – чтобы я поручал вам поиски некой… Как там ее? Ирен… Ирен Дориан.
На самом деле он прекрасно помнил ее имя. Имя той, которая второй месяц не давала ему покоя. Единственной выжившей ведьмы. Воскресшей из самой преисподней. Зато кто такие Мардоны, он понятия не имел.
– Я стараюсь предугадывать желания вашего величества, – подобострастно улыбнулся Эдисон. – К тому же вы запамятовали, поручение все же имелось. Немного иного толка, но…
– Говори! – Хантер взмахом руки прервал его словоблудие.
– Так вот, – прочистив горло, победоносно доложил Эдисон, – никакой Аннет Мардон не существует.
Он замер в ожидании реакции монарха. Хантер действительно не поручал его ведомству заниматься расследованием смерти Таисии напрямую, про Ирен и вовсе разговора не было, но Тайный сыск на то и тайный, чтобы держать нос по ветру. Только благодаря своему чутью Эдисон выбился наверх и надеялся, что греха таить, забраться еще выше. Дворянство, министерский портфель, а то и должность посла в какой-нибудь стране – чем не достойное завершение карьеры! Для этого придется вертеться, служить сразу двум господам: Гейлу и его венценосному брату, порой шпионить за обоими.
– Кто это? – устало переспросил король.
Головная боль усиливалась, он мечтал скорей выставить начальника Тайного сыска вон.
– Компаньонка покойной тьессы Спенсер, двоюродная сестра вашей нынешней пассии…
Эдисон осекся, но поздно. Брови Хантера сошлись на переносице. Когда его рука потянулась, замерла над колокольчиком для вызова слуг, Эдисон мысленно попрощался с жизнью.
Подумать только, всего одно неосторожное слово!
Однако король раздумал.
– Следите за языком, тьес! – припечатал он звенящим от гнева голосом. – Укоротить человека на голову очень легко, а вот пришить ее обратно не получится.
– Совершенно верно, ваше величество, вы абсолютно правы, – залепетал Эдисон и, поколебавшись, уточнил: – Так про компаньонку рассказывать?
Хантер кивнул.
– И других дам тоже.
Он потер вспотевшие ладони.
Пес с ней, какой-то компаньонкой, скорей бы Эдисон заговорил об Ирен! Однако дальнейшие слова начальника Тайного сыска заставили короля обратиться в слух.
– Хм, крайне интересно, даже очень! – выслушав доклад, с хищной улыбкой подытожил Хантер. – Похоже, кое-кто лишится должности, может, и не только. Я хочу, чтобы вы установили настоящее имя той, которая выдает себя за Селену Мардон.
– Заключить ее под стражу? – с готовностью предложил Эдисон.
– Нет, – покачал головой Хантер. – Потом – возможно, а сейчас пусть поет. Вдобавок с ней Гейл. У него нюх, никакая маскировка не спасет. Так что мы имеем дело с обычной аферисткой.
«Которую я без лишних слов уложу в постель, а после вышвырну из дворца», – мысленно закончил король.
– Куда больше, – он сложил пальцы домиком и устремил немигающий взгляд на собеседника, – меня волнует Ирен Дориан. Я хочу знать, жива она или мертва. Ваши сведения… Они ни к Темному не годятся! Видели где-то два года назад! Напоминаю, найти ее в ваших же интересах. В первую очередь ваших. Равно как и молчать о замке Квик. Не все, скажем так, одобрят ваш поступок.
Эдисон вздрогнул. Губы прошептали молитву, хотя, свидетель Всевышний, начальник Тайного сыска никогда не считал себя набожным человеком.
– Ведьмы мстят изощренно, – подливал масла в огонь Хантер. Он получил воистину садистское наслаждение от смены эмоций на лице подданного: беспокойства, страха и, наконец, ужаса. – Найдите ее первым, Миштон, иначе она найдет вас.
– Неужели вы думаете?..
Незаконченный вопрос повис
