конкретной страны. К примеру — Магистр Республики Альдарал, его так же можно назвать и Магистром Востока — является Стилет. Ему подчиняются двадцать Мастеров Ордена, разбросанных по всей Республике. Торговцы, главы гильдий, возможно кто-то из Мастеров и Гроссмастеров Республики… Выяснить личину даже Мастера Ордена, порой, трудно, а Магистры, избираемые из числа Мастеров — в последний раз раскрывались пять сотен лет назад, когда наше Братство почти истребило их всех. Если бы не один предатель, который фактически сделал из нашего Братства врагов тогдашней власти Республики, мы бы смогли раз и навсегда избавить человечество от тени Ордена Павших Небес. Магистром вашей страны является — Стоун. Сколько Мастеров в числе вашей страны? Тринадцать Мастеров. К слову, некоторые из них являлись Баронами и Графами… А Стоуном, мои друзья считают сира Борда Бейрестира.
— Наследника Герцогского Дома Бейрестир? — ошарашенно спросил я. — «Считают»?
— Считают… В деле с Магистрами и Мастерами, что занимают высокие положения, как те же — ваши правители, нам надлежит быть аккуратными и осторожными. Неосмотрительность приводит к провалу…
— Означает ли это, что если Борд окажется Магистром вы убьёте его? Сына одного из влиятельнейших аристократов Фловеррума…
— Однозначно, — кивнул Джон. — Не я, так кто-нибудь другой… Клинок Озёрного Брата всегда находит цель свою. Если Борд попал в Орден Павших Небес — он более не аристократ Фловеррума. Он более никогда не будет им, ведь он член Ордена. Никогда они не действуют исходя из выгоды простого народа и всегда алчут лишь одного — власти для себя. Томас и Деймос такие же.
— Но допустим, — слегка склонился. — Ежели есть аристократ, который просто, используя политические и военные способы лишь укрепляет власть свою? Ежели кто-то из Герцогов Лидерольона подымет восстание против Короля, победит его и сам станет Королём… Как вы будете относиться к такому? Ведь сей человек в таком случае — убил множество людей, много простого народа ради своих амбиций. Убьёте ль вы его, если он не будет членом Ордена Павших Небес?
— Мы не нападаем на таких людей без доказательств, — хмуро произнёс сир Джон.
— Но что насчёт простого люда, сир? Вы тут столько всего сказали и моим воинам в том числе. О свободе, о равенстве всех со всеми… О том, что каждый волен избирать свою судьбу… Но в то же время — если какой-нибудь Герцог, или Граф, или ещё кто-то, плохо повлияет на судьбу десятков тысяч людей, устроит войну во имя своих политических амбиций и стольких убьёт, а вы посмотрите и скажите: «ну он не из Ордена Павших Небес, так что ему можно»… Не является ли сие лицемерием, сир? — разумеется, я-то, как раз, был согласен убить не одну тысячу человек, если это поможет достижению моих целей. Кто-то мог бы сказать: «да почему? Никто не должен покушаться на святую, человеческую жизнь»… И я бы ответил: «в этом мире любой, кто будет так говорить и, самое главное, так действовать… действовать, как типичные дегенераты из двадцать первого века, откуда я пришёл, которые поехали и, причём, давно на равенстве и инклюзивности… так вот — любой такой человек умрёт»… Нет у меня желания так подставляться. В благородство стоит играть лишь тогда, когда уверен, что оно именно окупится и принесёт тебе выгоду.
Мужчина же на мой вопрос хмыкнул… Было видно, что рассуждения завели его в тупик. Не то чтобы я хотел, чтобы он сейчас резко начал смещаться куда-то «налево» и начал кричать «смерть аристократам и буржуям»… Выглядело бы это потешно, глупо и смешно. Но вот понять что это за безумцы очень уж хотелось… И пока я понял одно. Ёбанные фанатики, по-другому их назвать будет очень трудно.
— Думаю, мне надлежит поговорить со старшими братьями моего братства, Люцион, — тихо произнёс Джон. — Вы ставите поистине интересные вопросы.
О чём, о чём, а об этом он говорить не будет. Ни о чём вообще он больше говорить не будет. Как только я исчерпаю необходимости в его знания, так сразу же убью. Поначалу я даже подумал, что использовать Озёрное Братство против Томаса и Деймоса, Мастеров из Ордена Павших Небес — логично. Особенно учитывая то, что Джон Гориант является уроженцем Республики, если быть точнее, то он является уроженцем Виллда. Виллдиец прекрасно знает окрестности, этого не отнять. Вот только… Его фанатизм и те мысли, на которые я ему указал… Нет, я не сумасшедший — создавать себе анархистов буквально под боком. Такие бредни крайне опасны… Да, Фловеррумцы устойчивы, но даже презрением может смениться нейтралитетом, а нейтралитет — любопытством. И в чём смысл тогда мне править? Да и моим возможным потомкам это будет крайне непросто сделать. Надо бы прибить его и, по ситуации, расправляться с его же братьями… Хотя вмешиваться в разборки двух много о себе что возомнивших Орденов я не хочу… Разных сект, орденов и братств, скрытых от всех в этом мире много… И лезть к ним не всегда правильная мысль. Я закончил с трапезой и швырнул шпажку, с которой ел рыбу, обратно в костёр.
— Милорд! — привлёк моё внимание один из моих воинов.
— Что такое, Четс? — некоторых я уже даже успел запомнить по именам. Четс был рослым парнем, с каштанового цвета волосами. Он был тем, кого я могу бы назвать «смышлёным человеком». Будучи сыном каменщика он и читать умел, и вечерами сидел и изучал поломанную аркебузу, что-то постоянно записывая на листки пергамента, которые содрал с доски объявлений.
— Там раненный! Смотрите!
К нам действительно приехал раненный мужчина. Кавалерист был обряжен в кольчугу. И я узнал его… Это был один из воинов отряда сира Яна… Из спины торчали три стрелы. Кольчуга не могла противостоять стрелам, хотя и гасила их попадание. Что-то, что могло выдержать попадание стрелы в нашем отряде — это пластинчатые доспехи рыцаря. К примеру мои, или сира Яна… А ещё Подрика. У нас было достаточно времени и средств, чтобы заказать как можно более лучшие доспехи.
— Он ещё жив, — произнёс один из моих воинов.
— Лекаря, — отдал приказ я. — Что скажешь, Рунл? — спросил у того, кого в нашем отряде считали лекарем, который был сыном травницы. Рунл был веснушчатым мальчишкой, едва старше меня, случайно попавшим в кавалеристы… Тем не
