Читаем без скачивания Ловушка для невесты - Светлана Богданова

— Вот — типичный пример стресспсихотерапии, — давясь со смеху, заметила Ангелина. — Если вы своему соседу снизу что-нибудь подобное устроите, он скорее пить бросит. Воля человеческая сильнее воли магической…

Затрезвонил сотовый Голубева — наконец-то объявился пропавший Семен Семенович. Илья заморгал то одним, то другим глазом, намекая Ангелине, чтобы она увела Катю из кухни. Однако та сидела как вкопанная и с интересом прислушивалась к каждому слову. Демонстративно расшнуровав ботинок и пощупав носки, Илья показал жене пальцем на дверь спальни. Катя побежала за сухими носками, и Голубев смог относительно спокойно общаться.

— Да… Да… Я тебя разыскивал… Очень плохо слышно… Да, дело крайне важное, — объяснялся он отрывочными фразами. — В багажник моего «мерседеса» подкинули труп круглолицего бандита. Да… Да, обнаружил утром. Нет… Это еще не все. В багажнике «ауди», которая принадлежит Ангелине Громовой, обнаружен труп второго преступника, того, что был в форме майора. Нет… Нет, у нас с ними разборок не было! Да… Да, я могу поклясться, хоть на Библии, если тебе мало слова настоящего джентльмена! Нет! Откуда я могу знать, кого вам теперь ловить нужно! — Голубев горячился и повышал голос. — Вы — милиция, вам и карты в руки. Нет! Моя машина своим ходом ехать не может. Колесо проколото. «Ауди» доехать может. Как куда доехать?! Конечно, к вашему отделению милиции. Или ты собрался извлекать жмуриков из багажников машин в моем родном дворе?! Чтобы потом на меня все пальцами тыкали и сторонились, как мафиозника?! Да какие на хрен улики?! — завопил на всю квартиру Илья, — «ауди» полгорода из конца в конец проехала, а труп в нее в другом дворе подложили. Ежу понятно, что мой жмурик тоже не сам в багажник забрался. Мне плевать, что у вас нет транспорта. Я за свой счет вызову эвакуатор, раз вы такие экономные. Когда? Через час не раньше. Ладно. Будем через час. — Илья дал отбой и вытер вспотевшее лицо и шею.

Появившаяся во время разговора Катя выронила носки на мокрый пол.

— И вы от меня скрывали? — прошептала она дрожащими от обиды губами. — Эх вы!

— Катюша, мы же хотели как лучше, — ласково ответил Анатолий. — Ты же покойников боишься… А там такое…

— Дураки! — в сердцах выругалась Катя. — Покойников-то я боюсь, но за вас боюсь еще больше! — она наклонилась, подняла носки, отжала их и подала мужу. — Все, с меня хватит! Будешь обращаться со мной, как с глупой малолеткой, уеду к тете Лизе!

— Не сердись, котенок, — Голубев посадил ее на стул, плюхнулся на пол и уткнулся головой в ее колени. — Я за тебя… Я для тебя… Да я… Да мы…

— Илюшенька, родной, — на глаза Кати навернулись скорые слезы. — Я тоже тебя люблю. И никуда-никуда, никогда-никогда от тебя не уеду.

— И жили они долго и счастливо, — умилился Анатолий.

— Чего и другим желаю, — намекнула его невеста.

— Кать, можно я покурю, — попросил у жены разрешения Голубев.

— Ладно, — расчувствовавшаяся Катя вошла в его положение, понимая, что у мужа нервы на пределе.

— Я тоже, — Толик курил редко, поэтому Ангелина даже не заикнулась о вреде курения.

Мужчины ушли в гостиную, распахнули балкон, свежий воздух ворвался с улицы, выхолаживая квартиру.

— Ура! — воскликнула Ангелина. — Я знаю, как вам быстро убрать воду. На ночь похолодало, на улице минус пять. К вечеру обещали до минус десяти. Оставь балкон открытым, вода превратится в лед, а его легко сколупнуть и выкинуть в ведро.

— Полы перекосит, — здраво рассудила молодая хозяйка. — Я уже вызвала уборщиц из нашего ресторана.

— Тогда закрой дверь в кухню, а то мы тоже в ледышки превратимся, — попросила подругу Ангелина.

Дружный мужской гогот донесся из-за закрытой двери. От мощного взрыва смеха стекла задребезжали.

— О, о, о! — булькал Анатолий, держась за живот.

— С-с-с, — посвистывал смеющийся Илья.

— Как дети! — укорила их Ангелина. — В такую переделку влипли, а им все нипочем.

— С-с-справедливос-с-сть вос-ссторжес-с-ствова-ла, — просвистел Голубев.

— Неужели кто-то угнал наши машины вместе с трупами? — понадеялась на чудо Катя.

— С-соседа закодировали, — хохотал Илья. — Теперь я с-с-специалис-с-ст по с-с-стресспс-с-сихо-терапии.

