— Варя, подожди! — опомнившись, кричит мне Рома, бросаясь вдогонку. Он не должен увидеть моего заплаканного лица. — Подожди, мне надо с тобой поговорить! Остановись! Прошу! — но я не слушаю его и ускоряю темп. Он нагоняет меня.
На моем пути возникает небольшое подсобное помещение, куда я и прячусь. Рома пробегает мимо меня, не останавливаясь. Вскоре, его шаги замедляются. Их больше неслышно. Я украдкой выглядываю в коридор: там никого нет. Путь свободен.
В домике меня ждет хмурый Килен:
— Тебя искал Рома, хотел поговорить. Говорил, что видел тебя, но ты сбежала от него.
— Не смогла больше ничего придумать.
— Как это по-детски, — вздыхает Килен. — Он тоже был изрядно удивлен твоим поведением. Просил тебя о встречи. Сказал, что вам необходимо поговорить. Что будешь делать?
— Собирать вещи, — принимаюсь я за норовистую застежку чемодана, которая постоянно заедает. — Мы уезжаем как можно скорее.
— Почему-то, мне так и казалось. — со вздохом принимается мне помогать с чемоданом, садясь на него верхом и придавливая его своим весом.
Мы уже садимся в машину, когда я последний раз бросаю взгляд на курорт и прощаюсь со своим прошлым навсегда. Больше его у меня нет и я не хочу о нем думать.
— Едем, — говорю я водителю, закрывая окно со своей стороны. Рядом со мной сидит Килен и лишь молча смотрит на меня. Ему нечего говорить, а мне не хочется ничего слышать.
* * *
Сколько мы едем, я не знаю. Я открываю окно, подставив лицо прохладе ветра и закрыв глаза, думаю о том, как все будет теперь хорошо у нас с братом.
Машина несется быстро, смазывая мне всю картинку, поэтому я предпочитаю ехать с закрытыми глазами.
Резкий толчок и визг шин, смешанный с запахом жженой резины, заставляет меня открыть глаза и потереть ушибленные нос и лоб. Кажется, у меня теперь не две ссадины больше, чем было до этого. Мой багаж ушибов пополнился из-за резкого торможения. Что там произошло?
— Как ты, Лера? — кидается ко мне Килен, прежде, чем выйти из машины.
— Со мной все нормально, а ты как? — осматриваю я его. Видимых ран у него нет, что радует.
— Я в порядке. Что там случилось? — интересуется брат у водителя.
— Да вот, сами гляньте, — показывает перед собой водитель. — Какой-то больной преградил нам дорогу машиной.
Я вижу машину, что резко затормозила перед нами, обогнав перед этим. Яне могу понять, что происходит. Спешить и выходить из машины я не решаюсь: во мне просыпается страх из прошлого, где были погони и ужас неизбежного. Я посильнее вжимаюсь в спинку сиденья автомобиля.
— Посиди, я разберусь. — понимающе кивает мне Килен и выбирается из машины.
— Хорошо.
Килен выходит из салона и направляется к другому автомобилю. Из него пока еще никто не вышел. Килен что-то долго выясняет, стоя у окна тонированной иномарки и понимающе кивает, глядя раз за разом в мою сторону. В его лице нет ни намека на страх, волнение или еще что-то, в нем лишь читается понимание всего происходящего.
Напоследок, Килен кивает головой и возвращается обратно ко мне.
— Выйди, с тобой хотят поговорить.
— Кто? — выглядываю я из окна, перевалившись через него.
— Выйди! — продолжает настаивать на своем брат.
— Ладно, посмотрим, что еще случилось.
Неумело и неуверенно я выхожу из машины, чтобы разобраться с этим по-быстрее и наконец уехать отсюда подальше. Дверь другой машины со стороны водителя также открывается. Я останавливаюсь. Из машины выходит… Рома! И он очень зол.
Я подозреваю, что злость его из-за меня. По его глазам я понимаю, что он все знает… и он подтверждает это следующими словами:
— Как ты могла так поступить, ВАЛЕРИЯ?! — трясет он перед моим лицом париком и очками, которые я оставила на столе в домике за большей ненадобностью. — Что ты скажешь в свое оправдание?! А, Лера?! — наседает он на меня все больше и больше. Мое лицо искажает кривенькая гримаса. Я не знаю, как начать с ним этот разговор.
* * *
— Может скажешь, как ты стала Варварой, будучи Валерией? — не успокаивается Рома.
— Тише, друг. Будь спокойнее, — появляется за моей спиной Килен.
— Вы едите или нет? — высовывается из машины водитель такси.
— Да! — заявляю я.
— Нет! — в голос мне кричит Рома.
— Езжайте, — машет ему рукой Килен. — это у них надолго.
Водитель пожимает плечами и скрывается в салоне автомобиля. Через минуту машина огибает иномарку Ромы и ударив по газам, улетучивается вдаль.
— Зачем ты его отпустил? А наши вещи? — поворачиваюсь я к Килену. Он молча указывает мне на пару чемоданов, которые сиротливо стоят у дороги.
— Я решил, что так будет лучше и не прогадал, когда их вытащил из багажника. — улыбается мне брат. Я фыркаю на него и отворачиваюсь. Передо мной вновь лицо Ромы. Он не собирается отступать, чтобы узнать правду.
— А теперь, когда все выяснилось, ты объяснишь мне все с самого начала! И немедленно, Валерия! Как ты могла так поступить со мной?! Зная, что я думал, будто ты мертва, ты издевалась надо мной! Как ты все это можешь объяснить, ну?!
— Как ты узнал? Как догадался? Неужели, ты здесь из-за парика и очков? — не могу понять я. Килен, что стоит рядом с нами, начинает медленно, но верно отходить назад, нервно покашливая.
— Вот, — протягивает мне Рома белый листок бумаги. Похоже, что это записка. — это было рядом с париком, что лежал на столе. Теперь, что ты скажешь?
Я беру в руки листок бумаги. Это записка, адресованная Роме, которая написана почерком моего брата, Килена:
«Это она, не сомневайся. Прими решение, пока непоздно!».
— Когда ты ее подложил? — оборачиваюсь я к Килену.
— Прости, я подумал, что так будет лучше.
— Лучше для кого? — злюсь я на него.
— Для вас обоих. Я подожду в сторонке, общайтесь, — разводит руками он и отходит в сторонку.
— Теперь, ты можешь объясниться?! — возвращает к себе внимание Рома. Я глубоко вдыхаю, чтобы успокоиться, но у меня это выходит из рук вон плохо. — Ты решила так поиздеваться надо мной? За что? За то, что полюбил тебя и…
— Прекрати! — закрываю я свои уши руками, не желая его слушать. — Я не издевалась над тобой. Тот, кто издевался — ты!
— Я?! — обалдевшим от возмущения голосом спрашивает меня Рома. — Я издевался над тобой? Когда же это?! Когда влюбился в тебя? Когда пытался защитить тебя и не дать тому подонку забрать тебя у меня? Или когда думал, что ты погибла, бросившись со скалы? Когда, ответь?! Отвечай! — подскакивает ко мне он, хватая за руки и притягивая меня к себе.
— Отпусти! — шепотом, переходящим в шипение, произношу я. Рома подчинается. На его лице я вижу боль.
