Я вернулся обратно с хмурой миной на лице. Одежда была разукрашена всеми цветами радуги. Места попадания шариков с краской дико саднили.
Надо ли выкладывать те слова и насмешки, которыми меня осыпали эти два сговорившихся человека? «Хромоногий тюлень» — вот самое ласковое прозвище, которым меня обозвал Норобу.
— Да уж, в конкурсе по неуклюжести ты занял бы первое место. Ладно, я пошла снова устанавливать ловушки, — наконец иссякла Арису и скользнула в подвал.
— И надо было тебе туда наступать? — спросил Норобу. — Или ты испугался, что я тут с твоей девочкой что-нибудь сделаю?
— Ничего я не испугался, — буркнул я в ответ. — Ваши насмешки сбивают…
— А как ты хотел? Во время вылазки тебя будут сбивать всякие мысли, так что тебе нужно научиться отрешаться от всего сущего и видеть перед собой только одну цель.
— Думаешь, что это так легко?
— Нелегко, но научиться можно. Достаточно только слышать стены, чувствовать дуновение ветерка и быть хозяином своего тела.
— Ага, это ты сейчас так говоришь. А вот если бы попробовал сам, то вряд ли бы болтал с таким пафосом и напыщенностью.
— Да? А если я пройду? Что тогда? — поднял бровь сэнсэй.
— А что тогда? — спросил и я. — Чего ты хочешь, старый прохиндей?
— Я хочу, чтобы ты помог мне в одном деле. Но в каком — ты узнаешь только тогда, когда я скажу, — хитро улыбнулся сэнсэй.
— То есть, ты загадываешь желание?
— Да, можно и так сказать.
— Что же, я согласен, — опрометчиво согласился и подумал, что вряд ли это будет что-то из ряда вон выходящее.
В это время из подвала вернулась Арису.
— Всё готово, так что можешь попробовать опять, — сказала она.
— Дочка, а дай-ка я попробую? Ловушки твои я видел на бумаге всего пару раз, память у меня уже не та, но вот желание утереть нос одному молодому задаваке ох какое большое имеется…
Арису с сомнением взглянула на меня, а я кивнул в ответ. Мол, пусть попытается. Она пожала плечами и отошла.
Сэнсэй бесшумно скользнул в проем подвала и растворился в тьме. Сколько я не вглядывался — так и не смог его увидеть. Не было слышно ничего, кроме легкого шуршания кимоно по полу.
Я ждал, что сработает какая-нибудь панель с шипами или на уровне пояса пронесется аналог широкого лезвия, которое должно располовинить незваного гостя. Или попадет в яму. Или выстрелят копья. Но нет, ничего такого не произошло. Через пять минут сэнсэй вернулся с довольной улыбкой на лице и телефоном в руках. Он с превосходством взглянул на меня, а я скорчил кислую рожу в ответ.
— Это было также легко, как прогуляться по берегу Токийского залива лунной ночью, — с пафосом воскликнул Норобу. — Только неуклюжий тюлень не сможет пройти по этому автобану…
— Да-да, я понял, что ты неимоверно крут, — ответил я.
— Я сейчас верну телефон на место, а Изаму попытается пройти коридор опять, — проговорила Арису и забрала мобильник у сэнсэя.
Её тоже не было около пяти минут. После чего она вынырнула из темноты и снова сделала издевательский приглашающий жест рукой.
Блин! Да они оба так легко прошли этот коридор, а я…
Неужели я в самом деле хромоногий тюлень?
Мне вслед посыпались очередные остроты. Казалось, что у сэнсэя был припасен справочник по приколам и панчам. Арису не отставала от него.
Я постарался отключить все эмоции, превратиться во внимание и стать бесплотной тенью, скользящей в кромешной тьме…
Раз за разом тень скользила, ошибалась, возвращалась, осыпаемая градом насмешек и снова двигалась в путь.
На сорок пятый раз мне удалось взять мобильник и вернуться обратно без каких-либо повреждений.
— Ну, теперь ты более-менее знаком с системой ловушек, — сказала Арису, глядя на меня, разрисованного во все цвета радуги, осыпанного сеном и в порванных штанах. — Думаю, что завтра ночью мы ещё раз откатаем твои проходы, чтобы ты мог пройти по коридору с завязанными глазами.
