Рома не хочет быть со мной сейчас, думая, что придает память о нас. Но что он скажет, если я признаюсь ему во всем? Вряд ли, он легко поймет и примет меня! Я издевалась над собой, издеваясь над ним. Он не простит мне того, что будучи рядом, я не призналась ему в этом.
Мы молча приближаемся к курорту. Я вижу, как Килен бегает взад-вперед перед воротами, вглядываясь вдаль. Когда он замечает нашу машину, резко останавливается и упирается кулаками в бока. Он смотрит немигающим взглядом на место рядом с водителем, где сижу я. Я чувствую и уже могу видеть это. Он зол и обеспокоен. Под его глазами залегли огромные мешки от недосыпания. Футболка мятая наполовину заправлена в джинсы. Весь он выглядит потрепанным и беспризорным. Во мне просыпается огромное чувство стыда за свое безрассудное поведение. Я же прекрасно знаю, как Килен любит и беспокоится за меня.
Еще тогда, когда он только нашел меня на берегу, всю израненную и с огромными кровоподтеками от подводных камней, замерзшую и готовую распрощаться с жизнью, он поклялся, что никогда не оставит меня и не даст мне покинуть его, как это сделал сначала его отец, а потом и мать.
Когда же я рассказывала о своем страхе, что Шахрукх может искать меня, пока не найдет либо тело, либо меня, то Килен впал в панику еще больше, чем я. Он нервно оглядывался несколько месяцев, попутно успокаивая меня, когда я постепенно отходила от шока и приходила в себя. Он пугался вместе со мной любого шороха и любого звука, но всегда держал наготове то топор, то охотничье ружье, собираясь защищать нас любой ценой от моего живого кошмара.
Я должна была подумать о нем, когда ушла и никому ничего не сказала. Мне очень стыдно за то беспокойство, что я причинила своему брату.
Килен не двигается, пока Рома паркует свой джип.
Он не собирается подходит ко мне тогда, когда я не умело вываливаюсь из салона, переминаясь с ноги на ногу. Он лишь смотрит на меня, не обращая больше ни на что внимания в данный момент.
— Брат, я, — начинаю сюсюкать перед ним. — не хотела, чтобы так получилось. Поверь мне… я знаю, что ты волновался и сейчас очень злишься на меня. Прости.
Молчание Килена выкачивает из меня остатки веселого настроения, которое было с утра и которое уже изрядно потрепал Рома своей исповедью. Сейчас меня добивает мой названный брат. Что самое обидное, он это прекрасно понимает, видя мой потухший взгляд.
— Иди за мной, — произносит он, наконец. Я делаю шаг по направлению к нему. Вдруг, я понимаю, что путь мне преграждает Рома. Он с обеспокоенным видом, касаясь моей руки, задает мне один единственный вопрос:
— С тобой все будет нормально?
— Да, все в порядке. Не беспокойся.
И я снова вру. Вру ему, говоря, что со мной все в порядке. Хотя, он спрашивает меня о том, что происходит сейчас с Киленом, когда меня занимают совершенно другие мысли.
— Вал… Варвара, идем! — сбивается, но быстро поправляется Килен. Он едва справляется с собой, я чувствую его злость. Я спешу к нему, оставляя позади себя потерянного Рому. Ему плохо, но и мне сейчас вовсе несладко от всего, что произошло за столь короткий срок, когда разрыв был так огромен.
* * *
Когда мы заходим в домик и за нами запирается засов, Килен молча ударяет кулаком о стол, что стоит у окна.
— Килен… — пытаюсь завязать я разговор. Правда, я знаю, что сейчас это все бесполезно, но не могу принять то, что самый родной мой человек сейчас очень зол и обижен на меня.
Килен молчит и даже не пытается повернуться ко мне, чтобы поддержать меня хотя бы свои взглядом.
— Кирюша, — ласково шепчу я его имя на иной лад, который я использую лишь тогда, чтобы подлизаться к моему брату. — прости меня, не злись. Я не подумала о том, что ты можешь подумать. Я забылась… прости. — обнимаю я его со спины, прижимаясь к нему щекой и протяжно мычу. Я слышу и чувствую, как Килен обреченно вздыхает. Он не может долго злиться.
— Просто, пойми, что я очень боюсь за тебя, — поворачивается он ко мне и с силой прижимает меня к себе, словно закрывая меня от всего этого мира. — Я очень испугался за тебя.
— Я знаю, — бурчу я ему в рубашку, уткнувшись носом в грудь.
— Ну, ладно, — отстраняет Килен меня от себя. Теперь он смотрит на меня с улыбкой на лице — пытается свести неприятную тему на нет, будто ее и не было. — Расскажи теперь…
— Что? — удивленно поднимаю я брови, глядя на смеющиеся глаза Килена.
— Что? — переспрашивает он у меня. — Ты еще спрашиваешь? Ты была с ним, а теперь спрашиваешь «что»? Ты была с ним? — начинает наступать на меня Килен. — Не смей отрицать, Лера.
Прикусывая губу, я с ухмылкой кивком подтверждаю догадки брата:
— Прав. Я была с ним, — моя улыбка становится мрачнее тучи и я тихо опускаюсь на край кровати, что стоит рядом. — но теперь я не знаю, что мне делать. Не подскажешь? — с надеждой в голосе обращаюсь я к Килену.
— Что, совсем все плохо? — с горькой ухмылкой удивляется брат и опускается рядом со мной.
— Не знаю. Я решила, что закончив клип, уеду отсюда подальше. Ты со мной?
— А как-то могло быть иначе? — пихает меня локтем Килен, пытаясь поднять мне настроение.
— Я на это и надеялась, — кидаюсь я к нему на шею, повисая в его объятиях. Брат, улыбаясь, прижимает меня к себе. — спасибо, братик. Я тебя очень люблю!
— Я тоже тебя люблю, я тоже… Ты мучаешь себя, пока ты находишься рядом с ним и не говоришь о себе всей правды. Ты мучаешь себя больше, чем его.
— Ты не прав, он тоже…
— Что тоже? Хочешь сказать, что он тоже мучается?! Мне на него плевать, если на то пошло. А вот ты для меня, сестра, которую я люблю и ценю, боясь потерять. Ты истязаешь себя и медленно превращаясь в тень самой себя, — фыркает Килен, поднимаясь с кровати и подходя к окну.
— Я поняла. Обещаю, мы уедем сразу же, как закончим клип. — даю я слово ему, собираясь немного прогуляться перед ужином.
Уже на выходе, я слышу сердитый голос брата, который похож больше на шипение:
— Ни шагу за пределы курорта! Чтобы была на виду!
— Ясно, — не могу я сдержать улыбку. Килен же серьезен не по годам.
* * *
Когда наступает последний день съемок, то я уже точно знаю, что я буду делать. У меня не остается больше сомнений — наши вещи с Киленом уже собраны и ждут в домике. Мы не задержимся здесь дольше, чем этого потребует от нас ситуация.
— Так, так, так, — хлопает в ладоши, надрываясь изо всех сил, Виталик. — все должны быть готовы через пять минут. Варвара-краса, ты где?! — крутит он головой в поисках меня. Я машу ему рукой, привлекая его внимание к себе. — Ах, вот ты где, радость моя! Готова? — подлетает он ко мне вихрем.
