На конкретных примерах там показано, что Серафина (Лоренца Феличиани), ее отец и деверь — личности, не заслуживающие ни малейшего доверия.
Указывается также техническая невозможность приписываемых Калиостро фальсификаций.
Приговор Калиостро был вынесен Трибуналом Инквизиции, состоявшим из высших прелатов (Папа также присутствовал, спрятавшись за решеткой), 7-го апреля 1791-го года на основании bando (правительственный указ) Firrao, обнародованного 14-го января 1739-го года.
Этот указ предусматривал смертную казнь за принадлежность к масонским обществам и был опубликован по приказу папы Климента XII, но никогда не возобновлялся и не применялся, а посему даже не был включен в собрание законов, по которому регулировалось уголовное право того времени, а посему он уже не мог иметь никакой юридической силы.
И тем не менее, этот недействующий закон был применен по отношению к Калиостро.
16-го апреля он был переведен в крепость Святого Льва (Сан Лео) — провинция Пезаро и Урбино, 23 километра от Римини на Адриатическом море — безо всякого права на помилование, где и умер 28-го августа 1795-го года.
Похоронен Калиостро в неосвященной земле, тайно и без гроба.
Между прочим, инквизиции были известны имена 112-ти масонов, принадлежавших к различным ложам, но никто из них не подвергся преследованию и даже не должен был оставить Рим.
Автору — Граф Феникс.
Письмо господина Жульковского, с копией коего Вы, дорогой автор, меня столь любезно ознакомили, весьма любопытно и в общем-то заслуживает доверия. Только знайте: все, что сказано о смерти Калиостро, есть плод досужей выдумки.
Могила графа не найдена, и поэтому господин Жульковский никак не может знать, как именно был похоронен великий маг.
Я, кстати, имею достоверные сведения, что этой могилы и не было никогда, и по понятной причине: Калиостро не был похоронен, ибо создатель «эликсира жизни» — жив.
Граф Феникс — Автору
Замок Святого Ангела — это папская крепость-тюрьма, выросшая вокруг мавзолея императора Адриана.
Признаюсь, мне было там неуютно. Страха я не испытывал. Святая палата меня не страшила. Но измена нежной Лоренцы сильно уязвила меня. Хотя более всего грустно мне было от того, что Лоренца обрекла себя в будущем на муки.
ЧЕТВЕРТАЯ СВЯЗКА БУМАГ
Первая беседа с Лоренцой
Замок Святого Ангела.
Три следователя Святой Палаты (инквизиции) и Лоренца (Серафина) Феличиани.
Первый следователь: Сеньора Феличиани, вы подтверждаете, что супруг ваш Джузеппе Бальзамо имел регулярные сношения с дьяволом?
Лоренца: Да, подтверждаю.
П.с.: Вы отдаете себе отчет в том, что вы говорите, сеньора?
Лоренца: Конечно, отдаю.
П.с.: Сеньора Феличиани, но ведь вы участвовали в магических сеансах, которые проводил ваш супруг под именем графа Калиостро?
Лоренца: Участвовала. И что с того?
П.с.: Ваш супруг вызывал души мертвецов, вел с ними беседы, и вы способствовали ему.
Лоренца: Да.
Второй следователь: Выходит, и вы состояли на службе у дьявола.
Лоренца: Неужели не ясно, сеньоры, — он заставлял меня. Что я могла поделать? Он ведь муж мой все-таки…
В.с.: Хорошо, оставим это покамест. Сеньора Феличиани, вы также сообщили в Священную Палату, что Джузеппе Бальзамо основал систему египетского масонства и имел тысячи адептов.
Лоренца: Так и есть, сеньор. Джузеппе — один из главных масонских заправил в здешнем мире. И его, правоверного католика, отнюдь не останавливает то обстоятельство, что масонство запрещено папою.
В.с.: Сеньора Феличиани, а подтверждаете ли вы, что супруг Ваш основал в Париже и женскую масонскую ложу?
Лоренца: Да, это мне известно, сеньоры.
В.с.: А нам, сеньора Феличиани, стало известно, что вы являетесь великим магистром женской ложи. Вы подтверждаете это?
Лоренца:…Да…
В.с.: Но ведь масонство запрещено Папою. И вы сами это сказали. Так что, сеньора, вы не станете теперь отпираться, что не знали этого указа? Или все-таки станете?
Лоренца: Да… но… сеньоры…
В.с.: Он вас заставлял. Мы знаем.
Лоренца: О, как вы догадливы…
Третий следователь: Сеньора Феличиани, вы понимаете, что сами выносите себе смертный приговор?
Лоренца: Сеньоры, но вы же сами догадались, что Джузеппе заставил меня стать великим магистром.
Третий следователь: Сеньора Феличиани, вы дважды оказались пособником дьявола: как «голубка» на магических сеансах мнимого графа Калиостро и как великий магистр женской ложи.
