которые и имели пристрастие к курению, вели себя до противного образцово. Казалось, что кроме нашей героини, никого из них не терзал никотиновый голод, который они каким-то таинственным образом приглушали. Правда, Мила заметила, что многие курильщики усиленно налегли на жвачку, которая валялась теперь чуть ли не на каждом рабочем столе, словно ластик, и которой все друг друга угощали, как раньше сигаретами.
Что случилось с этим миром? Мила не понимала.
Под конец рабочего дня её даже охватила безумная идея вновь подойти к новому заму и попросить у него сигаретку. Но даже будучи в полном отчаянии, Мила не могла не сознавать, что утром ей просто повезло. А сейчас, прояви она наглость, то не только ничего не получит, но и может лишиться работы, так как зам может запросто сдать её полиции как злостную нарушительницу нового закона. И тогда Мила окажется в ещё более худшем положении, чем сейчас.
В общем, к концу рабочего дня Мила была сама не своя, и когда кто-то в коридоре предложил ей жвачку, с радостью согласилась.
На удивление, жвачка действительно немного помогла и на несколько минут Мила даже смогла забыть о своих страданиях. И вечером по пути домой она специально зашла в магазин и купила там несколько пачек жвачки, которую с усилием принялась жевать сразу же после покупки.
Вернувшись домой, Мила по привычке сходила в душ и хотела приготовить ужин, но аппетита не было, как и желания что-нибудь готовить.
С грустью оглядев пустую квартиру, она с сожалением вздохнула. Владимир, мужчина, с которым она жила последних три года, неожиданно свалил в закат, найдя себе подругу помоложе, а сын Милы, которого она несколько лет назад отправила к своим родителям, так и оставался у них, совершенно не желая общаться с матерью. Впрочем, Милу это устраивало, так как это освобождало её от лишних хлопот, но иногда она просто физически ощущала, как отчаянно ей не хватает рядом родного человека. Однако стоило Миле подумать о том, как усложнится её жизнь, если к ней вернётся сын, то все её порывы стать примерной матерью мгновенно улетучивались. В конце концов, не зря же придуманы телефоны?
Вот и сейчас, отбросив все грустные мысли в сторону, Мила взяла в руки телефон, уселась в кресло и набрала номер сестры.
– Лара, привет! Как жизнь? – обратилась она к сестре.
– Нормально, – ответила Лариса. – А ты как?
– А я плохо! – принялась жаловаться Мила. – Весь день пыталась купить сигареты, но эти дурацкие правила, которые невесть кто придумал, загнали меня в такой угол, что даже не представляю себе, как оттуда выбраться!
– Может, тебе стоит бросить курить? – деликатно предложила Лариса.
– Ты хоть представляешь себе, как это сложно? – стараясь не сорваться на сестру, проговорила Мила. – Это ты по молодости баловалась, сильно не втягиваясь, а когда собралась рожать – бросила. А я даже когда грудью кормила, продолжала курить! Я не могу взять и бросить! Слишком поздно!
– Тогда вживляй чип! Сможешь продолжать курить и ни о чём не думать! – тут же предложила Лариса.
– Ещё лучше! – возмутилась Мила. – И если бы потом можно было продолжать курить как раньше, то я бы первая побежала за этим чипом! Но беда в том, что всё равно останется куча запретов! Ты разве не читала?
– Нет, – честно призналась Лариса. – Зачем мне знать все эти подробности, если мы с мужем не курим?
– Повезло вам! – со злостью проговорила Мила. – Что они там принимают, хотела бы я знать, прежде чем садятся писать эти законы? Потому что нормальному человеку такое никогда в голову не придёт!
На это Лариса ничего не ответила, и Мила продолжила изливать на сестру свою боль.
– Даже если завтра я пойду и установлю себе этот чип, то всё равно не смогу курить столько, сколько захочу, и там, где захочу! Они продадут мне столько сигарет, сколько сочтут нужным, а точнее, безопасным для моего здоровья. Интересно, откуда только им знать, что для меня безопасно, а что нет? Для моего здоровья, может быть, гораздо опаснее лишать меня этих самых сигарет, а не запрещать мне их курить!
– Мила, может, не всё так плохо? – с надеждой в голосе спросила Лариса.
– Всё ещё хуже! – рассвирепев, ответила Мила. – Сегодня, когда я закурила на улице, меня принялись снимать все подряд! Представляешь? Будто я чёртова «звезда» или герой «Чёрного зеркала»! И если бы у меня был чип, то я налетела бы на такие штрафы, что зарплаты не хватило бы рассчитаться! Этак теперь и сигарету лишний раз не достанешь! Сразу попадёшь на страницы «Их разыскивает полиция»! Я будто в дурдом попала! И самое ужасное – не знаю за что!
– Я слышала, жвачка помогает! – робко предложила Лариса.
– Да что вы все жвачку мне в нос тычете! – гневно проговорила Мила. – Купила я эту жвачку! Купила! Не очень-то она помогает, скажу тебе!
– Мил! Ведь не я этот закон придумала! – потеряв терпение, перешла в наступление Лариса. – А ты высказываешь мне это так, будто я виновата во всех твоих бедах!
– Конечно, не ты! – спохватившись, что хватила через край, сказала сестре Мила. – И конечно, ты ни в чём не виновата! Просто мне так плохо, что я должна была поговорить с тем, кто выслушает меня и не осудит!
– Как я могу тебя осуждать? – сказала ей в ответ Лариса. – Наоборот! Если бы от меня что-то зависело, я бы сделал всё, чтобы помочь тебе! Но просто не знаю как!
– Да ты уже помогла мне! – сказала сестре Мила. – Тем, что ответила на звонок и выслушала меня!
– Но мы же сёстры! – тут же ответила Лариса.
– Да, сёстры! – сказала Мила. – Извини, что вспылила!
– Да, ничего! Но если я всё же могу чем-то помочь …
– Спасибо! – сказала Мила и попрощалась с сестрой.
Всё ночь Мила ворочалась, пытаясь призвать сон и в его объятиях забыть все горести этого дня. Но этот сорванец бывает настолько своенравен, что редко делает то, о чём его просят.
Несколько раз за ночь Мила вставала с постели, чтобы пройтись по комнате, выпить воды и выйти на балкон, так как ей всё время не хватало воздуха.
Где-то в середине ночи наша героиня подумала, что стаканчик виски помог бы ей уснуть, но дома у неё не было никаких запасов алкоголя, а искать работающий бар ей вовсе не хотелось. Тем более что после виски ещё сильнее захочется курить, и сопротивляться этому желанию будет ещё труднее. Поэтому Мила то и делала, что
