— Кричер, — кивнул я в ответ.
— Завтрак готов.
— Где здесь можно привести себя в порядок?
— Следуйте за мной.
Кричер вышел из комнаты, и я последовал за ним. Разительные отличия — коридор был мрачным и тёмным, пыльным, да и вообще обстановка здесь была под стать заброшенному дому. Похоже, даже магия здесь бессильна, если никто ни за чем не следит.
Кричер провёл меня до одной из дверей и указал на неё. Внутри была вполне нормальная ванная комната. Раковина, пусть и старомодная, не самое лучшее желтое освещение под потолком, зеркало со шкафчиком над умывальником. Дальше можно было увидеть ещё одну дверь, внутреннюю. Могу поспорить, что именно там находится ванна.
Из раковины торчали вполне обычные и привычные краны с вентилями, покрутив которые, я добился потока лёгкого гула, фырка, но вода полилась, и вполне себе чистая. Умывшись и приведя себя в порядок, я покинул помещение и, найдя лестницу, отправился вниз. Спустившись на три этажа и оказавшись в уже знакомом мне коридоре, я, не обращая внимания на расположившиеся на кольях у лестницы головы домовиков, отправился по запаху на кухню.
Большая, удобная и вместительная, с громоздкой, но красивой тёмной мебелью, длинным и массивным деревянным столом и немного вычурными деревянными стульями вокруг. Напротив одного из таких стульев Кричер «без уважения» поставил тарелку с яичницей, беконом и тушеной фасолью. На другой тарелке одиноко расположилась какая-то закрученная булочка, а прямо сейчас Кричер наливал кружечку кофе.
Поблагодарив домовика, я быстро перекусил. Стоило только поставить пустую чашечку кофе на блюдце, как появился Кричер.
— Госпожа Вальбурга желает поговорить со странным гостем дома Блэк.
В ответ я лишь кивнул и направился в коридор, туда, где на стене, так чтобы видеть всё происходящее вокруг, был намертво приклеен портрет Леди Блэк.
— Доброе утро, леди Вальбурга, — кивнул я и сел на так и не убранный стул напротив портрета.
— Доброе, Максимилиан, — кивнула мне с портрета волшебница, сидя на своём кресле и покуривая сигарету. — Что ты надумал о вчерашнем нашем разговоре?
— Не знаю.
— Да что ты заладил, «Не знаю, да не знаю!». Что за безвольный кусок крови Блэков! Наверняка это всё маггловское воспитание!
Очевидно, что она хочет меня спровоцировать, но на что?
— Слишком дешёвая провокация, леди Вальбурга.
Та посмотрела на меня внимательно, кивнула.
— Хладнокровный и рассудительный, как мать. Всяко лучше, чем глупый, вспыльчивый предатель крови. Найди кольцо. Даже если сам не хочешь становиться во главе семьи, чем очень сильно меня огорчаешь, то хотя бы найди кольцо. Это попросту больше некому сделать. Ты можешь остаться в доме. Кричер даст доступ в учебную секцию библиотеки.
— Учебную? — по тону и формулировке я понял, что леди Вальбурга решила перейти на «ты». Всё-таки английский язык не самый многогранный, хоть и для передачи информации подходит очень хорошо.
— А ты думал, что сразу будешь учить тёмную магию, как того и требуют традиции Рода? Для Рода ты сейчас всего лишь странный, хоть и родной, выверт обстоятельств. Да даже будь ты с рождения в Роду, то тёмную магию тебе не видать до пятнадцати.
— Эм… До меня доходили слухи, что Блэков чуть ли не принудительно заставляют учить тёмную магию с ранних лет. Говорят, что именно по этой причине Сириус…
— Не поминай этого мерзкого предателя! — вспылила Вальбурга, вскакивая с нарисованного кресла. — Я не желаю слышать имя того, кто в самые тяжелые времена лицемерно и эгоистично наплевал и отвернулся от всей семьи, от предков и наследия! Растоптал и выбросил, как старую тряпку! Он должен был стать следующим главой, был наследником! Никто его не обязывал применять, но знать — обязан был!
Несколько минут Вальбурга успокаивалась, и только вернув себе душевное равновесие, сев на кресло и сделав пару затяжек, она вновь заговорила.
