гг. («Богатая невеста», 1937), а затем в послевоенных комедиях («Свадьба с приданым», 1946), символизируя, наряду с радио, новую эру в жизни крестьянской России и ее включенность в информационное пространство. Задачи контроля и управления были приоритетными в развитии сельской телефонной сети. В первую очередь телефонная связь из районного центра устанавливалась с машинно-тракторными станциями (МТС) и дирекциями совхозов, охвату также подлежали правления колхозов. В 1950-е гг. коммутаторы с ручным подключением абонентов, установленные в сельсовете и колхозных правлениях, стали уже вполне распространенным явлением. В фильме «Простая история» (реж. Ю. Егоров, 1960) председатель колхоза по телефону обсуждает со станцией Заготзерно, какие сорта зерна лучше использовать. К этому времени ручные телефонные коммутаторы[230] стали вполне типичным явлением, обеспечивая оперативную связь хозяйственных и административных сельских центров с районными организациями.
В конце 1950-х гг. на столах председателей колхозов и сельсоветов, секретарей парткомов и участковых милиционеров можно увидеть телефонные аппараты («Сеяли девушки лен», 1956; «Встречи на рассвете», 1968; «Деревенский детектив», 1968 и др.). Нередко в фильмах поднимается вопрос о необходимости установки внутрихозяйственного коммутатора для обеспечения управленческих взаимодействий.
Таким образом, телефонизация села развивалась в первую очередь с целью обеспечения оперативной связи официальных лиц. Охват телефонной сетью домов колхозников и рабочих совхозов вплоть до XXI в. оставался нерешенной проблемой. По данным Минсвязи, в 2001 г. из 154 тыс. сельских населенных пунктов РФ около 60 тыс. имели от одного до трех телефонов, а в 54 тыс. сел и деревень России телефонов не было вообще. В системе сельской телефонной связи еще работала 71 ручная телефонная станция[231].
Обстановка и вещи, присутствующие в крестьянском доме и связанные с бытом крестьян на протяжении изучаемого периода, изменяются в соответствии с требованиями времени. На протяжении 1950-х гг. идет постепенное преображение традиционного крестьянского жилья в городское.
Традиционное жилище характеризуется неразделенностью внутреннего пространства, среди предметов обстановки фигурируют лавки, кровать за занавеской, стол в красном углу, иногда стулья, посудные полки на стенах, иконостас (в советский период вместо икон часто устанавливались фотографии родных, в 1950-е гг. – портрет Ленина). В зажиточных домах обстановка была более разнообразной: абажур, настенные шкафчики с посудой, гардероб, буфет, комод, накрытый вышитыми салфетками, иногда – фикус. Фикус в советской культуре 1940–1950-х гг. обычно фигурирует в качестве символа мещанства[232]и часто встречается в интерьерах жилищ отрицательных героев, а также – без четкой смысловой нагрузки – в официальных помещениях.
Кадр из фильма «Богатая невеста», реж. И. Пырьев, 1937
Пространство жилых комнат в традиционных деревенских домах в фильмах условно дифференцировано: мебель расположена по периметру жилища таким образом, что центральная ее часть всегда свободна. Центральным элементом интерьера выступает печь, которая делит помещение на «белую» и «черную» половину (кухню). «Белая» половина дополнительно разделяется с помощью занавесок и дощатых перегородок на условные зоны для сна и питания.
Собственно, эта традиция продолжается и в более поздний период. В постройках 1970–1980-х гг. используется принцип деления внутреннего жилого пространства на комнаты. Но поскольку общая площадь не была большой, сохраняется сегментация пространства с помощью мебели: расположение в комнате дивана, телевизора и стола со стульями позволяет выделить функциональные жилые зоны. В этом случае воспроизводится обстановка жилья, характерная для советского города, застроенного домами с тесными, малокомнатными квартирами, где жилые помещения по необходимости выполняли множественные функции, служа одновременно столовой, спальней, гостиной, детской и т. д.
Кадр из фильма «Простая история», реж. Ю. Егоров, 1960
Кадр из фильма «Дело было в Пенькове», 1957
Кадр из фильма «Дело было в Пенькове», 1957
Процесс поэтапного изменения традиционной обстановки можно проследить по фильму «Дело было в Пенькове». С приездом из Ленинграда в деревню к деду главной героини, зоотехника Тони, весь устоявшийся уклад дома начинает меняться. Первоначально это низкая темная срубная изба с печью, лавками и столом, где электричество не горит и даже петух не поет. Но постепенно в избе появляется кровать с ковриком, отгороженная занавесками. Рядом с кроватью тумбочка с настольной лампой, полка с книгами, на стене – портрет Пушкина, цветы и занавески на окнах – дом преображается, он становится светлее, просторнее, наряднее и уютнее.
В фильмах 1960-х гг. в интерьерах жилых помещений книжные полки становятся уже достаточно привычным атрибутом и частью образа председателя колхоза, специалиста или учителя, т. е. героев, с которыми связана идея развития культуры деревни. Между тем, по данным статистики, в среднем на 100 крестьянских хозяйств в 1963 г. приходилось 806 книг[233], т. е. чтение так и не стало элементом крестьянской культуры. Предпочтение отдавалось радио, телевидению или в крайнем случае клубным мероприятиям.
Кадр из фильма «Вдовы», 1976
В условиях быстрой модернизации сельского образа жизни в 1960-е гг., в том числе под влиянием кино, меняются вещные приоритеты крестьян. Они нашли отражение в фильме «История Аси Клячиной…» (реж. А. Кончаловский, 1966), где звучит такой диалог:
– Дядя Прохор, а чтобы ты сделал, если бы выиграл сто тысяч? Купил бы что?
– Может быть, удавился бы с такими деньгами.
– Ну а машину бы, или нет, самолет купил?
– Нет, купил бы мебели мягкой. Хорошей. А остальное положил бы на книжку.
– А вот скоро будут машины, итальянские, хорошие. Купил бы?
– Да не надо мне машину!
Мебель стала важным знаком перемен: модернизация обстановки идет в направлении замещения традиционных предметов (лавки, столы, шкафчики, буфеты, этажерки) новыми городскими. В интерьерах крестьянских домов из фильмов 1970-х гг. появляются диваны (в более ранний период это был предмет роскоши), комоды, гардеробы, серванты, круглые обеденные столы с мягкими стульями. На стенах наряду с традиционными семейными фотографиями появляются настенные календари, репродукции картин, постеры из журналов.
В целом к 1980-м гг. интерьеры домов колхозников приобретают вполне городские черты с вкраплениями традиционных предметов, придающих сельский колорит. К таковым относятся настенные фотографии, иногда сундуки, металлические кровати с «шишечками», украшенные пирамидой подушек с расшитыми наволочками, а также расшитые салфетки, используемые для украшения диванов, тумбочек, комодов.
Возникает вопрос о типичности формируемого образа колхозной деревни и условий жизни крестьян, который создается позднесоветским кинематографом. Насколько он приукрашивал реальность? Что касается обстановки, посуды, жилищных условий, то здесь без сомнения фиксировался некоторый общепринятый стандарт потребления с вариациями, соответствующими определенному образу жизни (современному или традиционному). Для презентации условий жизни молодых семей чаще всего использовались городские
