– Ищу. Кое-что очень важное.
И я нашла! Не могла поверить, что бутылек с кровью Рыжая Синица успела схватить перед побегом, а свои серьги забрать – нет. Они так и остались валяться в чаше, испачканные, липкие, но все такие же ценные.
Маленькие камни у меня в ладони приятно согрели пальцы.
– Я нашла камни Истины, – улыбнулась я Алу, что смотрел на меня с мрачной неподвижностью и глубоко сведенными черными бровями. Шеррий только шире открыл глаза.
Подняла в воздух грязные серьги и потрясла.
– Это большая редкость, прекрасная лаурия, – ответил Тейноран. – Вы будете их владелицей по праву.
И поклонился.
– Истинно так, – кивнул Ал без малейшей улыбки, а затем развернулся к выходу из шатра и открыл штору. – А сейчас, я думаю, нам пора уходить отсюда. Красный дож наверняка уже предупрежден о случившемся. Он будет недоволен.
– Что? – ахнула я. – Недоволен? Но… почему?.. –При упоминании повелителя империи Огненной луны меня как-то резко объяла слабость.
Ал вместо ответа просто кивнул в мою сторону, и я проследила за его взглядом.
Вся моя одежда была залита кровью. Руки и ноги, наверняка и лицо.
Видимо, этот вид не слишком подходил прекрасной лаурии, избраннице самого Сияющего.
– Тогда нам надо поторопиться, – выдохнула я нервно. – Переодеться там, помыться…
Ал выскользнул из шатра, а я еще пару раз глубоко подышала и пошла за ним. Однако, когда шторка опустилась за моей спиной, оказалось, что уже поздно исполняться всем моим планам.
На улице что-то кричали, люди падали на колени и опускали головы. А прямо посреди площади, задрав голову вверх, сидел огромный,красный как кровь дракон. Увидев меня, он громко зарычал, раскрыл пасть, полную громадных зубов, и в небо к солнцу из его горла понесся столб огня.
Пахнуло жаром и пеплом. Мои руки задрожали сами собой. Казалось, столько огня я не видела никогда в жизни.
Как я падала – уже не помню. Чернота, слава богу, заволокла собой даже смертоносное пламя.
Глава 13. Цвет: золотой
Я открыла глаза в комнате, в которой мне уже однажды довелось побывать. И перепутать ее с чем-нибудь после этого было совершенно невозможно.
Это была спальня Красного дожа. Первый раз сюда меня привел “зов”, теперь же… я помнила смутно. Взгляд уперся в темно-синий балдахин, усыпанный серебряными звездами, а затем плавно переместился на черное гладкое постельное белье, с которого пошел блуждать дальше – по просторному сумрачному помещению.
Как и в прошлый раз,по периметру спальни горели жаровни на золоченых ножках, тяжелые шторы на окнах были плотно задвинуты.
Создавалось впечатление, что,кроме меня,тут никого нет. Более того, чуть-чуть задумавшись, я поняла, что не ошибаюсь. Ощущение призрачной “нити” внутри отзывалось глухо и слабо. Если бы дож оказался рядом, сердце бы уже заходилось в груди, стучало, рвало грудную клетку.
Сейчас же там была лишь тишина.
Удостоверившись в этом и испытав даже легкое разочарование, я спрыгнула с постели и решила изучить комнату, в которой проводил так много времени повелитель Огненной империи.
Я потратила не меньше получаса на то, чтобы рассмотреть диковинное оружие на стенах, мебель и статуэтки, и даже кое-где свисающие с потолка волшебные композиции из цветов и птиц. Последние летали вокруг первых и щебетали, создавая ощущение настоящей жизни. Однако,приблизившись, я поняла, что они полупрозрачны и на самом деле не существуют, словно голограмма.
Забавно, ведь мне говорили, что иллюзий или чего-то подобного в этом мире не существует. И якобы на них способен лишь Красный дож. Может быть,тогда передо мной одно из его творений? Удивительно было бы узнать, что правитель целого государства, жестокий военачальник, что когда-то дыханием сжег целую армию, и мужчина, что казнил одну из собственных жен, при этом занимается вот такой красивой бытовой магией…
Но ответить на мои вопросы было некому, и я двигалась дальше. Ровно до тех пор, пока не завернула за угол, обнаружив приоткрытую дверь в соседнюю комнату. А там…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Опять ты! – пискнула раздраженно девчонка с кудрявыми черными волосами и огромным бантом сзади.
