и на этой стороне. И я заторопился за Людмилой прямо к месту, где очень скоро должен начаться не самый обычный аукцион.
Глава 15
Последний лот
Когда мы обошли старый «ЗИЛ» аварийной службы, я увидел главное место действия.
С этой стороны на машине красной краской или, скорее всего, кровью, корявыми печатными буквами было написано «аукцион». Вместо сцены перед машиной приставлено друг к другу два поддона. Перед ними в несколько рядов стоят сиденья для избранных гостей — старые кресла, вырванные из машин, ящики из-под стеклянных бутылок, обшарпанные советские табуретки и другой хлам, который более-менее подходит для того, чтобы выполнять функцию стульев. По периметру в песок воткнуты самодельные факелы, поэтому с закрытием порталов света тут не стало меньше. Хотя если бросить взгляд за пределы территории работорговца, кажется, что там конец всего. Ступишь и растворишься в этой тьме.
Души медленно шли и занимали места поближе к сцене. Многие, как и мы, оставались стоять позади сидячих мест и, то и дело, с интересом косились в нашу сторону.
— Рекомендую внимательно посмотреть, что у тебя есть в рюкзаке? — сказала Людмила. — Нам понадобится много полезных вещей, если мы хотим вытащить твоих спутниц.
— Значит это все… — я огляделся, оценив еще раз обстановку. — Это все вещи, полученные работорговцем в обмен на тела?
— Да, — кивнула щитница. — Тут нет и сотой части его состояния. Как ты уже заметил, на этой стороне дефицит почти всего. После закрытия порталов духи возвращаются сюда с нажитым добром и пытаются завладеть самым сокровенным для них — вторым шансом.
Я поверить не мог, что все тут так устроено. Вся иллюзия, что души выползают из порталов без цели, тут же разрушилась. Теперь я понимал, что некоторые из них прекрасно знают, чего хотят, когда попадают во внешний мир. Найти тело. А если не получится, ищут что-нибудь, что можно будет на это тело обменять. Уверен, что это не единственная их мотивация, но теперь я смотрю на происходящее в этом мире совершенно другими глазами.
— Как часто проходит аукцион? — спросил я.
— Каждый день. Сразу после того, как закрывается последний разрыв.
— Элаиза попалась в лапы Раневскому уже пару дней назад. Думаешь она все еще здесь?
— Вполне возможно, — Людмила скрестила руки на груди. — А может и нет. Не всегда духам есть что предложить Раневскому. Одаренный не станет работать себе в убыток. Если не находится достаточно интересной ставки, то аукцион заканчивается, не успев начаться.
— А как делают ставки?
— Словами.
— На этой стороне души могут говорить?
Людмила кивнула.
Сразу после этого кто-то ударил в металлический не то гонг, не то просто по ржавой кастрюле. Я поднял глаза. Карлик стоял у самодельной конструкции, на которой болталась железная тарелка от барабанной установки. Он стукнул по ней еще раз обычным молотком, который держал в руках.
В этот же момент с округи сбежались адские гончие. Они окружили сцену, сев к ней спиной. Выполняли роль охраны.
Карлик стукнул по тарелке в третий раз. После этого двери старого «ЗИЛа» распахнулись и на сцену вышел работорговец.
— Дамы и господа! Рад вас всех видеть! — заговорил он, но вдруг прервался, уставившись на нас с Людмилой.
Этот взгляд заметили и души. Поэтому они тоже повернули головы на нас.
— Вы только посмотрите, кто к нам сегодня пожаловал! — продолжил одаренный пропитым голосом. — Пустынница! Собственной персоной!
— Продолжай, Раневский, — огрызнулась моя спутница. — Я пришла по делу.
— По делу. Конечно. Кто бы сомневался, — усмехнулся он. — Если ты думаешь, что я обменяю мальчишку, которого ты привела на информацию, то сильно заблуждаешься. Но не будем отвлекаться. Действительно. Сегодня мы все собрались тут с одной целью — обрести возможность зажить полной жизнью. И как все вы знаете, для этого нужно заплатить достойную цену.
Работорговец поправил шубу на себе, вытер бороду и откашлялся. Затем продолжил:
— Сегодня я приготовил для вас четыре чудесных тела! — объявил он.
Это было очень странно. Одаренные, жившие в разные времена, облаченные в одежду разных эпох и народностей, держали в руках барахло и жаждали получить второй шанс. Они не аплодировали в предвкушении действия, не разговаривали друг с другом. Все, как один, просто мечтали поскорее убраться из этой пустыни и забыть ее как страшный сон. А бомж, говорящий со сцены, был сегодня их единственным шансом на спасение.
Раневский махнул карлику, грузным шагом отошел к краю сцены и дождался, когда тот выведет на всеобщее обозрение первую жертву.
Старушка с цепью на шее и защитным куполом вокруг тела, еле поднялась на поддон и осмотрелась испуганными глазами. Карлик дернул за ошейник, заставляя ее выйти в центр, а затем передал цепь своему хозяину.
— Первый лот! — возвестил работорговец. — Старуха. Семдесят восемь лет. Свеженькая. Псы пригнали ее всего пару часов назад. У вас еще будет возможность притвориться старой каргой, когда сегодня вернетесь во внешний мир в ее шкуре. Итак. Кто сделает первую ставку?
— Часы! — выкрикнул кто-то из сидящих у сцены, вскинув вещицу над собой.
— Механические? — спросил Раневский.
— На батарейках, но…
— Оставь себе! — огрызнулся работорговец. — Следующая ставка?
— Термос! — поднял руку мужик без одного уха.
— Целый? — уточнил Раневский.
— Да!
— Принимается! Термос — раз! Термос — два! Термос…
— Насос для велосипеда! — выкрикнул еще кто-то.
Одаренный прикинул свою выгоду и ответил:
— Принимается! Насос — раз! Насос — два! Насос…
— Книга! — прервала работорговца, стоящая недалеко от нас дама.
— Какая?
— Достоевский. Преступление и наказание, — она повертела увесистый том в руке.
— Читал! — махнул рукой он. — Насос — три!
Карлик ударил по железной тарелке разбивая тишину и перебивая всхлипы старушки. Затем низкорослик забрал цепь у Раневского и сильно дергая за поводок увел бабулю в машину.
— Поверить не могу, что человеческую жизнь здесь можно купить за насос, — шепнул я.
— В таком месте, как это, цена всему становится совершенно другой, — посетовала пустынница.
— Что будет потом? — спросил я. — Выигравшие зайдут в машину, отдадут предметы и заберут товар?
— Да, — подтвердила мою догадку дочь Германна. — Раневский снимет щит и покажет им портал, через который они смогут выйти во внешний мир.
— Значит поэтому ты была тут прежде?
— Да, — кивнула Мила. — Я хотела купить у него информацию о двустороннем портале.
— Он не продал? У тебя не нашлось подходящей вещи?
— Нет. Ублюдок сказал, что ни за что не расскажет мне о выходе. И что у меня есть только один шанс выбраться отсюда. Стать одним из его трофеев.
— И ты, конечно, не согласилась… — понимающие покачал головой я.
— Лот номер два! —
