— Я попрактикуюсь дома.
— Я вас предупреждал, что это дело времени.
Но я очень расстроилась, потому что не сразу все получалось. А я хотела, чтобы это было сейчас же.
— Ну ладно, спойте что-нибудь, — сказал он.
— Спеть?
Он посмотрел на меня с недоумением, будто я сморозила глупость.
— О'кэй. — Я откашлялась, чтобы прочистить горло. Потом открыла рот, но не могла исторгнуть ни звука. Такого со мной еще не случалось.
— Сделайте глубокий вдох и попытайтесь расслабиться, — сказал Реджинальд.
Легко ему говорить! Четыре раза я пыталась начать „Восприми чудо" Лауры Ниро, прежде чем что-то начало получаться. С грехом пополам я добралась до конца. Пот с меня тек ручьями.
— Неплохо, — заметил Реджинальд. — В дальнейшем, особенно работая над каждой песней, мы будем уделять особое внимание вашей позе, постановке головы и всему, что необходимо на сцене. Приносите на урок кассету, чтобы записывать каждое занятие. Вы должны следить за тем, что мы делаем, и через несколько месяцев увидите результаты. Позвольте мне предупредить вас: если вы недостаточно серьезны, дорогая ученица, и не готовы по-настоящему работать, я вас выгоню. Все ясно?
Я кивнула. Он говорил, как настоящий учитель, но по дороге домой меня не покидало ощущение, что у меня на щеках появились ямочки, как у Фрэнклина. Очень уж подергивались лицевые мышцы. Я думала только о том, что сделала первый шаг и все это — только начало.
8
— Теперь ты здесь живешь, папа? — спросил Дерек, входя в квартиру.
— Да, здесь.
Могу поклясться, он решил, что я пошел в гору. Не знаю только, сообразил ли он, что здесь ничего моего нет. Но ему, конечно, должно было казаться, что живу я очень недурно. Майлс бренчал на Зорином пианино.
— Эй, Майлс, что ты там делаешь? Не трогай пианино. Это не игрушка. Ну-ка, вали оттуда и закрой дверь.
Майлс вышел в коридор. Он напоминал ощипанного цыпленка. Пацану всего семь, а он уже такой фитиль, ноги длиннющие, костлявые, да и весь он — кожа да кости. Сейчас он — вылитая мать, но надеюсь, ему повезет и он еще изменится. А Дерек как две капли воды похож на меня, только чуть светлее.
— Ты какой размер носишь, Дерек?
— Одиннадцатый.
— Ничего себе, я сам ношу тринадцатый! У тебя лапищи будут побольше. Тебе уж на работу пора, старина.
Он ухмыльнулся.
— Так где ж твоя подруга, папа?
— Она еще в школе.
— Она учится в школе? Еще такая молоденькая?
— Да нет же! Она преподает в младших классах, но обычно остается в школе, чтобы подготовиться к завтрашнему уроку.
— Ты собираешься на ней жениться? — спросил Майлс.
— А что ты знаешь о женитьбе, стручок? — Я схватил его круглую головенку и постучал по ней костяшками пальцев. Он заверещал, а Дерек прыгнул на меня, чтобы защитить его. Мы возились, как сумасшедшие, и тут я услышал, как что-то звякнуло. Вот ведь черт!
— Лови, — крикнул я, — лови!
Зорина лампа упала на пол. Только этого не хватало!
— Я не хотел, папа! — воскликнул Дерек.
— Я тоже, — подхватил Майлс.
— Да ладно, ребята. Никто не виноват. — Тут открылась дверь. Мальчишки бросились к дивану с таким виноватым видом, словно их сейчас должны были выдрать.
— Да не бойтесь. Она вас не съест.
Они переглянулись и уставились на дверь.
Увидев ребят на диване, Зора сначала обалдело уставилась на них, а потом как-то глупо улыбнулась и выдавила:
— Привет!
Дерек и Майлс вспыхнули и пробормотали:
— Здравствуйте. — Майлс прятался за спину Дерека, а Дерек пытался оттолкнуть его.
— Привет, дорогая, — я подошел к Зоре и поцеловал ее в щеку.
— Кто же эти красивые молодые люди? — спросила она.
— Я — Дерек.
— Я — Майлс.
— Прекрасно. А я — Зора. Рада вас видеть, мальчики. Ваш папа столько рассказывал о вас.
Они засмеялись.
Зора посмотрела на меня, не понимая, что в этом смешного.
— Да, Дерек, Фрэнклин говорил мне, что ты отлично играешь в баскетбол, а ты, Майлс, в каком классе?
— Во втором, — отозвался Майлс и снова спрятался за спину Дерека.
— А что случилось с лампой? — как бы между прочим спросила она.
— Извини, дорогая. Я куплю новую. Мы возились на полу и свалили ее.
— Да ерунда, — бросила Зора. — Обедать будете?
Оба так и прыснули со смеху.
— Я обещал им угостить их пиццей, а потом сводить в кино.
— А я так хотела приготовить обед для твоих ребятишек, Фрэнклин.
— Как-нибудь в другой раз, — ответил я.
— Вы любите моего папу? — выпалил Майлс.
— Не все сразу, Майлс, ладно? — взмолился я.
— Мама говорит, что люди живут вместе, когда любят друг друга. А вы?
Теперь смутилась Зора.
— Да, я люблю вашего папу.
— Вы собираетесь за него замуж?
— Не знаю. Спросите лучше самого папу.
— Пап, ты хочешь жениться на ней?
— Когда-нибудь, Майлс. Ну что, ребята, пошли?
— Мне понравилось ваше пианино, мисс Зора, — вставил Майлс.
— Понравилось?
— Угу. А вы и вправду умеете на нем играть?
— Да. А ты умеешь?
— Не-е.
— Вот что мы сделаем. Пообещайте, что придете еще раз, и я научу вас играть какие-нибудь песенки. Хотите?
— Хотим! — ответил Майлс и поднялся.
— Пока, милая, — я поцеловал ее в губы, и она кивнула нам.
Когда мы спускались по лестнице, Дерек казался очень серьезным.
— Что случилось, сынок? — спросил я.
— Ничего.
— Что ж ты молчишь?
— А что говорить?
— Тебе не понравилась Зора?
— С чего ты взял?
— А в чем же дело? — снова спросил я, хотя прекрасно понимал, в чем.
Это была первая женщина, которую он видел со мной после того, как я ушел от их матери. Никогда не думал, что мне придется объясняться с собственными детьми и оправдываться. Вот ведь как! Попробуй объясни все это сынишке, да так, чтобы не ранить его.
— Ну, просто чудно, что ты живешь с другой женщиной, а не с мамой, вот и все.
— Понимаю, старина. Но ты же знаешь, что мы с твоей мамой давно уже не живем вместе, правда?
— Я знаю, но ничего хорошего в этом нет.
— Дай я попробую тебе объяснить.
— Что?
— Тебе девчонки нравятся, а?
— При чем тут это?
— А при том, что когда ты станешь взрослым мужчиной, они тебе будут не просто нравиться. Ты кого-то полюбишь, как я твою маму, когда встретил ее. Но только иногда оказывается, что вместе жить становится невозможно, и люди расходятся. А потом может случиться так, что встретишь кого-то и опять влюбишься, и все начинается сначала. Ведь твоя мама встретила кого-то, правда?