— Вот умора, — заливался Толик. — Этот случай нужно вписать в анналы стресспсихотерапии. Только мы закурили, слышим, на балконе под нами кто-то копошится. Я перегнулся, а там пролетарий спит на корточках в одной майке, трусах и кирзачах, прижавшись щекой к лезвию топора. Вокруг коробки с пустыми бутылками, видно за тарой вышел, а сам уже побелел от холода и щекой к топору примерз.

— А я ему и сказал, — справившись с приступом хохота, продолжил Илья. — «Проснись, замерзнешь». Но мужик и рылом не повел. Я громче крикнул: «Проснись, проснись! Замерзнешь, замерзнешь!»

— Тут он голову поднял, — Анатолий ткнул вверх указательным пальцем, — и ответил: «Спасибо, Боженька».

— Мы чуть с балкона не рухнули, но я снова стал давить на его психику, — мстительный Голубев сиял, как медный самовар. — Сказал ему: «Бросай пить, не то прокляну». А он глаза разлепил, зрачки квадратные, а сам твердит: «Не проклинай, Боженька. Клянусь, пить брошу».

— И крест поцеловал, — добавил Анатолий.

— Чую, на этом закончилась блестящая карьера местного самогонщика, — от проведенной акции боевой дух Голубева заметно укрепился, а от страха и истерики не осталось и следа. Он снова почувствовал себя мужчиной — сильным, уверенным, способным справиться с любой проблемой, помочь и себе, и своим друзьям. Илья дозвонился до автосервиса, но у них в наличии имелся только один эвакуатор. Анатолий дал ему добро, благо «ауди» и своим ходом до милиции сможет доехать.

— Мы тоже с вами, — попросилась Катя.

— А уборщицы? — напомнил ей муж. — Люди придут, а хозяйки нет.

— Тогда возьмите с собой Ангелину, — она посчитала, что присутствие благоразумной женщины сможет уберечь их от новых приключений.

— Вообще то я не собиралась, — замялась ее подруга. — Мое лицо… Но если уж так необходимо…

— Необходимо, — командным голосом распорядился жених. — Ты — главный свидетель, ты должна опознать преступников, которые тебя ограбили.

— А ты? Ты тоже можешь их опознать… Ведь они тебя похитили!

— Наивная женщина! Как ты не понимаешь, что я, по логике, уже не потерпевший, а обвиняемый… Были преступники, и нет их! А куда они подевались? А друзья невесты устроили вендетту и расправились с ними.

— Глупо и нелогично. Вы так ловко расправились с преступниками, а трупы получше спрятать не могли…

— Идеальное место! — возразил Илья. — И с точки зрения логики тоже все нормально. Умные преступники мыслят нестандартно и находят неординарные ходы. Допустим, мы — умные мстители и, действительно, совершили кровавую вендетту, в результате которой в багажниках наших машин осталось два трупа. Рядовой преступник попытается спрятать тела, а хитрый, наоборот, выставит их на всеобщий обзор и тем самым отведет подозрение от себя.

— По-моему, вы сами себя перемудрили, — засмеялась Лина. — Если бы я была следователем, я бы не заподозрила вас по иной причине…

— По какой? — одновременно выкрикнули друзья.

— По профессиональной, — ответила она. — Анатолий — врач, и не просто врач, а хирург. А любой хирург знает тысячи способов избавления от трупов.

— Тоже верно, — как третейский судья Илья взвешивал все «за» и «против», чтобы выбрать золотую середину.

— Ангелина, — Катя забеспокоилась еще больше, — сама не лезь в это дело и мужиков держи! Пусть Семен Семенович во всем разбирается. Я за вас боюсь!

Катя прекрасно понимала, что если ее друзья начали анализировать факты и детали происшествия, значит, они намерены предпринимать и следующие шаги. После обнаружения второго трупа страх улетучился, и восстановление доброго имени и справедливости стало для них делом чести.

— Илья, я тебя умоляю! — слезы снова выступили на ее глазах.

Снизу просигналил подъехавший эвакуатор.

— Котенок, не волнуйся! Ты же меня знаешь, — Илья чмокнул ее в щеку. — Жди меня, и я вернусь.

— Катя, я за ним прослежу, не переживай, — пообещал ей Толик.

— Катюша, — ласково обняла ее Ангелина. — Не нервничай, я буду следить за ними обоими.

— Я приеду к вам, как только освобожусь! — выкрикнула им вслед Катя.

Однако выезд из двора эвакуатору с «мерседесом» и следовавшей за ним «ауди» перегородила завывающая машина скорой помощи.

Два крепких санитара метнулись в подъезд, прихватив с собой носилки.

— Наверное, что-то серьезное, — посочувствовала Ангелина.

— Раз больного госпитализируют, значит, существует угроза для жизни, — подтвердил жених. — Только я никак не могу понять, что это за машина. Вроде, скорая, но по оборудованию, какая-то специфическая: то ли реанимационная, то ли… Психиатрическая! — догадался он, когда санитары вышли обратно, а на носилках бился привязанный ремнями пролетарий.