Читаем без скачивания Викинги. Быт, религия, культура - Жаклин Симпсон

Рассказ о приятных сторонах жизни викингов оказался бы неполным без упоминания о пирах и попойках, которые были едва ли не любимым их времяпрепровождением. В основном пиры проходили осенью и зимой (когда мясо и эль были наиболее доступны и меньше всего было работы на ферме) и длились иногда по нескольку дней. Помимо сезонных религиозных праздников, таких, как день зимнего солнцестояния (Юл, позднее совмещенный с Рождеством), проходили свадебные и погребальные пиры, а также пиры в честь вступления в наследство, своего рода продолжение погребального пира, хотя нередко они устраивались через много месяцев после самих похорон.

Неотъемлемой составляющей церемонии вступления в наследство была не еда, а выпивка. Если верить Снорри, то в Норвегии в начале IX века существовал обычай, согласно которому наследник короля или ярла не мог сесть на трон своего отца и полновластно распоряжаться наследством до того, как поднимет торжественный тост, стоя и принося при этом обет исполнить какой-либо славный подвиг. Такие обеты часто упоминаются: иногда их приносили, держа в руках какой-либо особенный рог для питья, или стоя одной ногой на особой доске или камне, или положив руку на щетину вепря; иногда клятву приносили несколько человек, которые соревновались друг с другом в смелых обещаниях.

Сохранились описания различных питейных церемоний. Напиток держали в большом общем сосуде, из которого его разливали в роги. Иногда гостей обносили одним большим рогом и каждый гость должен был осушить его и произнести тост; после этого рог снова наполняли и передавали соседу. Иногда подавали один рог двоим мужчинам или мужчине и женщине, а иногда у каждого гостя был свой рог (рис. 80). В богатых погребениях викингов часто находят пары рогов; возможно, по каждому из двух рядов сидений в пиршественном зале ходил один рог. Но порой находят и один необыкновенно богатый рог, как, например, экземпляр с кольцом, присоединенным к оковке, обнаруженный в Швеции (он несколько древнее эпохи викингов). Возможно, такой рог был предназначен для тостов, сопровождавшихся торжественными обетами, поскольку клятвы приносились именно на священных кольцах. Должно быть, вокруг такого богатого эмоциональными ассоциациями предмета, как рог для питья, собралось множество легенд и поверий, но до нас дошли лишь их следы, в том числе знак из трех связанных между собой рогов, который встречается как религиозный символ на памятных камнях на Готланде и в Дании.

Праздники, как мы уже говорили, длились по многу дней. В промежутках между едой и питьем люди проводили время, пробуя все популярные развлечения — борьбу, разные испытания силы, скачки, чтение стихов и, возможно, также историй в прозе. Существовало и такое опасное и провокационное развлечение, как организованный обмен оскорблениями (то, что в Шотландии называется «флэйтинг»). И конечно, все это могло привести к беде, однако вспышки насилия не обязательно портили людям удовольствие от праздника. Ведь почитатели Одина предвкушали и в самой Валгалле вечную битву, в которой они вечно будут убивать друг друга и вечно возвращаться к жизни, чтобы вновь начать бесконечный праздник: женщины Эйнхерии[32] все рубятся вечно в чертоге у Одина; в схватки вступают, а кончив сражение, мирно пируют.

Глава 9

РЕЛИГИОЗНЫЕ И ПОГРЕБАЛЬНЫЕ ОБРЯДЫ

Языческие мифы, пожалуй, наиболее известное явление скандинавской культуры. Им повезло: они дошли до нас в стихах «Старшей Эдды» и в энергичной, увлекательной прозе Снорри Стурлусона. Благодаря бесчисленным пересказам и переработкам, все мы знаем о борьбе Тора с великанами, о том, что Один покровительствует воинам, и о его небесном пиршественном зале — Валгалле, о хитростях Локи, о смерти Бальдра и о Гибели богов. По этим сказаниям и по другим данным можно составить себе достаточно подробное представление о богах, прежде всего о трех главных — Торе, Одине и Фрейре, которых больше всего почитали в эпоху викингов.

Культ Тора (рис. 90) был наиболее живым, распространенным и устойчивым; викинги разнесли его во все страны, где они селились. Один английский проповедник утверждал, что Тор — это бог, которого больше всего почитают даны, а ирландец назвал норвежцев Дублина «племенем Тора». Его культ в IX и X веках стал еще более распространенным, так что с приходом христианства именно Тор стал главным соперником и противником Христа. Ярким свидетельством почитания Тора является огромное количество личных имен с элементом «Тор-», особенно в Норвегии и Исландии. Многие названия мест в этих странах также хранят имя Тора.

