помнишь весь день?
— Да, — на удивление сдержанно откликнулся Перрин. — Да, думаю, приходилось.
— Это нечто похожее, — пояснил Ранд. — Я помню, как был Льюсом Тэрином, помню, как делал то, что делал он, но так, словно всё это было во сне. Всё это и вправду делал я сам, однако это не значит, что я непременно одобряю то, что сделал, или думаю, что наяву поступил бы так же. Но это не меняет того факта, что во сне мне всё казалось правильным.
Перрин снова кивнул.
— Он — это я, — продолжил Ранд, — а я — это он. И в то же время, я — не он.
— Ну, ты по-прежнему похож на самого себя, — сказал Перрин, хотя Ранду послышалось, что тот немного сбился на слове «похож». Может, он хотел сказать «пахнешь собой»? — Не так уж сильно ты изменился.
Ранд сомневался, что сможет всё объяснить Перрину и не показаться сумасшедшим. Личность, которой он становился, влезая в «шкуру» Дракона Возрождённого… не была ни игрой, ни маской.
Эта личность была тем, кто он есть. Он не изменился и ни в кого не превратился — просто принял себя.
Хотя это не означало, что он тут же получил ответы на все вопросы. Несмотря на память о четырёх столетиях, засевшую в его голове, он по-прежнему беспокоился о том, что ему делать дальше. Льюс Тэрин не знал, как запечатать Отверстие. Его попытка привела к катастрофе. Порча, Разлом — и всё это ради несовершенного узилища, печати которого вот-вот рассыплются прахом.
На ум Ранду раз за разом приходил один ответ. Опасный ответ. Тот, что Льюс Тэрин даже не рассматривал.
Что если ответ в том, что Тёмного вовсе не следует вновь запечатывать? Что если решение этого вопроса — окончательное решение — какое-то иное? Нечто более постоянное.
«Верно, — в сотый раз подумал Ранд про себя. — Но возможно ли это?»
Они подошли к шатру, в котором трудились писцы Ранда. Позади веером рассыпались в стороны Девы, и друзья вошли внутрь. Писцы, конечно же, не спали, задержавшись допоздна, и отнюдь не были удивлены появлению Ранда.
— Милорд Дракон, — сухо кланяясь, произнёс Балвер, стоя у столика с картами и стопками бумаг. Сухощавый человечек нервно разбирал свои бумаги. Один рукав его великоватого коричневого кафтана был порван, и из прорехи торчал острый локоть.
— Докладывай, — произнёс Ранд.
— Роэдран придёт, — ответил Балвер тонким, педантичным голосом. — Королева Андора послала за ним, пообещав открыть ему врата с помощью этих её женщин из Родни. Наши шпионы при его дворе сообщают, что он вне себя от того, что ему придётся принять её помощь, но всё равно упорно желает присутствовать на встрече — хотя бы затем, чтобы не выглядело, будто бы обошлись без него.
— Превосходно, — отметил Ранд. — Илэйн ничего не известно о твоих шпионах?
— Милорд! — возмущённо воскликнул Балвер.
— Ты уже узнал, кто из наших писцов шпионит на неё? — спросил Ранд.
Балвер забормотал:
— Никто…
— Кто-то должен быть, Балвер, — с улыбкой возразил Ранд. — В конце концов, именно она учила меня, как это делается. Ладно, неважно. После завтрашнего дня мои планы будут объявлены всем. Надобность в секретности отпадёт.
«В секретах не будет нужды, кроме тех, что я храню в самой глубине моего сердца».
— Значит, на встречу соберутся все? — уточнил Перрин. — Правители всех крупных государств? Включая Тир и Иллиан?
— Амерлин убедила их явиться, — ответил Балвер. — Если желаете посмотреть, милорды, у меня есть копии их переписки.
— Я взгляну, — сказал Ранд. — Пришли их в мой шатёр. Сегодня ночью прочту.
Внезапно земля содрогнулась. Писцы с криками схватились за кипы своих бумаг, стараясь не дать им развалиться, пока вокруг рушилась на землю мебель. Из-за треска ломающегося дерева и звона металла крики людей снаружи были едва слышны. Земля застонала, и послышался отдалённый гул.
Ранд ощущал всё это, словно болезненный спазм в мышцах.
Вдали громыхнул гром, словно предвещая грядущие события. Землетрясение стихло. Писцы замерли, прижимая свои бумаги к столам, словно опасаясь, что они тут же разлетятся, стоит их только отпустить.
«Началось, — подумал Ранд. — Я не готов, мы все не готовы, но Последняя Битва уже началась».
Многие месяцы он страшился этого дня. Боялся того, что грядёт, с той самой поры, когда явились троллоки, с той поры, когда Морейн с Ланом вытащили его из Двуречья.
Последняя Битва. Конец. Внезапно он понял, что уже не боится его. Беспокоится, но не боится.
«Я иду за тобой», — подумал он.
— Объявите людям, — обратился Ранд к писцам. — Разошлите предупреждения: будут ещё землетрясения. И бури. Настоящие, страшные бури. Будет новый Разлом, и нам никак его не избежать. Тёмный попытается стереть мир в порошок.
Писцы кивнули, обменявшись встревоженными взглядами в свете ламп. Перрин казался отрешённым, но тоже слегка кивнул, словно в ответ своим мыслям.
— Есть ещё новости? — спросил Ранд.
— Возможно. Похоже, этой ночью королева Андора что-то планирует, — ответил Балвер.
— В слове «что-то» слишком мало информации, Балвер, — упрекнул его Ранд.
Тот поморщился.
— Прошу прощения, милорд. Пока не могу ничего добавить. Я только что получил это сообщение. Совсем недавно королеву Илэйн разбудил один из её советников. У меня нет никого среди её приближённых, кто бы мог сообщить причину.
Ранд нахмурился, опустив руку на рукоять меча Ламана.
— Может, это всего лишь планы на завтра, — предположил Перрин.
— Верно, — согласился Ранд. — Держи меня в курсе, если узнаешь ещё что-нибудь, Балвер. И спасибо. Ты отлично справляешься.
Мужчина как будто стал выше ростом. За последние несколько дней — и довольно мрачных — каждый искал возможность принести пользу. Балвер был лучшим в своём деле, о чём прекрасно знал и сам. И всё же, лишнее подтверждение этого из уст его нанимателя, особенно если наниматель — сам Дракон Возрождённый, никогда не повредит.
После этого Ранд в сопровождении Перрина вышел на улицу.
— Тебя беспокоит это. То, из-за чего разбудили Илэйн, — сказал Перрин.
— Не будь на то веской причины, её не стали бы будить. Особенно учитывая её состояние, — тихо ответил Ранд.
Беременна. Она беременна его детьми. О, Свет! И он буквально только что об этом узнал. Почему не от неё самой?
А ответ был прост. Илэйн могла чувствовать его эмоции, как он чувствовал её собственные. Она знала, каким он был совсем недавно. До посещения Драконовой Горы. В прошлом, когда…
Да уж, пока он пребывал в таком состоянии, Илэйн не пошла бы к нему с новостью о беременности. И кроме того, его, прямо скажем, было не так-то просто найти.
Но всё же эта новость ошеломила его.
«Я стану отцом», — снова и снова повторял