– Анаис, – выдохнула я, сперва испытав не меньшее раздражение, чем мелкая пискля. А потом замерла.
Огромные красные глаза с черной каймой были наполнены слезами. Красивое лицо дочери Красного дожа было все опухшее и мокрое.
Увидев меня, Анаис надула губы и отвернулась, прижимая к груди какую-то тряпку.
– Уходи отсюда! – буркнула она. – Надоела!
– Ой, да я с удовольствием, – фыркнула я в ответ. Но как раз в этот момент вдруг вспомнилось все то, что предшествовало моему появлению в этих покоях.
Я оглядела себя с ног до головы и поняла, что крови и грязи больше не было. Я оказалась чисто вымыта и приодета в великолепное платье, уже почти не напоминающее пеньюар. Декольте было все еще крупным, но разрезов на юбке уже не наблюдалось, ткань не просвечивала. Да и вообще весь наряд сверкал мелкими, но ужасно красивыми камнями. Глаз не оторвать!
Вот знает этот дож, чем девушек брать, чесслово!
– Только, в общем, вряд ли твоему папане понравится, если я самовольно свалю, – добавила я задумчиво. – Или мне сказать потом, что ты меня прогнала?
Девочка на миг замерла, напрягшись, а потом, не поворачиваясь ко мне, замотала головой.
– Не надо, я сама уйду, – бросила она, шмыгнув носом. А затем поднялась с колен и направилась прямо в мою сторону.
В этот момент я наконец поняла, что именно она сжимает в руках. Это был красный дракон, с которым она так любовно играла совсем недавно. Только теперь он был нещадно порван. В клочья.
Прежде, чем я остановила свой длинный язык, с губ сорвался вопрос:
– Что сделалось с твоей куклой?
Анаис опустила глаза к дракону, остановилась… и разрыдалась еще громче.
Прошла, кажется, целая вечность,прежде чем девчонка немного успокоилась и, размазывая слезы по лицу, надув губы, бросила:
– Не знаю.
– Ну так,может,стоит попросить новую куклу? Наверняка по одному твоему слову рии принесут столько плюшевых драконов, что в них утонуть можно будет, – немного лениво предположила я. – Ты же маленькая принцесса, так?
Девочка насупилась ещё сильнее.
– Мне не нужны другие, – выдохнула она раздражённо. – Эминея мне также сказала. Она глупая и ты глупая.
Анаис сжала цветные лоскутки пальцами и отвернулась. Мне тоже захотелось отвернуться и забыть о девчонке как о страшном сне про детей-чудовищ. Я как нянька вообще не очень, а уж для трудных детей – тем более. Но все же в последний момент вздохнула и решила ещё чуточку потерпеть. Все же ребенок не виноват, что его так ужасно воспитывали, правда? Это Сициану за такое ремня бы дать, но от этой мысли у меня только ноги от страха начинали подгибаться.
– Любимая кукла, значит, да? – почти сквозь зубы процедила я.
Анаис кивнула. Ее губы грустно дрогнули.
– Это же папа… как вы все не понимаете? – вдруг снова завыла она.–Он не может порваться! И нельзя его ничем заменить!
Крупные слезы покатились из красивых глаз. Анаис упала на колени и закрыла лицо остатками куклы.
В этот момент в груди у меня все же что-то дрогнуло.
– Ты рассказала кому-нибудь о случившемся? – спросила я тихо и осторожно подошла поближе к девочке.
Анаис покачала головой. А я шагнула еще на пару шагов и опустилась на мягкий ковер возле нее. Принцесса подняла на меня подозрительный и недовольный взгляд, но прогонять не стала.
– Ты знаешь, кто так подшутил над твоим… папой?
Едва я задала этот вопрос, вобщем-то случайно, как в голове поселилось подозрение, что акт вандализма и впрямь может быть нарочным. Кто-то не просто случайно порвал куклу-дракона, кто-то мог целенаправленно изуродовать именно эту вещь. Эту, а не какую-либо другую.
– Я никому не говорила, что это папа, – насупилась Анаис, шмыгнув носом. – Папа может обидеться. Может наказать меня… И ты не говори ему! – ахнула вдруг она и с ужасом посмотрела на меня.
