Мысли вздымаются и опускаются, чувства сокращаются и расширяются, идентификации захватываются и освобождаются, проблемы возникают и отпадают.
Из открытого космоса мы видим, что все постоянно меняется. Но на Земле, в нашем крохотном уголке на планете в окружении горстки знакомых людей, через фильтр из пятидесяти бит предвзятой информации, касающейся лично нас, мы не замечаем, что жизнь постоянно меняется. Она выглядит статичной и серьезной. На Земле мой мир вращается вокруг меня, а ваш – вокруг вас. Мы слушаем голос внутреннего рассказчика, как будто он говорит правду. На Земле наше счастье, душевный покой и выживание кажутся хрупкими и зависящими от наших действий.
Самое удивительное в человеческой жизни – это способность воспринимать мир с обоих концов спектра и стоя в каждой промежуточной точке между этими крайностями. Мы постоянно движемся вместе с непрерывным потоком, смещаем угол зрения, пробуем разные реальности.
Мы приходим в этот мир и, играя, смотрим на жизнь через призму самоидентификации, индивидуальности, физического мира, психологии, черных и белых красок, причины и следствия, приникнув слишком близко к происходящему. Эта точка зрения соответствует полноконтактной реалистичной игре. Вы выступаете в роли главного персонажа в окружении множества второстепенных героев. Главного персонажа характеризуют препятствия, возможность выбирать, предпочтения, мнения, мечты, желания и тревоги. Все это определяет, чем он отличается от других. Кажется, что ставки довольно высоки – победа или поражение в игре под названием «жизнь». Эта игра поражает высоким уровнем детализации и разнообразия, в ней возможно любое эмоциональное переживание.
И даже продолжая твердо стоять на земле, мы обладаем способностью выйти за пределы жизненной игры, взглянуть на мир с перспективы открытого космоса и понять, что мы единая энергия, принимающая временные, изменчивые формы. Когда мы летим в космос, мы уходим от ярлыков, ячеек и категорий и видим только жизнь, энергию, Бога, единство.
Однако мы лучше знакомы с видом, который открывается при ближайшем рассмотрении, верно? Наш ум громкий и знакомый, и мир, окружающий нас, наполнен блестящими объектами, которые привлекают внимание. Погружение в физическую реальность иногда затрудняет восприятие бесконечности и единства всех вещей. А проблеск бескрайности не дает полностью погрузиться в физическую реальность. Представьте режиссера, который смотрит созданный им фильм. Ему нравится готовый материал, но его не может одурачить напряженный поворот сюжета. Он помнит, как сотни раз во время съемок кричал «Снято!» и просил заново нанести на актеров бутафорскую кровь. Знание позволяет ему наслаждаться иллюзией, но не попадаться ей на крючок. Вы тоже так можете. Чем чаще вы замечаете проблески своей подлинной сути, тем сложнее россказням ума об игре в жизнь вас одурачить. Когда вы видите, что змея – это веревка, вы не можете заставить себя бояться.
Когда я учу коучей по внутренним переменам работать с позиции новой парадигмы, мы говорим о смещении угла зрения, смотрим с максимально близкого и далекого расстояния. На индивидуальном уровне, особенно когда страдаем, мы смотрим слишком близко. Мы полностью разбиты, через нас проносится бесконечный поток историй, и мы временно забываем истину о самих себе. Когда мы расслабляемся, то естественным образом начинаем смотреть с дальнего расстояния.
На Земле существует миллион сюжетов и проблем, нас окружают многочисленные подробности. Но глядя из космоса, я представляю, что вижу внизу мельчайшие искорки света – мудрые, совершенные скопления энергии под названием «люди», – над каждой из которых, как в комиксах, висит облачко с текстом.
Если находиться слишком далеко и не видеть содержания этих облачков, то происходящее видится весьма простым: некоторые из них погрязли в своих размышлениях, а другие – нет. Одних чересчур привлекают истории ума, и они живут исходя из этой реальности, а у других написано меньше текста в облачке, из-за чего увеличивается поле зрения, и они живут с позиции расширяющейся действительности.
Мы сужаем и увеличиваем поле зрения также и на макроуровне. Старая парадигма психического здоровья – это узкий обзор. Она концентрируется на нашей обособленности как личностей. С этой позиции истории ума воспринимаются аналитически. Оценке подвергается содержание мыслей и чувств, а не сам факт их наличия. Этот подход предлагает небольшой набор техник и стратегий для исправлений, изменений и манипуляций с чувствами. Старая парадигма изучает прошлое и в некоторых случаях проводит многочасовой анализ зацикленного на себе мышления.
На противоположной крайней точке угла обзора может стоять философ или духовный наставник, который говорит только о духовной стороне жизни, не уделяя внимания психоэмоциональному опыту человека. Жизнь в одной из этих крайностей ограничивает, потому что опыт проживания полноценной жизни включает в себя весь спектр. Ни одна из противоположностей не лучше другой. Легкость в жизни приходит от осознания того, что мы естественным образом постоянно скользим между этими двумя крайностями. Наша реальность постоянно меняется. Мы получаем опыт как индивидуальности и одновременно познаем подлинное единство. Наши чувства показывают, на какой точке спектра мы находимся. При дискомфорте фокус сужается, и стоит лишь расслабить ум, чтобы увеличить угол обзора.
Этот разговор о перспективе напоминает мне древнее буддистское размышление Цинъюаня Вэйсина, которое коротко излагают как «Гора, не гора, гора».
Цинъюань Вэйсин говорил: «До того как я тридцать лет изучал дзен, я видел горы как горы и реки как реки. Затем, когда я приблизился к пониманию, я научился видеть, что горы – это не горы, а реки – это не реки. Но теперь, когда я постиг саму суть, я спокоен. Просто я снова вижу, что горы – это горы, а реки – это реки».
Сперва мы видим горы как горы и реки как реки. Мы видим вещи такими, какими они кажутся, как наша психология преподносит их нам, как нас приучили и обусловили их видеть. Гора выглядит как гора со своими физическими особенностями, ярлыками и характеристиками, которые нас приучили ассоциировать с горами.
Так же обстоят дела с подлинным «я». Мы воспринимаем себя как Эми, Люси, Ханна, Колетт, Бетани, Мэттью и Бен. Мы видим свои идентификации, прошлое и будущее поведение, индивидуальные черты и характеристики, привычки и вымышленные истории как нечто плотное и осязаемое. Мы воспринимаем свой опыт – мимолетные мысли и чувства – как непоколебимые горы.
Затем мы увеличиваем угол обзора и видим, что горы не горы, а реки не реки. Мы видим, что все соткано из единого начала, принявшего временную форму. Горы, реки, вы, я и весь набор физического и эмоционального опыта лишь временные проявления единой, бесконечной энергии жизни. Наш ум навешивает этикетки на все, что мы воспринимаем в качестве отдельного и определенного, но эти ярлыки – всего лишь названия. Слова и этикетки не являются тем, что они представляют.
Такая же ситуация с нашим подлинным «я». Энергия движется сквозь
