перед животом одного из братьев…
— БРАТ! — воскликнул второй. Белое лезвие нашло свою цель, прорубив доспехи и рубанув по животу. Воин упал на живот, выронив меч и прислонил руки к новой щели доспехов. — Томас… Томас… Не закрывай глаза… Слышишь? — жалобно скулил Деймос.
Он был жив, но сильно ранен. Примерно так, как и сир Ян — тоже в живот. Вот только сир Ян не имел доспехов, да и визуально — его почти разделали, как свинью. Уже то, что мой наставник всё ещё был жив — было чудом.
— Ты следующий, — я ударил по второму брату. И тут он резко достал… пищаль? Твою мать! Я подставил меч, раздался выстрел и белая сталь завибрировала, принимая на себя пулю, которая, судя по траектории, должна была попасть мне в голову.
— Ты пойдёшь со мной, жалкий юнец! — прокричал Томас Вест, чиркнув чем-то о свой пояс. Фитиль? Бомба? Нет…
Его брат понял всё верно и ринулся прочь из комнаты. Перед ним попытался встать Мыцарь Блэкмон, но Деймос просто воспользовался неопытностью мальчика и легко обогнул его.
— Отступаем! Отступаем!
Я же видел, как фитиль стремительно догорает в руках Томаса Веста. Он приближался ко мне, раскидывая руки, видимо хотел находиться ближе, чтобы убить меня. Я взмахнул мечом…
— Не… не может быть, — ошарашенно уставился на бомбу Томас Вест. Я только что отрезал горевшую часть от остальной бомбы. — Так вот на что способны эти глаза… Прекрасно…
— Да, — ответил я. — Я вижу всё. Меня нельзя застать врасплох… Ты когда-нибудь пытался рассмотреть молнию, Томас Вест? Видеть каждый изгиб, каждый импульс этого прекрасного явления? А я могу это. Я — лучше Кройфа, — ещё один взмах и рыцарь остался без головы. — Сир Ян! — тут же бросился к мужчине.
— Хах… Это было так великолепно, мальчик… — ответил мужчина. Его голос слабел. — Так великолепно… Попрощаемся, Люцион…
— Нет… нет, нет, нет… Сир Ян, если оказать вам помощь…
— Посреди битвы? Кто мне окажет помощь? Такие не выживают… Просто прими это… Так будет мне проще. Лучше помоги мне в кое-чём… Закончить одно дело…
— Всё, что угодно…
Что это? Я чувствовал странную влагу. Выронив меч, я тут же снял перчатку… Что-то способное довести меня до такого состояния? Я потрясённо замер, изучая свой палец, на который только что собрал слёзы… слёзы… у меня? Как это… возможно…
Глава 108
Война в Республике (17). И затихнут трубы войны
Бой снаружи стихал. Люди Веста, явно видя бежавшего с поля боя своего командира, одного из двух, либо отступали, либо сдавались в плен, прекращая сопротивление. Сир Ян сел… Это буквально чудо, что с явно не держащимися внутри его живота внутренностями — он всё ещё как-то стоит и пребывает в сознании.
— Это была хорошая жизнь, — он посмотрел наверх. — Я сделал почти всё, что хотел… получал всё, что хотел… Есть лишь два дела, о которых я сожалею, мой ученик…
— Скажите о них, сир, — тут же произнёс я. — Я всё устрою…
Внутри я уже смирился с тем, что сир Ян уйдёт. Одну из тварей я смог достать сегодня. Тело Томаса Веста лежит, обезглавленное… А его сбежавшего братца я достану позже.
В этом нет ничего благородного, рыцарского, аристократичного, или противостояния добра и зла. Есть лишь моя месть. И я отомщу второму выродку… Возможно ли то, что я начинаю понимать Розу?
— Я так и не смог увидеть полей своей родины… Голубых её озёр, бесконечных лесов, — прокряхтел он. — И не увижу…
— Если вас устроит, я отомщу Ледечку Тронтуру и Королю Рикужии за вас… Вы ведь так и не смогли купить прощение у барона Тронтура…
— Нахуй их, — выразился сир Ян. — Всё, начиная со спасения твоего отца на охоте было странным, мальчик. Но в итоге я приобрёл что-то, что ценнее мести им двум… Наверное даже ценнее моего возвращения домой. Но всё должно завершить… Кха… Встань на колено, как тот Лихт вставал…
— Сир Ян… вы собираетесь…
— Я собираюсь исполнить то, что пообещал себе! Никто не должен посвятить тебя в рыцари, никто, кроме меня… Я не Мейдон Флауэрс, или Стерион Гранд… Я не великий воин, посвящение от которого заставит многих говорить о тебе. Я простой рыцарь… Но захочешь ли ты принять титул рыцаря от кого-то вроде меня…
Я не сказал ни слова, лишь встав на колено и склонив голову.
— Помоги мне, Мыцарь… Не надо плакать, дитё… Я не стою ни слёз детей, ни слёз женщин… ни кого-либо ещё.
Сильный Мыцарь, весь покрытый кровью, дрожа, помог сиру Яну встать… Было видно, что глаза моего наставника почти закрылись… Как он ещё держится? Это буквально за пределами человеческих возможностей. Я столько людей убил и прекрасно знаю, что удержаться в его текущем состоянии в сознании — это невероятный подвиг.
— По праву, дарованному мне предками — заявляю, ты только что прославил своих предков, — сир Ян решил использовать посвящение моего народа. Ведь слова посвящения, которые используют рикужцы — совсем другие. — Во славу предков будь честным. Во славу предков будь отважным. Во славу предков будь верным. Во славу предков будь мудрым. Во имя предков — славь имя своё, своего Дома и тех, кто был до тебя. Встань, сир Люцион Гранд, — меч рухнул из его рук, когда я встал. Сир Ян, несмотря на боль, улыбался, будто только что осуществил свою главную мечту в жизни. Он упал прямо в мои руки. — Надеюсь, это тебе так же поможет, как и твоя хитрость с твоим коварством… Воспари, грифон… воспари над ними всеми…
Взгляд его окончательно потух… А изо рта пошла кровь, внутренности, не сдерживаемые ничем, с противным, чавкающим звуком, начали вытекать из его тела. Я аккуратно уложил его на деревянный пол.
— Дядя Ян, — всхлипнул Мыцарь. Как же это сюрреалистично. Маленький мальчик, весь в крови, до этого убивавший людей. Но плачет над одним из людей. — Он отправился к своим предкам, да?
— Да, — сухо ответил я, присев
