широкий зёв пасти чудовища, я готовился к решающему действию от которого зависла моя дальнейшая судьба.
Травмы, нанесённые мне чудовищем, регенерировал с трудом, но я даже не пытался хоть как-то повлиять на скорость восстановления своей физической оболочки, ведь вся моя концентрация оказалась сосредоточена на Тьме, обителем которой была моя душа.
— Хочешь меня сожрать, тварь⁈ — С трудом прохрипел я в пасть монстру, которая смыкалась на моём теле.
Понимал, что тратить даже крохи сил на возможность оставить последнее слово за собой, было не совсем разумно, но и промолчать тоже не смог.
«Надеюсь тебе придётся по душе приправа, использованная в приготовлении главного блюда!»
Я до самого последнего момента распалял в себе и сдерживал Пустоту, что хотела вырваться наружу и поглотить всё сущее. И только после того, как моё тело пронзили клыки монстра, я позволил истиной Тьме вырваться наружу.
«Кушай, сука! Только не обляпайся!!!»
Было моей последней мыслью, перед тем, как моё сознание погасло, а на всё подземелье раздался душераздирающий рёв монстра.
Место «битвы» Перенеллы и Магнуса
Петронелла была счастлива! Её план удался и тварь, которая всё это время искажала вероятностные линии судьбы, не давая им обрести ясность и предопределённость, наконец была повержена.
А ведь эту проблему можно было бы решить намного раньше. Если бы Альбус не пытался вырваться в самостоятельные игроки и чётко следовал приказам Николаса, то о наличии угрозы раскрытия их существования миру со стороны новоявленного клана Нидхёгг они б узнали ещё несколько лет тому назад, когда и клана-то этого не существовало. Теперь же так просто этот вопрос было не закрыть. Очень стремительно и быстро разросшийся клан Нидхёгг обладал значительными ресурсами и силой, что делало практически невозможным их незаметное устранение. Именно поэтому ей пришлось форсировать свои планы по захвату власти на Земле. Посчитала, что медлить уже было нельзя. Боялась, что её могут опередить. Стань известно инквизиции и МКМ о существовании древнего гнезда вампиров, как начнётся новый виток охоты на чудовищ. А терять инициативу было смерти подобно. Если волшебникам и Ватикану дать время, то даже несмотря на всю их предварительную подготовку и имеющиеся силы вампирам попросту не выжить.
Так что вполне естественно, что Перенелла сильно переживала и волновалась из-за необходимости действовать не по намеченному сценарию, а с опережением сроков, когда ещё не всё было подготовлено к реализации столь масштабного проекта вознесения вампиров с собой во главе на вершину пищевой цепочки. И каково же было её изумление, когда сегодня к ней в домен вломился мальчишка, в котором она признала главную причину всех своих неудач и потраченных нервов.
В тот миг она вознесла хвалу Кровавому Богу, что ей предоставился шанс лично удавить эту гадину, которая чуть не спутала все её планы.
В своём превосходстве и доминантном положении она не сомневалась. Но даже будучи уверенной в том, что она самое сильное существо на всей планете и в схватке один на один её победить невозможно, Перенелла не поддалась своим чувствам и желанию как можно быстрее сомкнуть свои клыки на шее Магнуса Нидхёгга.
Сперва была проведена разведка и лишь в самом конце, когда она уже решила, что пора бы уже прекращать эту игру в кошки-мышки и самой поучаствовать в охоте, ведь ничего кроме живучести и высоких физических показателей Магнусом продемонстрировано не было, он смог её удивить и даже немножечко испугать.
Мгновенная смерть сорока высших, связь с коими, дабы иметь возможность видеть их глазами, она посредством кровных уз поддерживала, ударило по ней не слабым откатом. А когда она справилась с дезориентацией, то увидела перед собой не жертву, а хищника, который каким-то образом смог преодолеть немалое расстояние ранее из разделяющее и оказать перед ней! Взгляд жёлтых глаз с вытянутым зрачком пробил скорлупу её надменности, заставив по-настоящему содрогнуться от ужаса. И обуреваемая страхом она, поддавшись инстинктам и желанию выжить, потянула на себя всю доступную силу из близлежащих источников, коими оказались высшие вампиры из её личной гвардия.
Мощь, которую она на недолгий срок таким образом обрела, пьянила и вселяла в неё уверенность, что с Магнусом она теперь точно сможет справиться.
Время будто бы остановилось, когда она устремилась на встречу отлетевшему противнику для того, чтобы нанести сокрушающий удар. Первым же попадание устрашающего вида лапой по телу Магнусу, она лишило его обеих ног, вторым ударом правой руки, а третьим левой.
Всего за какое-то мгновение она лишила своего противника дееспособности, но жизнь всё ещё теплилась в окровавленном куске регенерирующее плоти, в котором с трудом угадывалось тело Магнуса. И глядя на сломленного и жалкого волшебника, душу древнего чудовища наполняло чувство удовлетворения.
«Вот он момент кульминации моего триумфа!»
Петронелла уже смогла оценить вкус крови Лорда Нидхёгг и он привел её в восторг. Ничего вкуснее и сладостные ей доселе пробовать не приходилось! И нет ничего удивительного в том, что она поддавшись естеству своей вампирской природы, подняв с пола тело Магнуса, отправило его к себе в пасть.
Вот только ничем хорошим это для неё не закончилось.
Вместо амброзии в её глотку потекла Тьма, которая начала разъедать пищевод и внутренности, а вместе с тканями растворять саму душу патриарха.
Сознание из Петронеллы выбило мгновенно и она уже не могла отслеживать происходящего вокруг.
Со стороны же картина выглядела очень завораживающе и одновременно пугающе.
Миазмы тьмы исторгающиеся из пасти Петронеллы и внутри которых скрывалось тело Магнуса их продуцирующих, пронизывали плоть конвульсионно дёргающегося монстра, пожирая патриарха и всё, до чего могли дотянуться. Куда там голоду вампиров до истинной, всеобъемлющей Пустоты, желающей поглотить и сожрать всё сущее?
Магнус же в это время восстанавливал свои утраченные конечности.
Пустоте были чужды такие эфемерные понятия, как добро и зло, дозволенное и аморальное, она находилась вне человеческих ценностей и констант. И сейчас, оказавшись в материальном, тварном мире, истинная Тьма руководствовалась и действовала в соответствии с заложенными в неё самим Творцом нормативами и алгоритмами. И они были предельно просты. Пустота не потерпит в себе ничего. Она всеобъемлющая и незыблемая, и горе тем, кто решился на прямой контакт с ней.
В общем, когда Первозданная Тьма дорвалась до Патриарха, она незамедлительно принялась приводить того к идеальному с её точки зрения состоянию, то бишь к небытию — к Великому Ничто, но когда от сущности Перенеллы уже практически ничего не осталось, она перекинулась на связующие нити, которые тянулись от остатков души патриарха к её птенцам. Тьму не обмануть и от неё не скрыться. Для неё гнездо тварей, где каждая его отдельная особь
