Она снова выглянула из окна. Олень поставил передние ноги на среднюю ступеньку крыльца, явно вознамерившись добраться до фуксий. Миранда удивленно приоткрыла рот — она еще никогда не видела диких оленей так близко. У нее возникло желание не вмешиваться в происходящее — даже если ради этого колибри придется лишиться завтрака.
Цветы нетрудно заменить, а момент может быть упущен навсегда.
Но было ли удовольствие от созерцания такой сцены достойно возможных последствий для оленя? Оленям не место на верандах домов.
Миранда нехотя открыла окно, желая скорее предупредить, чем прогнать оленя. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга в упор, в огромных глазах оленя ясно читался вопрос.
— Тебя сюда никто не звал, — негромко объяснила Миранда. Словно поняв ее, олень попятился, не сводя с нее глаз. Наконец, грациозное животное не торопясь повернулось и исчезло среди деревьев. Глядя ему вслед, Миранда слышала, как отзываются эхом в ее голове собственные слова.
Она отошла от окна и обвела взглядом кухню, задерживаясь на мебели, посуде и утвари, не принадлежащей ей.
— И меня тоже… — добавила она шепотом.
ГЛАВА 11
Спустя две недели Адам уехал в Си-Рэнч. Прошло всего сорок восемь часов после его отъезда, и желание увидеться с ним переполнило Миранду, усиливаясь с каждым пробуждением. Вопреки своим привычкам, она не стала задумываться над этим желанием, принимая его за естественную примету развития их взаимоотношений. Миранда даже пыталась убедить себя, что справится с отсутствием Адама, зачеркивая в календаре дни, оставшиеся до его возвращения.
Но однажды днем, вернувшись домой с урока у Джейсона, Миранда была вынуждена признать, что ощущает разлуку с Адамом всем существом и что именно его отъезд вызвал у нее тоску. Бросившись в спальню, она уложила сумку и отправилась на юг. Ее нежелание выходить за пределы маленького, уже известного мирка, было побеждено— более глубоким и непреодолимым стремлением.
Изумленное выражение Адама заставило ее забыть о беспокойстве, терзавшем ее всю дорогу; ночь они провели, занимаясь любовью, и это избавило Миранду от последних сомнений насчет приезда. На следующий вечер она совершила невообразимый поступок — встретила вернувшегося Адама у дверей в одеянии, состоящем лишь из цветка настурции в волосах.
Секс с Адамом был неудержимым и спонтанным. Не то чтобы Миранде не нравилось заниматься любовью с Кейтом или приходилось засыпать неудовлетворенной — просто в то время она никогда не теряла головы так, как с Адамом. В их соитиях было нечто примитивное, первобытное. Их не сдерживали никакие запреты. Адам любил ее так, как Миранда никогда не позволяла Кейту. С Адамом она становилась ревностной участницей секса, а иногда — и агрессором. Миранде не хотелось размышлять над тем, что в ней переменилось. Большинство вопросов она предпочла бы оставить без ответа — по крайней мере пока.
После возвращения Миранды в Мендосино они созванивались каждый вечер. Миранда извещала его о прогрессе в своих уроках или, чаще, о недостатке прогресса. Джейсон настойчиво уверял, что ее таланту недостает терпения. Вспоминая их любовь, Адам возражал, отнюдь не считая нетерпеливость Миранды недостатком.
В День труда, самый шумный праздник туристского сезона, Джейсон заговорил с Мирандой о том, что пора устроить вечеринку и отпраздновать возвращение Мендосино аборигенам. Миранда порадовалась, выяснив, что хотя бы Джейсон уже причисляет ее к этим «аборигенам».
Она помогала строить планы вечеринки, обретая спокойную уверенность в неоднократно повторяющихся похвалах Джейсона ее организаторским способностям. Оказалось, что вновь заниматься делом весьма приятно, пусть даже это дело всего лишь устройство очередного приема в чужом доме.
В день торжества Адам вернулся домой двумя часами позже, чем планировал, пополнив зато свой банковский счет на несколько сотен долларов.
— Я мог бы задержаться там еще на целый месяц, — сообщил он Миранде, помогая грузить в ее машину пирожки и печенье, закупленные в булочной для празднества. — Как только прошел слух о моем приезде, похоже, у каждого местного жителя нашлось дело для меня.
— Ты просто не понимаешь, как трудно найти мастера, способного сделать мелкий ремонт, которого всегда так много в доме. Отремонтировать посудомоечную машину, сушилку или кондиционер можно где угодно, но к кому обратиться, если не работает выключатель в ванной или плохо держится дощечка в паркете?
— Похоже, я говорю с настоящим знатоком в таких делах.
Миранда обернула полотенцем поднос с пирожками, чтобы они не рассыпались по багажнику.
— О, мне есть что рассказать. Помню, однажды мы… — Непрошеные воспоминания вернулись слишком быстро.
— Я слушаю, — напомнил о себе Адам.
— Да так, пустяки. — Она захлопнула багажник.
— Ты снова замыкаешься в себе, Миранда.
— Нет, что ты, — слишком торопливо и оживленно перебила она. — Просто я заново волнуюсь каждый раз, рассказывая о подобных событиях. Не хочу испортить твое возвращение, негодуя по поводу давних скандалов с бестолковыми мастерами. — Эти слова нельзя было назвать сущей правдой, но лжи в них содержалось ровно столько, что Миранда могла простить ее себе. Она быстро поцеловала Адама и обошла машину.
— Время не ждет, мистер Киркпатрик, — напомнила Миранда, увидев, что Адам медлит.
Адам сел рядом с ней.
— Знаешь, сегодня я готов заняться десятком других дел, только не помирать от скуки на вечеринке.
Она усмехнулась.
— Назови хоть одно.
— Можно, я лучше покажу? — Он запустил руку ей под юбку.
Жаркая волна мгновенно опалила ей бедра.
— Прекрати немедленно! — приказала Миранда, схватив его за руку.
— Ладно, это занятие тебе не по вкусу. Но у меня в запасе еще девять.
— Покажешь потом, — предложила Миранда, предчувствуя, что ожидание ее измотает. Какого черта она пообещала Джейсону остаться до конца вечеринки и помочь с уборкой?
Адам пристегнул ремень.
— Мне нравится твоя прическа.
— Спасибо, мне тоже. — Миранда машинально поправила завитые концы волос. Неделю назад она сделала эту прическу в парикмахерской Форт-Брэгга: волосы до плеч, пробор на боку и завивка на концах. Лоб прикрывала негустая челка. Прическа выглядела довольно просто, но на самом деле требовала большого мастерства. Не ожидая чуда, Миранда была изумлена и результатами, и ценой. Она отдала восемнадцать долларов за прическу, которая в прежнем салоне обошлась бы ей в восемьдесят.
