— и выйдет солнце…
…Западное небо заливал розовато-жёлтый свет, перечёркнутый мелкими тёмными облачками; белесый верх световой полосы почти упирался в зенит. Гедимин взглянул на восток, ожидая увидеть такую же стену сияния, — но там на сотню метров над пологими горами клубился туман. Остров будто до половины накрыло плотным облаком, и его границу обозначили бортовые огни «атмосферников», скользящих вдоль тумана, и фонари стрелковых вышек. В облаке что-то шевелилось — далёкое и потому выглядящее мелким…
— Хасены⁈ — Иджеса передёрнуло.
— День вернулся. Теперь им света хватит. Снова будут тралить океан… и остров, если зазеваемся, — отозвался Айзек. Он смотрел на туманный берег с задумчивой улыбкой, будто лишь хасенов ему и не хватало все «ночные» месяцы.
— Вот же соседство, мать моя колба! — Иджес поморщился. — Я бы лучше потратился на глубинные мины по всем проливам — но восточные острова зачистил бы!
Айзек хмыкнул.
— То существо, с которым говорил Гедимин, — вряд ли оно порадовалось бы лишним минам на своём пути…
— Так навело бы порядок в своём море! — Иджес фыркнул. — От берега не отойти из-за грёбаной ксенофауны!
— А оно и навело, — ухмылка Айзека стала шире. — Больше никаких «макак». Никаких подлодок со ртутью и барж с фосгеном. А зверюшки… может, он их ест?
09 марта 06 года. Земля, Северный Союз, Шпицберген, ИЭС «Эданна»
— Опять у «макак» какие-то звуки, — заметил Иджес, прислушиваясь к мелодии, принесённой ветром. От вчерашней она отличалась — вчера попеременно самцы и самки призывали друг друга на спаривание, сегодня же это скорее напоминало «духоподъёмную» музыку Атлантиса.
— И «атмосферники» куда-то полетели…
Сегодня туман не поднимался выше гор, и световые полосы на западе и востоке горели ярко — восточная даже ярче, и в ней было больше красных оттенков. Атмосферная авиация обогнула остров и скрылась в ущелье. Сарматы, переглянувшись, пожали плечами и ускорили шаг.
… — Гедимин, тебе ничего не пишут? — осторожно спросил Иджес. — Никуда не вызывают?
— Хорошо бы получить штраф вместо срока, — заметил Эркенгер. — Если бы тот «бабуин» не был офицером… Вреда ведь ему не было — пострадало только снаряжение!
Гедимин молча вскрыл контейнер с топливными таблетками. За его спиной встало защитное поле, поглотившее все голоса. Ремонтнику были не нужны топливные таблетки — их некуда было сложить — но разговоры о суде, сроке и северянском недоумке крайне ему надоели. «Не отобьют, чтоб сидел с сарматами — сразу пойду выяснять, кто у „макак“ на ярусе главный. Кто нормальный, а кого — только бить, и чтоб не встал. Сейчас я не ранен, восстанавливаться не нужно. Потошнит от „мартышечьих“ порядков и еды — и привыкну.»
… — Атомщик! — Айзек, не докричавшись, рассёк защитное поле. Он — как понял потом Гедимин — прекрасно знал, что бояться нечего, — неэкранированное излучение отражалось бы на куполе, а купол был «чист».
— Давай с нами, — он кивнул на уже открытый шлюз. — Как раз успеем добежать до мачты. Лучший вид на острове! Первый день солнца, атомщик, — давай быстрее!
…Остановившись на ремонтной площадке главной энергомачты, Гедимин оглянулся на чуть отставших сарматов и перевёл дух. Мачту сегодня подняли на полную высоту, хотя разворачивать «ветви» не стали; ещё четыре стояли поодаль, и все ремонтные галереи кишели сарматами. Кто-то нашёл площадку пониже — на куполе реактора или на крыше вспомогательного здания. Над восточными горами под защитой «атмосферников» висели «мартышечьи» глайдеры. Из-за горизонта медленно поднималась золотая кромка солнца.
— Tza atesqa! — Айзек, шагнув к ограждению, вскинул руку в «салюте Саргона». Гедимин покосился на него со смутным опасением — мало ли куда смотрят «макаки» на востоке? — но их меньше всего интересовал сармат. Оттуда уже доносились радостные крики и бравурная мелодия, кричали и смеялись и на смотровых площадках станции, — будто Солнце в самом деле могло их услышать…
— Ещё дней сорок, — Айзек повернулся к Гедимину; в его глазах горели отблески восхода, — и оно с неба перестанет слезать напрочь. Странное же это будет зрелище!
«У-уххху,» — согласилась «Эданна». Айзек, вздрогнув, широко ухмыльнулся и поманил Гедимина к лестнице.
— Пока мы тут болтались — я думаю, тебе кое-что уже привезли. Тихо, без лишнего шума. Так что пойдём. Солнце солнцем, а работать надо.
Гедимин по пути к лаборатории вполглаза следил за дозиметром. Тот показывал странное — «Эданна», похоже, тоже заинтересовалась восходом после долгой ночи. Потоки «сигмы» от каждого реактора пластались по земле, под крыльями «атмосферников» и глайдеров, и сходились в точку на горизонте — и время от времени по ним прокатывалась мощная пульсация. Таких Гедимин ещё не видел, он не мог даже понять, идёт сигнал в одну сторону, или что-то с другой стороны отвечает. «Снова Хеттеш? Стрелка не вертится, море спокойно…»
Он думал спросить Айзека, но тот на дозиметр вообще не смотрел — очень спешил. А потом ворота хранилища закрылись, поглотив все сигма-сигналы.
— Море всё-таки нам помогло, — ухмыльнулся Айзек, открывая гермошлюз. — Вчера, пока Новоустью было не до нас, нашли и разодрали — а сегодня стащили к тебе. Это кусок фюзеляжа был, похоже. Там, внутри, не было останков… да и откуда бы — через двадцать пять лет…
Посреди лаборатории, чуть в стороне от «реакторной ямы», заваленной топливом, лежали наскоро разрезанные пластины ипроновой и флиевой брони. Гедимин видел, где прошла струя плазменного резака, а где края деформировало страшным взрывом или жаром, — когда-то «Бет» был разорван в клочья в стратосфере и оплывающими метеоритами падал в океан. Свинец вытек, нейтронностойкий фрил сдуло, — сейчас это была просто «руда», запасы ипрона и флии… и Гедимин, прикинув про себя их массу, медленно улыбнулся. «Если меня завтра не утащат на суд — я всё-таки доделаю реактор!»
20 марта 06 года. Земля, Северный Союз, Шпицберген, ИЭС «Эданна»
«Джжжедди-йи-ин,» — прожужжало под сводом черепа. В последнее время «Эданна» освоила звуки «ж» и «з» — и налегала на них с явным удовольствием. «Айзззекх ищет.»
— Сам-то он где? — Гедимин сел на лежаке. В отсеке было темно, но и сам ремонтник часто работал не по штатному расписанию, и командиры «Эданны» жили по своему времени. Гедимин не всегда был уверен, что они вообще спят. «Может, мутировали обратно, чтоб получаса в сутки хватало? Дело-то простое — только попросить Ассархаддона…»
Стрелка-указатель под экраном
