Работая на островах Палау, команды тральщиков скоро получили возможность убедиться, что японцы очень эффективно используют оборонительные минные поля. Якорные контактные мины охраняли незащищенные пляжи и якорные стоянки. А возле островов Пелелиу и Ангаур мины были установлены близко к поверхности. Входы в проход Коссол, лагуны Улити и Нгулу были плотно заминированы. Только в проходе Коссол были обнаружены 30 мин.
Тральщики работали без устали, но не могли уничтожить все мины. Неудачливый «LVT», танк-амфибия, выползая на берег Пелелиу 15 сентября, напоролся на мину, уничтожившую танк и его экипаж. На следующий день в проходе Коссол эсминец «Ведли», следующий за тральщиками и расстреливающий поднятые мины, напоролся на одну, которую тральщики пропустили. Взрывом убило четырех и ранило 15 человек. Многие помещения оказались затопленными, однако эсминец остался на плаву.
Из Улити, где войска 25 сентября вышли на берег, не встретив сопротивления, японцы ушли месяцем раньше, однако их мины все еще оставались в лагуне. Тральщики приступили к ее тралению. Однако некоторые из них, как обычно, скоро были переведены на другие работы, и на месте до самого конца оставались только «Пребл» и несколько кораблей «YMS». За 37 дней были обнаружены 229 химических «рогатых» контактных мин. Моряки одного только «YMS-325» записали на свой счет 77 единиц! Как и в Пелелиу, плавучие мины расстреливали с других кораблей. Некоторые мины при попадании в них наполнялись водой и тонули, но 173 единицы взорвались, всякий раз поднимая в небо белые водяные столбы. Куда менее удачным оказался взрыв «рогатой» 1 октября – он разнес в щепки «YMS-385». Этот оказавшийся несчастливым корабль прибыл к Улити только днем раньше. В минной войне несчастье всегда приходит внезапно. Через 11 секунд после возгласа впередсмотрящего «Мина прямо по курсу!» произошел взрыв. 10 человек были убиты на месте. Корабль разломился на три части, и носовая секция очень быстро затонула.
Вскоре Улити стал весьма популярной якорной стоянкой и самым обитаемым районом Тихого океана к западу от Пёрл-Харбора. Однако время от времени там все-таки появлялись мины, словно желая напомнить морякам, что они никогда не сдаются. 28 октября на мине подорвалось вспомогательное судно «Вирбирум». А 12 января мина взорвалась под днищем судна «Мазама» с боеприпасами, когда оно спокойно стояло на рейде.
Пока велось траление в Улити, «Монтгомери» и другие «YMS» были отправлены в лагуну Нгулу, где они обнаружили 79 мин. От «Монтгомери», который занимался расстрелом вражеских мин в Пелелиу и Улити, теперь отвернулась фортуна. Причем за несколько минут до происшествия вахтенные на мостике получили сомнительную привилегию наблюдать, как это произойдет, не имея возможности предотвратить неизбежное. В 9.40, когда корабль находился на якорной стоянке, в 100 футах слева по борту была замечена погруженная мина. Следующие несколько минут прошли в лихорадочной спешке. Аварийная партия задраивала водонепроницаемые двери и люки, механики запускали машины, палубная команда поднимала якорь с такой скоростью, с какой вряд ли делала это раньше. Но ничего нельзя было поделать. Корабль ветром несло прямо на мину, и произошел взрыв. Один офицер и три матроса погибли, корабль получил серьезные повреждения.
Заняв Улити, американцы установили вокруг боновые и сетевые заграждения для защиты от японских субмарин. А японцы не оставляли надежды вернуть контроль над Улити. Рано утром 20 ноября тральщик «Бдительный» (полностью оправдав свое название) заметил вблизи Улити перископ и немедленно ринулся в атаку. Малая субмарина, ведомая одним человеком, была протаранена и потоплена эсминцем «Кейз». В то утро были потоплены еще две «кайтены», но одна из них уже успела торпедировать груженый танкер. Днем раньше в проходе Коссол была замечена японская субмарина «1–177». Ее потопили эсминцы «Конклин» и «Макрой Рейнолдс». Так было покончено с деятельностью вражеских кораблей в районе Каролинских островов. У уцелевшего флота появились дела значительно ближе к дому.
Гуам, Улити, Пелелиу… Острова тянулись цепочкой через Тихий океан в сторону Филиппин, где генерал Макартур и 7-й флот направлялись к Маниле. Но от Марианских островов путь к Токио лежал на север к Иво-Джима и на запад к Окинаве. Оба острова было необходимо взять. В феврале 1945 года 5-й флот Спрэнса двинулся к Иво. В это же время авиация адмирала Митчера нанесла несколько бомбовых ударов по Токио. После Иво оставался только один промежуточный пункт: Окинава должна была стать последней остановкой.
