- Просто приехал на праздники, Дик, и решил заскочить, чтоб поздороваться.
Хейнс удивленно поднял бровь, продолжая перебирать бумаги.
- Очень мило с вашей стороны, шериф, хотя у нас тут довольно сумасшедшие выходные. Если вы по поводу убийств в “Мансарде”, то ведь я уже все отослал вам через Терри и наше отделение в Атланте, больше у меня нет ничего нового.
Джентри положил ногу на ногу и передернул плечами.
- Я просто оказался поблизости и решил заскочить. У вас тут впечатляющая обстановочка, Дик. Хейнс хмыкнул.
- А что это у вас с подбородком? Похоже, кто-то хорошенько вам вмазал. Неприятности во время ареста? - спросил шериф.
Хейнс прикоснулся к своему подбородку - на фоне крупного желтоватого синяка виднелся пластырь. Его не скрывал даже грим телесного цвета.
- Ничего особенного, шериф, - с печальным видом промолвил Хейнс. - Поскользнулся, вылезая из ванны на Рождество, и стукнулся подбородком о вешалку для полотенец. Хорошо еще, что не убился насмерть.
- Да, говорят, что большинство несчастных случаев происходит дома, - проворковал Джентри. Хейнс незаметно поглядел на часы.
- Послушайте, а вы получили фотографию, которую мы вам послали? - спросил Джентри деловито.
- Фотографию? Ах ту, пропавшей женщины. Мисс Фуллер. Да, спасибо, шериф. Она роздана всем нашим полевым агентам.
- Это хорошо. - Джентри кивнул. - Ничего не слышно, где она может находиться?
- Фуллер? Нет. Я продолжаю считать, что она мертва. Думаю, ее тело нам никогда не удастся найти.
- Возможно, и так, - согласился Джентри. - Дик, я только что проезжал мимо Капитолия на автобусе, и сразу через улицу там такое большое здание с полицейскими кордонами вокруг. Это то самое, как оно называется...
- Здание Сената, - договорил Хейнс.
- Да, это там, где неделю назад террористы взорвали сенатора?
- Террорист, - поправил Хейнс. - Всего один. А сенатор от штата Мэн в это время отсутствовал. Был убит его политический советник - довольно известное лицо в партии республиканцев по фамилии Траск. Больше никто из важных лиц не пострадал.
- Полагаю, вы участвуете в расследовании этого дела, а?
Хейнс вздохнул и отложил бумаги.
- У нас здесь довольно большое учреждение, шериф. А агентов не так много.
- Да, - согласился Джентри. - Конечно. Говорят, террорист был пуэрториканец. Это так?
- Прошу прощения, шериф. Мы не имеем права рассказывать о текущих расследованиях.
- Конечно, конечно... Скажите, а вы помните этого нью-йоркского психиатра - доктора Ласки?
- Сол Ласки... - протянул Хейнс. - Преподает в Колумбии. Да, мы выясняли, где он находился в уикэнд, тринадцатого. В Чарлстон он, вероятно, приезжал, чтобы организовать презентацию своей будущей книги.
- Вполне возможно. Дело в том, что он должен был прислать мне кое-какие сведения об этих массовых убийствах, а теперь я не могу с ним связаться. Вы не следили за ним, нет? - поинтересовался шериф как бы между прочим.
- Нет, - ответил Хейнс и снова посмотрел на часы. - С чего бы вдруг?
- Да, действительно, нет никаких оснований. Но мне казалось, что Ласки собирается сюда, в Вашингтон. По крайней мере, я думаю, он был здесь в прошлую субботу. В тот самый день, когда у вас произошла эта история с террористом в здании Сената.
- Ну и что? - Хейнс равнодушно пожал плечами.
- Просто у меня такое ощущение, что этот парень пытается кое-что расследовать самостоятельно. Я думал, он здесь появлялся.
- Нет-нет, - быстро ответил Хейнс и вздохнул. - Шериф, я бы с радостью еще поболтал с вами, но через несколько минут у меня назначена встреча.
- - Конечно, конечно. - Джентри поднялся, комкая кепку в руках. - Вам надо обратиться к кому-нибудь.
- К кому? - не понял Хейнс.
- По поводу вашего синяка, - пояснил Джентри. - Могут быть осложнения...
Джентри спустился вниз по Девятой улице, пересек Пенсильвания-стрит и миновал здание Министерства юстиции. Затем свернул по улице Конституции, прошел по Десятой мимо здания Службы внутренних доходов, снова свернул на Пенсильвания-стрит и взбежал по ступенькам старой почты. Похоже, за ним никто не следил. Он дошел до Першинг-парк и посмотрел на крышу Белого дома. Интересно, там ли сейчас находится Джимми Картер и чем он занимается? Может, размышляет о заложниках и винит иранцев в своем поражении ?
Джентри сел на скамейку и вынул из кармана свой блокнот, перелистав страницы, плотно заполненные его почерком, закрыл блокнот и вздохнул.
"Тупик.
А что, если Сол был не в своем уме? Является ли он параноидальным психом?
Нет.
Почему нет?
Просто нет.
О'кей, тогда куда он провалился? Надо пойти в библиотеку Конгресса, просмотреть газеты за прошлую неделю, сообщения о смертях и несчастных случаях. Обзвонить больницы.
А что, если он находится в морге под именем пуэрториканца Джона Доу?
Глупо. Какое дело оберсту до советника сенатора?
Какое он имеет отношение к Кеннеди и Руби?"
Джентри потер глаза. В Чарлстоне, когда он сидел на кухне Натали Престон и слушал рассказ Сола, все выглядело очень правдоподобно. Все вставало на свои места - разрозненные, на первый взгляд, убийства выстраивались в цепь финтов и выпадов, которыми обменивались три маньяка, обладающих действительно невероятными возможностями. Но теперь все казалось глупостью. Если только...
"Если только их не было больше”.
Джентри выпрямился. Сол должен был с кем-то встретиться здесь, в Вашингтоне. Но, несмотря на всю свою откровенность, он не сказал с кем. “С членами семьи?” Зачем? Джентри вспомнил, с какой болью Сол рассказывал об исчезновении нанятого им детектива.
Френсиса Харрингтона. Может быть, Сол обратился к кому-нибудь за помощью? К племяннику из израильского посольства? Может, кто-то еще вмешался в это дело? “Кто?” Правительство? Но вряд ли Сол мог подумать, что у правительства есть какая-то причина оберегать бывшего эсэсовца. А что, если таких, как Уильям Борден, Фуллер и Дрейтон, было больше?
Шериф вздрогнул и поплотнее запахнул пальто. День был ясным, солнечным, температура воздуха - где-то градусов тридцать по Фаренгейту. Слабое зимнее солнце золотило колючую поблекшую траву.
Джентри нашел платный таксофон на углу рядом с гостиницей “Вашингтон” и воспользовался кредитной карточкой, чтобы позвонить в Чарлстон. От Натали по-прежнему не было никаких известий. Тогда Джентри набрал номер израильского посольства, который он переписал из телефонного справочника в гостинице. Интересно, работает ли кто-нибудь там в субботу?
Ему ответил женский голос.
- Алле, - промолвил Джентри, с трудом справляясь с внезапно возникшим желанием сказать “Шалом”. - Могу я попросить Арона Эшколя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