— Да уж, скоро рассвет, надо бы немного поспать, — поддержал её сэнсэй.
Я только кивнул, так как сил говорить уже не было. Только в машине, когда мы подъезжали к дому, сэнсэй смог меня разговорить. Он сказал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Значит, желание всё-таки ты мне проиграл.
— Да проиграл-проиграл, — отмахнулся я. — Я даже не думал, что ты так ловко сможешь пройти по коридору смерти.
— А я и не ходил, — хмыкнул старик.
— Как это «не ходил»? — тут же забыл я про усталость. — А телефон?
— У вас с Тигром похожие телефоны, так что я взял его мобильник, да и сговорился с Арису. Сам встал за поворотом, не доходя до первой ловушки пары шагов. Всё равно ты ни хрена не видел. Подождал пять минут, да и вернулся. А потом Арису сделала то же самое. Твой телефон как был в конце коридора, так и оставался там. Зато как смотивировало? Ты мог бы бросить на половине, но был раздосадован, что двое смогли сделать, а ты не смог. На этом я тебя и поймал. Кстати, Тигр, вот, возвращаю, — сэнсэй протянул мобильник Тигру.
И в самом деле похож на мой. Марка такая же, такой же чехол. Книга автора выкладывается на сайте Автор. Тудей.
— Прости, босс, — прогудел Тигр. — Меня заставили…
Я посмотрел в смеющиеся глаза сэнсэя.
— Нет в тебе ни капли стыда и ни грамма совести, — постарался сказать как можно более укоризненно.
— Зато есть целое желание, которое выиграл у хитромудрого Изаму Такаги, — рассмеялся в ответ сэнсэй.
Глава 19
На следующий день, после уроков, я забежал в храм Дзуна Танагачи. Как и обещал старику в своё время, рассказал ему про своё житье-бытье в прошлой жизни. Заодно поведал про приключения в жизни настоящей.
Старик внимательно слушал, не перебивая и не задавая лишних вопросов. Его зеленое с золотым отливом кимоно порой даже не шевелилось. В такие моменты я ловил себя на мысли — а жив ли вообще мой собеседник? Вдруг своей историей я настолько поразил старика, что тот решил по-тихому слинять в высшие сферы?
Но нет, он дышал, впитывал информацию и загадочно улыбался. Нахмурился только тогда, когда я начал рассказывать про противостояние с Мацуда. Тут седые брови сошлись в подобие мохнатого оврага. Глаза же наоборот, засверкали ярче полуденного солнца. Но ничего не произнес, терпеливо дождался до момента с работой на ниндзя.
Я же закончил и, с чувством исполненного долга, выдохнул. Танагачи покачал головой:
— Похоже, что ваша прошлая жизнь не отпускает вас. Все смерти, которые возникли по вашей вине в том мире, переходят в этот мир. Скорее всего, у вас там осталось незаконченное дело с этим… Цыганом. И пока вы его не завершите — вас так и будут преследовать неудачи. Как будто вы прокляты…
Я вспомнил слова Цыгана после выстрела: «Будь же проклят, идиота кусок. Что, чертила, уже не трепыхнешься? А это, сука, один из твоих любимых ядов, которые парализуют жертву. Да, пришлось смазать картечь, но, сам понимаешь, при ловле Тени все средства хороши».
— Да ну, какие неудачи? Я же со всем справляюсь, — отмахнулся в ответ. — Не может же проклятие перейти из другого мира за мной?
— Вот в том-то и дело, что как только вы справляетесь с одной проблемой, так тут же ей на смену приходит другая. И новая гораздо сложнее и запутаннее старой. Вам везет, как будто вы родились под счастливой звездой, но насколько продлится это везение? Где будет тот порог, который вы не сможете перешагнуть?
Я пожевал губами, сделал вид, что отпиваю чай, чтобы выиграть время для раздумий. Но так ни до чего хорошего и не додумался.
— Я не знаю, где будет тот порог. Не знаю, когда мне перестанет везти, — признался я. — Честно, даже не знаю — почему мне так везет.
— Тут всё просто — вы являетесь воплощением знака инь-янь — в вас есть как черное, так и белое. И, бескорыстно помогая людям, вы тем самым не даете черному захлестнуть вас целиком. Но это самое проклятие не дремлет, оно лишь на время успокаивается, забирая вместо вас тех, кто вам близок.