Поскольку Иво являлся стратегически важным пунктом в обороне японских островов, ожидалось, что он будет хорошо укреплен. Так и оказалось в действительности. В его обороне японцы использовали все, кроме мин. Но, учитывая, что на Иво не было удобных гаваней и якорных стоянок, отсутствие мин вполне объяснимо. Вероятно, японцы решили, что американцы непременно проявят подозрительность и перед высадкой проведут траление, дав возможность береговым батареям обстрелять тральщики и задержать остальные корабли. Поэтому определенный психологический эффект от несуществующего минного поля нельзя было отрицать.
Предшествующий высадке десанта обстрел Иво начался 16 февраля. Памятуя уроки Пелелиу и Улити, моряки не могли проигнорировать возможность существования японских минных полей и привели к острову довольно много тральщиков. В операции впервые участвовало новое тихоокеанское минное подразделение, которое задействовало для поиска мин 43 корабля. Его недавно назначенный командир адмирал Шарп наблюдал за развитием событий с флагманского корабля «Террор».
Тральщики заняли свои места в 4.00. Два часа спустя они приступили к работе. В пределах 100-саженевой изобаты велось траление якорных, магнитных и акустических мин. С «Чандлера» заметили одну мину в 10 милях к юго-востоку от горы Сурибачи. Старая и проржавевшая, она, скорее всего, приплыла сюда издалека. Это была первая и последняя мина в районе Иво, хотя об этом еще никто не знал. Тральщики двигались к берегу, где их с нетерпением поджидали японцы, уже уставшие держать пальцы на спусковых крючках. Они вели огонь из малокалиберных орудий и пулеметов, к счастью весьма неточно. До самого вечера ни одной мины больше не было обнаружено, и траление было прекращено.
Все остальное время тральщики занимались другими делами. Несколько относительно новых кораблей «DM» сначала обстреливали остров, а потом выпускали осветительные снаряды и ракеты для высадившихся на берег морских пехотинцев. «Томас Э. Фрейзер» некоторое время вел огонь с расстояния прямого выстрела по засевшим в пещерах на Сурибачи японцам, затем расстрелял долговременные огневые точки, расположенные у подножия горы, а потом сорвал попытку вражеских пловцов совершить атаку с фланга на морских пехотинцев. Артиллеристы «Фрейзера» оказались такими азартными и полными энтузиазма, что за время пребывания на Иво им пришлось 12 раз пополнять истощившиеся запасы боеприпасов. «Шэннон» и «Генри Дж. Вилли» также успешно занимались обстрелом береговых укреплений противника, а «Гвин» сбил свой первый японский самолет.
17 февраля в 10.45 под прикрытием огня с «Невады», «Айдахо» и «Теннесси» к берегу направились «лягушки». В этой операции им принадлежала важная роль. Дюжина «LCI» доставила их на расстояние 1000 ярдов от берега. Остальную часть пути они проделали в резиновых лодках. Высадившись на берег, подрывники приступили к делу, а корабли, оставшиеся в море, подверглись жесточайшему обстрелу. Японцы поняли, что движущиеся в направлении берега «LCI» везут десант, и обрушили на них всю свою огневую мощь крупнокалиберной артиллерии и минометов. Уже через 45 минут девять десантных плавсредств были разбиты, остальные повреждены. В «LCI(G)-474» за восемь минут угодили 14 снарядов. С колоссальным трудом лейтенант Рейхл сумел подвести поврежденный корабль к борту эсминца «Кэпп», куда раненые успели перейти раньше, чем «LCI» перевернулся и затонул. Под прикрытием дымовой завесы поврежденные корабли отошли от берега, имея 38 убитых и 132 раненых. А тут и «лягушки» начали возвращаться. На Иво им повезло, с задания не вернулся только один человек.
Минные тральщики, действовавшие в районе Иво, получили повреждения 18 февраля во время первого ночного воздушного налета. В 22.00 с низко летящей «бетти»[36] на «Гэмбл» были сброшены две 250-фунтовые бомбы, причинившие большой ущерб. Они разрушили котельное отделение, затопили кочегарки, убили 6 и ранили 11 человек. Всю ночь команда «Гэмбла» занималась «латанием дыр», попутно выбрасывая за борт все лишнее, чтобы облегчить корабль и удержать его на плаву. А «Дорси» в это время тянул его на буксире подальше от Иво. Матросам очень помог маленький «РС-800», командир которого, узнав, что на «Гэмбле» нет пара и энергии и люди не получают горячую пищу, дважды за ночь подводил свой кораблик к терпящему бедствие судну и передавал туда горячий суп и кофе. 19 февраля «Гэмбл» начал свой долгий путь на буксире в Сайпан. Его экипаж был полон решимости сражаться за жизнь своего морского дома.