Тор был небесным божеством и прежде всего — богом грозы. Он владел молотом, который символизировал молнию, и, как и у Зевса, его культ был связан с дубом. Моряки молились ему, как богу грозы, который может послать хорошую и плохую погоду; крестьяне обращались к нему с просьбой о плодородном дожде (особенно в Швеции). Как и другие небесные боги, Тор был хранителем закона и справедливости в обществе. На священных кольцах, хранившихся в его храмах, приносились клятвы, и исландский альтинг всегда открывался в четверг — день Тора. Тор также играл важную роль в семейных обрядах и был защитником отдельных людей: его символ, молот, использовали при благословении невесты, новорожденного и погребального костра. Маленькие молоточки были очень популярны в качестве амулетов; на памятных камнях нередко писали формулы, прося благословения Тора; иногда на них изображался знак молота. Считается, что свастика и топор также были символами его могущества.

В мифах Тор фигурирует как победитель великанов, огромный, могучий воин, который сокрушает гигантов одного за другим ударами своего молота; он пытается бороться с гигантским Мировым Змеем, которого вытащил на удочке из океана (рис. 82). В скандинавской мифологии чудовищные волки, змеи и драконы были символами зла и хаоса; их нападения угрожали упорядоченному миру богов и людей, и в конце концов им суждено его уничтожить. Поэтому любого бога или героя-человека, который убивал или связывал чудовище, считали могущественным защитником человечества; его подвиги имели религиозное значение и были достойным предметом для поэзии или изобразительного искусства. Тор, который превосходил всех остальных как неутомимый истребитель великанов, был богом, могущество которого больше всего охраняло людей от сил зла.

Характер Одина (рис. 83) был гораздо более сложным, и различные его аспекты отражаются во множестве имен и эпитетов, — более 150! — которыми награждают его скандинавские поэты. Его главное имя — Один или Водан — помогает понять суть его природы: оно связано с прилагательным, означающим «бешеный, сумасшедший». Точно так же Адам Бременский, писавший о шведском язычестве примерно в 1070 году, кратко замечал: «Wodan, id est Furor» [Водан, то есть Ярость]. Мифы и легенды говорят нам, что он был одарен тремя видами безумия — безумием воина в битве, безумием погруженного в экстаз провидца и безумием поэта.

Как бог войны, Один владел копьем; его сопровождали пожиратели падали — вороны, волки и орлы. Он получал удовольствие, сея раздоры, и под его влиянием люди забывали самые святые узы родства и свойства и начинали убивать друг друга. Некоторые знатные герои были его любимцами: он открывал им секреты стратегии и давал волшебное оружие. Другим воинам, берсеркам, он внушал такое безумие, что они сражались как дикие звери и, несмотря на свою наготу, уберегались от ран. Один повергал своих врагов в панику или нечто вроде паралича, который назвали «оковы боя»; видимо, поэтому одним из символов Одина был узел в виде тройного треугольника (рис. 89). Однако милость бога войны была ненадежной: рано или поздно он покидал своего почитателя, посылая его на смерть. Поэтому Один был еще и богом смерти — во всяком случае, насильственной; его посланницами были валькирии, «выбирающие мертвых», которые одним даровали победу, а других призывали с поля боя в мир иной. Говорили, что убитые посвящены Одину и что после смерти они попадают в Валгаллу, «чертог убитых», о котором будет подробнее рассказано ниже. Отношение к такой судьбе было двойственным: большинство поэтов называют такую смерть славной, но некоторые скорбят о том, что бог награждает своих почитателей смертью.

Один также был богом мудрости, прежде всего оккультной мудрости провидцев и колдунов; он превосходно владел рунической магией и всевозможными заклинаниями. Он мог вызывать умерших из могил, возвращать к жизни тех, кто висел на виселице, и заставлять их прорицать будущее.

Его конь Слейпнир (часто говорили, что у него восемь ног!) мог везти человека по воздуху или переправлять вниз, в загробный мир. Один мог менять свой облик; дух его бродил по миру в виде птицы или зверя, в то время как тело оставалось на месте, как будто он заснул или умер. Его магическая мудрость была завоевана ценой множества страданий — согласно одному преданию, он потерял глаз; согласно другому, провисел в течение 9 дней на дереве в качестве человеческой жертвы, «посвященный Одину, в жертву себе же». Из таких мифов очевидно, что Один был покровителем и божественным первообразом провидца и мага, прежде всего такого, который (как шаманы арктических областей Европы и Азии в наше время) должен был проходить ужасные инициации и общаться с иными мирами путем экстаза и медиумического транса.