из Антарктиды, разумеется, из Якутии.
- Ого! Перспективная у вас профессия.
- Перспективная, - спокойно согласился Горов. - Но об этом потом. А пока я хочу выслушать ваш ответ на сделанное мною предложение по обмену заложниками - два к одному.
- Дешево, значит, меня цените?
- Не тяните время, Гарри Тарасович, - с ноткой нетерпения в голосе подтолкнул собеседника к делу Горов.
- Хорошо. - Нетреба потер ладонью свой гладко выбритый волевой подбородок. - В таком случае я вынужден признаться, что без предварительной консультации со своим боссом ответить вам определенно я не в состоянии.
- Консультируйтесь.
- Вы отпускаете меня под честное слово? - насмешливо спросил Нетреба.
- Нет.
Заложник с подчеркнутым сожалением развел руками:
- Французы говорят - чтобы приготовить кроличье рагу, надо располагать, по крайней мере, кошкой. Ну а чтобы проконсультироваться на расстоянии двухсот с гаком километров, нужен, по меньшей мере, телефон. А его здесь, увы, нет.
- Есть, - спокойно ответил Горов, доставая из внутреннего кармана пиджака свой складной телефон-трубку. Разложив его, он поднял на заложника глаза. - Диктуйте номер.
- Это вещь! - с уважением протянул Нетреба, разглядывая телефон-трубку. - Гохран снабжает?
- Я сам себя снабжаю. Не тяните время, Гарри Тарасович. Вам ведь Казимир нужен? Диктуйте номер.
- Вы осведомлены больше, чем я думал. - Нетреба помолчал, присматриваясь к собеседнику. - А ведь я видел вас сегодня, Ник, на Ленинградском вокзале. Одежда на вас приметная; рост, фигура, лицо - все сходится. Вы с молодой дамой неподалеку стояли, тот же поезд встречали.
- И тот же вагон, - уточнил Горов.
- Так, значит… Значит, с вами Славка Лазорская была, свой же поезд встречала? Нахально! Но затея неглупая и выполнена отменно. Кто бы мог подумать, что эта разукрашенная дама в дорогом костюме - девушка пятнадцати лет от роду! И встречает она саму себя! Прекрасная операция, поздравляю.
- Вы усиленно тянете время, Гарри Тарасович. Ждете подмогу? Когда она должна подъехать? В каком составе?
Жесткие ноты в голосе Горова заставили Нетребу обеспокоенно поднять ладони.
- Никого я не жду, уверяю вас!
- На всякий случай предупреждаю, - Горов достал из наплечной кобуры и продемонстрировал собеседнику свою «гюрзу», - в случае любых эксцессов первая пуля - ваша.
- Никого я не жду, - уже спокойно повторил Нетреба. - А время я тянул, это верно. Мне надо было разобраться, с кем имею дело и можно ли всерьез вести с вами серьезный и обязывающий разговор. Если угодно, мне нужно было определить ваш калибр.
- Определили?
- В первом приближении. Калибр у вас достаточно крупный. - Нетреба сделал рукой отстраняющий жест. - Спрячьте ваш чудо-телефон, пока он нам не понадобится. Видите ли, Ник… Кстати, как ваше отчество?
- У меня нет отчества.
- Серьезно? Хорошо, тогда и вы называйте меня только по имени - Гарри, а то неудобно получается. Я, - Нетреба стукнул себя костяшками пальцев по груди, - числюсь у Казимира советником и заместителем по общим вопросам. В операциях, подобных этой, я участвую в порядке исключения, когда возникает острый дефицит на боевиков не только с руками, но и с головой на плечах. Могу гарантировать, что Казимир согласится на предложенный вами обмен заложниками. Собственно, в сложившейся ситуации это, пожалуй, единственный разумный выход из обоюдных затруднений. Нам остается лишь договориться о технической процедуре обмена.
- Давайте договоримся, - легко согласился Горов.
- Наши переговоры сильно упростятся, - заговорил после паузы Нетреба, заглядывая Горову в глаза, - если коллекция инструментов цела, невредима и находится там, куда ее поместил владелец, Осип Коган. И что она будет там находиться!
- А что, по этому поводу есть сомнения?
- Есть.
- Расскажите мне об этих сомнениях подробнее.
Нетреба пожал плечами:
- Пожалуйста. Не знаю, имеете ли вы представление о личности Казимира и характере его деятельности. Поэтому обязан сказать, что это вполне добропорядочный бизнесмен.
- Настолько, насколько бизнесмен вообще может быть добропорядочным, не так ли? - улыбнулся Горов.
- Разумеется. Он предпочитает действовать на законных основаниях. И лишь в порядке исключения, защищая свое дело, себя лично и свою команду, решается на крайние меры. На законных основаниях он хочет, причем очень хочет, приобрести и коллекцию скрипок Когана.
- Понятно, - протянул Горов в задумчивости.
Ему припомнились слова Славки о том, что, кроме нее самой, Константина Абрамовича Зверева и папы Оси, никто не знает о том, что она является совладелицей коллекции и что, таким образом, без ее согласия Коган распоряжаться на законных основа-ниях не может. А это согласие получит законную силу лишь после того, как ей исполнится двадцать один год! Да, знай об этом пункте завещания Казимир, он бы, видимо, давно перешел от добропорядочности к крайностям - шутка ли, ждать исполнения желаний целых шесть лет! Ему ведь, как сказал Нетреба, очень хочется. А когда нельзя, но очень уж хочется, то все-таки можно, - такому правилу обычно следуют даже добропорядочные коммерсанты.
- Коган вообще-то уже дал принципиальное согласие на продажу своей коллекции, - продолжал между тем Нетреба, - но человек он нерешительный, импульсивный, подверженный перепадам настроений. Типичный музыкант, одним словом, причем отнюдь не Сальери - Моцарт по духу своему. Вместо того чтобы поставить подпись на подготовленном документе, он исчез - уехал с женой в Одессу, как удалось потом установить. А оттуда - в Аргентину! - Нетреба передернул плечами. - Помните, что говорят о секретах немцы? О чем знают трое, знает и свинья. А о договоре с Коганом знала целая нотариальная контора! Произошла утечка информации, и деловой мир зашевелился. Частная коллекция скрипок известного исполнителя Когана - это, знаете ли, впечатляет. К ней проявили интерес сразу несколько тузов с деньгами, которые требуется побыстрее отмыть. А вчера нам стало известно, что коллекцией сильно заинтересовался и вовсе неразборчивый в средствах человек.
- Верба? - уточнил Горов.
Нетреба испытующе взглянул на него:
- Вы прекрасно осведомлены, Ник. Поздравляю! Именно Верба. Казимир решил принять меры предосторожности. Людмила Лазорская-Коган была, знаете ли, не столько похищена, сколько взята под охрану. Ну и естественно, мы попытались выяснить через нее о сохранности скрипичной коллекции. Она мало что сообщила нам, но и это вызвало у нас большую тревогу. Людмила утверждает, что ее отец, Осип Коган, ухитрился-таки продать свою коллекцию - буквально накануне отъезда.
Глава 13
Обнаружив пропажу коллекции, Славка не испугалась, а удивилась, даже изумилась, настолько поразил ее вид пустой дощатой стены вместо красочной экспозиции сверкающих лаками разных цветов и оттенков инструментами. Продолжая пребывать в этом состоянии изумления, которое ей самой почему-то