Лоренца: Синьоры… выходит, меня буду судить вместо Джузеппе?.. Это несправедливо, сеньоры. Виноват-то он, а не я.
Вторая беседа с Лоренцой.
Замок Святого Ангела. Лоренца и три следователя Святой палаты.
Первый следователь: Сеньора Лоренца Феличиани, Святую палату все более интересуют магические сеансы, которые проводил ваш супруг Джузеппе Бальзамо под именем графа Калиостро.
Лоренца: Сеньоры, я все поведаю вам как на духу: ничего не утаю.
П.с.: Вас Джузеппе использовал в качестве «голубки»: вы угадывали будущее, вызывали духи умерших. Не так ли?
Лоренца: Да, именно так, сеньор.
П.с.: Сеньора Лоренца Феличиани, а кроме вас, кто еще на этих сеансах исполнял роль «голубки»?
Лоренца: Да, эта безумная графиня де ла Мотт, та, что украла королевское ожерелье.
П.с.: Вы и в самом деле почитаете графиню безумной?
Лоренца: На сей счет не может быть ни малейшего сомнения. Эта припадочная почитала себя почти что королевой
П.с.: Сеньора Феличиани, вы так худо отзываетесь о графине де ла Мотт, а между тем, супруг ваш утверждает, что вы были нежнейшими подругами. То же говорила и баронесса д’Олива — третья участница вашего триумвирата.
Лоренца: И вы, досточтимый сеньор, верите этой шлюхе?
П.с.: Значит, сеньора, ваш супруг и баронесса лгут? Я правильно вас понял?
Лоренца.: Да не лгут они. Я частенько виделась в Париже с графиней: из любви к Джузеппе мне приходилось терпеть ее бешеный нрав. Супруг говорил, что графиня де ла Мотт очень ему нужна и что я еще должна за нею присматривать. Куда ж мне было деваться?
Второй следователь: Ладно, оставим покамест графиню де ла Мотт. Сеньора Феличиани, постарайтесь припомнить вечер в страсбургской резиденции кардинала де Рогана, когда Джузеппе устраивал сеанс, а вы были за «голубку». Происходило это незадолго до ожерельного скандала.
Лоренца: Отлично помню, сеньор.
В.с.: Что же вы тогда, сеньора Феличиани, напророчили кардиналу де Рогану?
Лоренца: Я сказала, что вскорости он станет избранником французской королевы, но произойдет это только после того, как он выкупит для ее величества то ожерелье из 629-ти бриллиантов.
В.с.: О-го!
Лоренца: Сеньор, но вы же понимаете, я предсказывала то, что предварительно подсказывал мне мой супруг. Именно так, а не иначе. Кардинал все мялся, не решаясь заняться приобретением этой баснословно дорогой вещицы. Это было последнее средство. И кардинал, действительно, после этого сдался.
В.с.: Выходит, сеньора Феличиани, и вы сыграли свою роль в этой немыслимой авантюре.
Лоренца: Сеньор, поймите: я никак не могла отказать моему супругу. Просьбы Джузеппе подчас бывали весьма странные, но я всегда их исполняла. Он полагал, например, что измена с ведома мужа вовсе не есть измена. И в тот вечер он настоятельно попросил меня отправиться в апартаменты кардинала и провести с ним ночь, дабы закрепить успех, достигнутый в ходе сеанса.
В.с.: О-го!
Лоренца: И я пошла, ибо привыкла беспрекословно исполнять все желания Джузеппе.
Третий следователь: Вы и в самом деле были исключительно верной женой, сеньора Феличиани.
Лоренца: Да. А на следующее же утро кардинал де Роган велел заложить карету и отправился в Париж, к королевским ювелирам Боемеру и Бессанжу: подписывать гарантийное письмо. Так что ежели б не я, неизвестно еще как бы все сложилось. Джузеппе был мною доволен как никогда.
Т.с.: В самом деле, сеньора Феличиани, вы оказались тут весьма важной фигурой. Ежели б королевский советник Титон узнал об этом прежде, вам, несомненно, пришлось бы задержаться в Бастилии.
Лоренца: Сеньор, вы шутите?
Т.с.: Сеньора Феличиани, поговорим серьезно. Супруг ваш Джузеппе Бальзамо рассказал нам, что именно вам принадлежит идея сеанса, в ходе которого кардиналу де Рогану будет внушена мысль, что, выкупив ожерелье, он получит в награду французскую королеву. Что же: он солгал нам?
Лоренца: Да нет, не солгал. Но и Джузеппе не все знал. На самом деле идею такого сеанса придумала графиня де ла Мотт, рассказала мне, а я потом поведала Джузеппе. И он уже все продумал до мелочей и устроил. Кардинал оказался в ловушке, а за этим уже последовало и воровство ожерелья.