— Ты наверное заметил, что все древние Рода имеют довольно говорящие фамилии. Некоторые на староанглийском, и просто так их не понять, некоторые имеют корни других языков. Но не это важно. Давным-давно, когда не было никакого Статута Секретности и маги жили с магглами бок о бок… Жизнь была не сахар. Войны, эпидемии, восстания, нашествия всяких варваров. Магглы грызли глотку магглам, волшебники — волшебникам. Кто-то из волшебников служил короне, укрепляя свои позиции, получая власть и влияние, кто-то мелким феодалам, а кто-то сам был этим феодалом. В один прекрасный день несколько верных друзей и товарищей, прошедших не через одну и не две волшебные битвы, решили основать свой Род. Тогда это была лишь группа сильных боевых магов, а понятие «тёмная магия» имело совсем иные рамки. Назвались они Блэкмэр, в честь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вальбурга хмыкнула, явно вспоминая что-то.
— В честь озера. Время шло, в Роду рождались дети. Тогда ещё никто из них не был друг другу родственником, вот и попереженились, окончательно основывая Род. Но и привычным делом — войной, заниматься не перестали. Народ тогда был простой и глупый, потому называли членов Рода лишь по первой части — Блэк. Тому причиной была и абсолютная безжалостность и жестокость к врагам, да и средства не выбирали. Вот люд и прозвал их — Блэк. Оформилось, прилипло. Как имя к человеку, или прозвище. С тех пор, а это было… лет так тысяча двести или около того тому назад, Род именовался Блэк, а репутацию поддерживали простым способом — безжалостность к врагам и тёмная магия «на все случаи жизни».
— Хм. Получается, что тёмная магия стала тёмной просто под влиянием страхов и мнений людей?
— Именно! Страх, зависть, ненависть. Злые волшебники сильны, злые волшебники страшные, злые волшебники никого не щадят! Злых волшебников надо забить палками и сжечь на костре! И плевать, что злые волшебники не раз и не два сражались за родные земли и за грязных недоумков. Это непросто объяснить в двух словах, но с тех пор фамилия Блэк стала синонимом тёмной магии, страха, смерти и прочего. Многие семьи отворачивались от нас, предавали, объявляли войны. Безродные не понимали и не принимали. Появлялись и редкие союзники, но куда больше — предатели, что побоялись мнения общественности. Побоялись сохранить свою историю, нравы и традиции. Отсюда и идут традиции Рода — знать не меньше предков, совершенствоваться в магии, тёмной, светлой, розовой-в-крапинку, не важно. Со временем это преобразовалось в заключение браков с не менее одарёнными семьями. Одарёнными как знаниями, моралью, так и традициями. С теми, кто ценит прошлое и своё наследие. С теми, кто не боится осуждения или порицания от несведущих грязных отбросов, коих вокруг большинство. Чтобы пронести и приумножить наследие сквозь века, не растерять и не разбавить вымышленной псевдо-моралью и надуманными принципами. Чтобы не поддаваться тлетворному влиянию маггловских идей о каком-то там свете, любви и всепрощении. Это — чистота крови. Это — сохранение и преумножение наследия, без разделения на «можно» и «нельзя». Чистота крови — её нельзя понимать буквально. Это куда как большее, чем просто родословная. Тому, кто не имеет предков, не держал в руках древние книги, не чувствовал магии десятков поколений, их чаяний и стремлений, надежд, боли и разочарований, никогда не понять, не оценить и не принять этот дар. Нет большего предательства, чем наплевать и выбросить на помойку своё родство, семью, всё это. Даже магглы не опустятся до осквернения могил, хоть и не имеют ничего и рядом стоящего с подобной родственной связью.
— Всегда чисты, да?
— Всегда чисты.
====== Глава 8 ======
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Комментарий к Глава 8 Совсем не вычитано и не проверено.
Если считаете, что нужно бы что-то добавить, то в коменты плз. (ну, типа, важную сценку или фразу добавить). Я вполне мог запутаться в набросках и черновиках.
Крупные хлопья белого снега медленно падали с неба, вальяжно покачиваясь под желтым светом фонарей. В гостях на Гриммо я провёл два дня и сейчас, в этот приятный зимний вечер, я собираюсь отправиться домой — рождество, как ни крути.
