class="empty-line"/>
Эйсон, война
Только я немного повоевал рядом с генералом, как битва взяла и закончилась. По обоюдному согласию. Про этот обычай я не знал, но спросил, и мне про него рассказали. Оказывается, сейчас охотно использовали перемирия, чтобы снизить количество погибших в особо кровопролитных битвах. Да, тут не война, а какой-то курорт! Не представляю себе, чтобы так можно было сделать в одной из тех битв, что мы вели с демонами… Нет уж, там каждый раз была рубка насмерть, и если одна сторона проигрывала, то она сбегала с поля боя порталами, оставляя заслон, который погибал, сдерживая наступление противника, пока остальные отступали. Но ладно, мне-то что… Война с демонами, когда все будет предельно жестко, еще в будущем, пусть пока так все воюют, расслабленно.
Быстро нашел капитана. Догадывался, что он, как глава разведки, будет на какой-нибудь высокой точке следить за битвой и делать доклады о неожиданных перемещениях противника. Хорошо все же иметь возможность использовать коммуникационный портал! Так что надо было просто прикинуть, где он может быть, я и сам мог легко выделить на окружающей местности удобные позиции для наблюдения и посетить одну за другой. И на второй позиции, рядом с тем местом, где высадился наш третий корпус, я его и нашел.
Битва кончилась, а он так и следил за перемещениями противника. На всякий случай, хотя в нынешние времена, как мне сказали, не было примеров, чтобы одна из сторон, согласившись на такое вот перемирие, потом вероломно его нарушила. Попробуй прикажи поступить так своим людям, если среди них полно знатных особ, которые пекутся о своей чести и не хотят быть замешанными в таком вот нелицеприятном поступке. Такие диспуты развернутся! А в процессе возмущений и обсуждений кто-то может и слить противнику эти зловещие планы, чтобы тот мог потихоньку передислоцироваться.
Отсюда, с высоты, было хорошо видно далеко вокруг, благо и утро уже вступило в свои права. Но картина была так себе — можно было наблюдать за тем, как множество людей бродит по полю битвы в поисках живых среди мертвецов, а также собирая погибших из рядов своей армии. Тех, кто попроще, захоронят прямо здесь, а магов из серьезных родов отправят их семьям за счет армии.
— Жив, новобранец! — обрадовался капитан, затем нахмурился. — Как ты умудрился так извозиться в крови и грязи?
— Ну так война же, — улыбнулся я капитану, который выглядел безукоризненно.
— Скоро откроют порталы за вещами, что мы оставили на прежнем месте дислокации, так что отправляйся с нашими солдатами, и там сразу и переоденься в запасную одежду. — велел капитан. — Форму тебе раньше чем через неделю не выдадут, так что отдай сразу в стирку запачканную одежду.
Я кивнул, соглашаясь. Запасной одежды у меня было много — отправляясь в армию, я знал, что слишком много запаса на войне не бывает ни в чем. Вот, к примеру, взрывные артефакты я сегодня израсходовал все, что взял с собой, да еще и трофейные спустил. Надо будет срочно заняться изготовлением новых.
Направляясь к месту, где скоро откроют порталы, я кинул взгляд на поле битвы. Эх, сколько там осталось убитых мной магов противника, с которых у меня не получилось собрать трофеи! А теперь все уже, все это заграбастают солдаты противника. Хотя, скорее всего, за командами, что обыскивают мертвецов, тщательно следят, заставляя солдат сдавать все ценные трофеи офицерам. Ничего, главное, что наша армия хоть и не победила, но избежала поражения, к которому стремительно склонялась на момент, когда прибыл наш третий корпус.
Вернулись на прежнее место дислокации, забрали имущество. Я разделся, очистил тело заклинанием, переоделся в новенькое. Испачканную одежду отдал одному из солдат, на которого указал сержант. Сегодня он выполнял все хозяйственные функции в нашем подразделении, а уж как он будет стирать одежду, меня волновать уже не должно. Может, сам, может, договорится с одной из женщин, что обслуживают офицеров.
Прежде чем возвращаться с вещами, остановил солдат и выдал сержанту перед ними пять трофейных амулетов от физического и магического урона:
— Анри, выдай самым толковым парням на твое усмотрение, пусть будут получше защищены. И себе сначала возьми, если у тебя нет, сержант у нас один. Когда распределите и мы устроимся на новом месте, подойдете ко мне, я заряжу разряженные. Там парочка точно заряженных, а вот три — пустые.
Анри смешно выпучил глаза — такие амулеты стоят больших денег. Даже у него не оказалось такого, хоть он сержант с длительным сроком службы в армии. Ну да, в армии, что почти не воевала — нет сражений, нет и трофеев, откуда же сержанту и солдатам взять такие амулеты? На те деньги, что платил им король, покупку такого даже и смысла нет обсуждать — это надо лет двадцать копить, чтобы собрать необходимую сумму.
А я не мог поступить иначе — смысл жадничать? Теперь это мое подразделение. Все подобного рода артефакты, что удастся добыть, буду раздавать солдатам. Они должны быть защищены получше, война предстоит достаточно серьезная. По нынешним понятиям.
Мы вернулись, обустроились на новом месте, я зарядил солдатам разряженные артефакты. Они были очень благодарны и относились ко мне теперь с большим уважением. Надеюсь, капитан не будет ревновать к моему поступку, он, я так понял, никаких амулетов им не раздавал. Вряд ли слишком богат для такого шага. Ну так и я свои не покупал.
Но Рухесу пока что было не до этого. Капитан был расстроен. Он прибыл с совещания, и ему захотелось поделиться со мной:
— Укомплектовались с пятидесяти процентов до семидесяти пяти, отправляясь в бой, а сейчас у нас снова почти прежняя картина — пятьдесят пять процентов от штата. А у двух корпусов, что были в битве с самого начала, картина по потерям еще хуже.
Да уж — хотя мы подоспели и не к началу битвы, но потеряли много солдат и офицеров! Почти каждого третьего из штатной численности… Это серьезно…
— Теперь снова будем набирать людей, хоть бы успеть до следующей битвы укомплектоваться по полной, — озабоченно сказал капитан. — Знать бы, какие потери у врага, чтобы понять, насколько быстро он будет готов снова атаковать…
— Так давайте узнаем, мы же разведка! — пожал я плечами.
Капитан странно на меня посмотрел.
— Ты так об этом говоришь, будто это просто сделать, — покачал он головой, — все серьезные объекты охраняются так, что мышь не проскочит, не то что лазутчик…
— Уверен, что не все, — улыбнулся я, — Генштаб и Министерство обороны — должны очень хорошо охранять. Но процент потерь
