битва и я с удовольствием тряхну стариной.
— Угу, — без особого удовольствия ответил я.
— И еще. Элаиза сидит недалеко отсюда под старым трамваем, — его передернуло, а затем раздался звук застегивающейся ширинки. — Можешь забирать девчонку. Я держал ее только для того, чтобы баба не мешала мне торговать.
Я многозначительно кивнул, сделав вид, что информация достойная. Но сыграть не получилось.
— Значит ты уже в курсе? — удивился он. — Я же говорю. Есть в тебе что-то… Ладно. Проваливайте. Не забудь прислать мне весточку, когда придет время! — крикнул он мне вслед, когда мы покидали обитель работорговца.
Да. Похоже собрать горцев будет не такой сложной задачей. Все они так и горят идеей снова навалять тварям из-за стены. Ну или умереть. Осталось только найти остальных бессмертных и узнать, как с ними можно будет связаться, когда все начнется.
С этой мыслью я вышел на освещенный простор перед грузовиком аварийной службы, где меня уже ждала Агата в компании ластящейся к ее ногам адской гончей.
— Наконец-то! — воодушевленно вскинула руки она. — Я уже расстроилась, что не додумалась взять часть твоей одежды, чтобы по запаху найти уже тебя, а не твоего приятеля.
— Приручила? — я указал на пса-призрака, пропустив мимо ушей ее сарказм.
— Как видишь. Идем?
— Освободи Агату, — остановил я ее. — А сама отведи парня в пещеру. Встретимся там.
— Ты же не думаешь, что я отпущу свое тельце без присмотра?
— Я оставляю с тобой паренька, за которого отдал самое дорогое что у меня было. Считай это равноценным обменом. Но рисковать жизнями всех я не стану. Мало ли куда приведет нас след, — я стянул с мальчишки варежку и тряхнул перед носом Агаты. — Мы найдем обратный путь по запаху.
— Черт с тобой, Ракицкий, — сдалась Ангельская и покинула тело готки.
— О май гад! — тут же воскликнула девчонка-подросток. — Эта карусель когда-нибудь закончится?
— Сразу после того, как ты бросишь идею делить свою жизнь с кем-то еще, — равнодушно ответил я.
— Кажется, мы разозлили папочку, — Ангельская протянула руку мальчишке. — Давай, выходи из-под купола. Пора идти.
Я кивнул, чтобы мальчик не боялся.
Тот сделал пару шагов, и Эра тут же вселилась в него. Сначала я хотел запротестовать, но понял, что так даже безопаснее. Никто не позарится на его тело, пока они добираются до пещеры.
Затем я дождался, когда парнишка скроется во тьме за пределами горящих факелов и повернулся к Агате.
— Идем.
Готка тут же поднесла бандану Глобуса к адской гончей, и та взяла след.
Мы бежали уже несколько часов. В какой-то момент мне показалось, что пес передвигается без цели. Не замечая нас. Следующих за ним по пятам. Просто путешествует по пустыне в поисках добычи и даже не думает искать человека, до которого мы надеемся добраться.
Мы продвигались практически на ощупь. После закрытия всех порталов стало вообще невозможно что-либо разглядеть за пределами защитного купола, свечение от которого позволяло видеть только на несколько метров вокруг. Поэтому никаких попавших сюда трамваев, жилищ душ или других достопримечательностей этого мира мы просто не замечали. Сплошная темная бездна, ведущая в никуда.
В какой-то момент гончая остановилась, заскулила, припала мордой к земле и принялась рыть песок.
У меня перехватило дыхание. Но понимая, что времени на сантименты совсем нет, я тоже упал на колени и начал копать.
Это продолжалось недолго. Совсем. Буквально через минуту я нащупал в песке что-то твердое. Обхватил пальцами и поднял на уровень глаз.
Это был череп. Абсолютно такой же формы, как тот предмет, в честь которого и получил прозвище Дмитрий Выхухлев. Брат Серого.
Агата стояла позади меня и молчала.
Я судорожно продолжил рыться в песке, пока не наткнулся на перстень. Дешевое металлическое украшение с черепом и двумя красными камнями, вставленными в глазницы безделушки. Теперь я был уверен. Кости, которые лежат тут уже несколько дней, принадлежат Глобусу.
— Это он? — спросила готка.
Я поднял один из ботинок и высыпал из него не то прах, не то песок.
— Да…
Я закрыл лицо руками. Дал себе время перевести дух.
— Проклятье!
Я в сердцах ударил по песку от бессилия. Замер. Перед глазами пролетели лица всех тех, кого я видел в доме Серого. Родственников, которые все еще надеются найти Диму.
— Айм сорри, — еле слышно произнесла Агата.
Но чертовы соболезнования мне были совсем не нужны. Теперь в них больше нуждаются те, кому я буду вынужден рассказать о смерти их брата и сына, когда вернусь.
Я простоял на коленях еще некоторое время. Собирался с силами. Пытался осознать, что Глобуса больше нет. Затем поднялся на ноги и попросил Агату помочь мне.
Не знаю. Может быть кто-то посчитал бы, что взять останки с собой и вернуть их родным было бы правильно. Чтобы покойника могли похоронить, как положено. Но я решил по-другому.
Отыскав неподалеку небольшой холмик, я голыми руками вырыл яму и сложил в нее останки Глобуса. Закопал. Оторванной ручкой от полиэтиленового пакета перевязал две палки в форме креста, а сверху повесил бандану.
— Я знаю, что ты еще ничего не понимал в этой жизни, — я засунул найденное кольцо в карман. Положил руку на крест. — Но надеюсь, что твои слова, что лучше сдохнуть в молодости как Кобейн или Цой гораздо круче, чем быть дряхлым стариком, хоть как-то помогли тебе в последние минуты.
Кто-то громко завизжал, наводя жути на двух людей, хоронящих третьего посреди призрачной пустыни. Я использовал эту заминку, чтобы набрать больше воздуха в грудь.
— Я хочу, чтобы ты знал, друг, что умер не напрасно. Теперь, каждый раз, когда мне захочется остаться дома в комендантский час и залипнуть на какой-нибудь фильм, я буду вспоминать, что где-то на грани жизни и смерти может находиться еще один Глобус, которого я просто обязан попытаться спасти.
Я горько улыбнулся, внезапно осознав, что больше никогда не увижу брата Серого. Тяжело выдохнул.
— Будь уверен, что твои родные не останутся в неведении. Как бы не было тяжело сообщать плохие новости, я сделаю это. Просто потому, что сам предпочел бы узнать горькую правду.
Гончая протяжно проскулила, напоминая о том, что я тут не один.
— Покойся с миром, Дима.
* * *
На центральном городском автовокзале, как всегда, пахло чебуреками, перегаром и потом от водителей, выкрикивающих названия городов, в которые очень скоро отправлялся их автобус. Капитан Троицкий, одетый в гражданскую одежду, сидел недалеко от спящей на скамейке женщины. Он, то и дело, засыпал, но внезапно просыпался, чтобы не упустить ее из виду.
Вчера у капитана был день
