никаких особенных комплексов и болячек из прошлого. Возможно, я даже правильно делал, что всё это время оказывал на неё лёгкое психологическое давление. Персонажи не должны быть слишком нормальными. В этом плане они напоминают картинки. Именно тени создают в них иллюзию трёхмерности.
По крайней мере в мультиках и книжках с картинками.
Многогранное замечание.
В любом случае у героя должна быть некая проблема личного характера, с которой он в итоге разберётся, и желательно неким образом, который свяжет её с основной историей.
Я давно уже собирался вписать мать Коу в сюжет, хотя бы на второстепенную роль, роль дамы в беде, и сейчас, в свете предстоящей арки, выдался подходящий момент, чтобы это сделать.
Но.
Я задумался.
Меня беспокоило, что, возможно, ещё слишком рано было разрешать конкретно эту сюжетную линию.
Согласно традициям жанра, главный герой должен решать свои личные и мировые проблемы параллельно, чтобы в самом конце либо его преддверии они сплелись воедино, а затем вместе разрешились. В данный момент наша история находилась на самых ранних стадиях. Следовательно, опасно было прямо сейчас браться за такую сложную тему. Можно было сделать это с целью именно что усугубить проблему, но в таком получится своеобразный диссонанс, когда герой побеждает злодея, но терпит поражение на личном фронте.
Встречается, конечно, и такое, однако не в японской школе сценарного мастерства. Здесь всё немного проще, понятней и потому приятней.
В любом случае время пришло. Затягивать не имело смысла. Я открыл первую страницу своей записной книжки, на которой у меня был приклеен календарик, и нарисовал в синей клеточке толстый крестик.
Это было тридцатое число.
Сегодня у нас двадцать восьмое…
…
…
…
Глава 36
Начало
POV Коу
С некоторой растерянностью Коу разглядывал фотографию черноволосой девушки в белом платье. Волосы, причёска, наряд… даже грудь, которая, отметил он про себя невольно, после чего сразу помотал головой, была заметно меньше, нежели сейчас — всё это создавало совершенно чужеродный образ, и только немного хмурое лицо и пронзительный взгляд говорили о том, что перед ним действительно была Танигава.
Коу стоял на первом этаже своей школы в коридоре возле спортивного зала и рассматривал застеклённый стенд, на котором располагались кубки и прочие спортивные трофеи. Взгляд его был направлен на фотографию, снизу которой стояла небольшая табличка: юношеский турнир по фигурному катанию Токийской префектуры. Главный приз. Парное выступление.
Парное… Всё так.
Взгляд его переместился с Танигавы на другую девушку на фотографии. На ней тоже было белое платье. Сама она была немного ниже, но обладала изящной белой шейкой. Волосы её были длинными и волнистыми, губы красными, лицо казалось детским и в то же время тощим.
Тонкий носик выделяла едва заметная горбинка.
Смотрела девушка тоже иначе; в то время как Танигава был хмурой, но уверенной, она, «Сорью Минато» как-то странно и потерянно косилась в сторону.
Коу пристально посмотрел на лицо этой девушки.
И растерялся.
Неужели Кобаяси была права, и всё это время именно старая подруга и напарница распускала про Танигаву дурные слухи? Поверить в это было сложно. Целую минуту Коу рассматривал тёмные глаза девушки, стараясь увидеть в них подобие зависти или злобы; затем понял, каким, в сущности, странным сейчас занимается занятием и снова посмотрел на лицо девушки. Запомнил. На всякий случай сфотографировал, повернулся и двинулся в сторону коридора.
Сорью была ученицей четвёртого класса, который находился на втором этаже в самом конце коридора. Идти туда и просить с ней поговорить было по меньшей мере неловко. Именно поэтому Коу собирался дождаться завершения занятий и встретить её на пороге школы, для чего ему и понадобилось сперва выучить её лицо.
Последовало продолжительное ожидание. То и дело мысли Коу возвращались к той самой фотографии. Танигава и Сорью не казались на ней особенно близкими подругами… впрочем, чего и следовало ожидать от подобного рода официального снимка… и тем не менее они знали друг друга с самого детства, с тех самых пор, как вместе поступили в школу по фигурному катанию.
И вот ещё одна зацепка.
Они учились в одной школе.
Значит, у них был один тренер.
Тот самый, которого Танигава ударила огнетушительным.
Всё это определённо было связанно, размышлял Коу, теперь уже стоя на пороге школы. Но как? И почему теперь Сорью распускала про Танигаву такие слухи? Именно последний вопрос казался Коу наиболее важным. Даже будь это правой, если они действительно были подругами, хотя бы знакомыми, о таком следовало умолчать. Единственная причина говорить об этом была в том, что между девушками возникла некая сора.
И снова Коу терялся в догадках.
Он мог размышлять об этом ещё долгое время, но вот его пристальный и с недавних пор необычайно острый взгляд поймал знакомое лицо. Коу сосредоточился. Двери школы открылись, и на пороге показалась тощая девушка. Волосы её были не длинными, но короткими, до подбородка, щёки не такими пухлыми — она казалась худощавой и вообще заметно изменилась за последний год, — тем не менее маленькая горбинка посреди носа оставалась неизменной. Это была она, Сорью.
Коу двинулся навстречу девушке… Как вдруг двери снова открылись, и показались другие люди. Коу замялся. Засомневался. Он вдруг понял, что их разговор неминуемо привлечёт определённое внимание. На секунду у него мелькнула мысль проследить за Сорью в более укромное место, однако он сразу выбросил её из головы, как совершенно неправильную по великому множеству причин.
Наконец Коу собрался с духом и направился навстречу девушке. Последняя сразу заметила его приближения, словно встревоженный зверёк, и прищурилась. Коу встал в нескольких метрах и уже собирался озвучить просьбу поговорить наедине, слова которой тасовал в своей голове, словно разбирая предложение на уроке родного языка, как вдруг в его кармане зазвенел телефон.
Коу немедленно достал его и прочитал сообщение:
Отправитель: Сенсей.
«В храм. Срочно».
— Что-то нужно? — вдруг спросила Сорью.
— Эм… Нет, ничего, — помотал головой Коу, повернулся и быстрым шагом двинулся в сторону дорогу.
Пройдя последнюю до конца и выйдя на улицу, он перевёл дух и бросился бежать.
Сперва он испытывал необычайное облегчение; затем на смену последнему пришла тревога, которая немедленно выветрила все прочие мысли. В храм? Зачем? И почему именно срочно? Сенсей всегда писал кратко и по делу. Если он требовал явиться срочно, на это была чрезвычайно важная причина…
Коу терялся в догадках всё время, что ехал на метро и бежал в направлении храма. Добравшись до места, он заметил мужчину в длинном чёрном пальто на пороге. Вид
