отправляясь обратно к балкону. — Я собираюсь её усадить и кое-что разъяснить.
Селусия подошла следом, прислонилась к дверному косяку и бросила на него скептический взгляд.
— Что ж, может мне и в самом деле не удастся её усадить, — произнёс Мэт, оглядывая сквозь открытый экран лежащий внизу сад. — Но я ей логично объясню, почему не следует разгуливать по ночам. По крайней мере, попробую объяснить. Кровь и проклятый пепел. А мы и в самом деле высоко, верно?
— Нормальные люди ходят по лестнице.
— Меня ищет каждый солдат в городе, — ответил Мэт. — Думаю, Галган старается устроить так, чтобы я исчез.
Селусия поджала губы.
— Ты об этом не знала? — спросил Мэт.
Она помедлила и покачала головой.
— Нет ничего удивительного в том, что Галган тебя караулит. В обычных обстоятельствах Принц Воронов был бы для него соперником. Сейчас генерал возглавляет наши армии, но нередко эта обязанность возлагается на Принца Воронов.
Принц Воронов.
— Даже не напоминай, — сказал Мэт. — Я думал, что это такой титул, когда женишься на Дочери Девяти Лун. Разве он не поменялся в связи с её возвышением?
— Нет, — ответила та. — Пока нет.
Мэт кивнул, потом вздохнул, представляя, сколько ему предстоит спускаться, и закинул ногу на перила.
— Есть другой способ, — произнесла Селусия. — Идём, пока не сломал свою глупую шею. Не знаю пока, чего она от тебя хочет, но сомневаюсь, что в её планы входит твоя смерть от падения вниз.
Преисполненный благодарности, Мэт спрыгнул с перил и последовал за Селусией в комнату. Та открыла дверь гардероба и отодвинула заднюю стенку. Внутрь каменно-деревянного чрева дворца уходил тёмный лаз.
— Кровь и проклятый пепел, — сказал Мэт, просовывая внутрь голову. — Эта штука всё время была тут?
— Да.
— Вот, значит, как он сюда проник, — пробормотал Мэт. — Селусия, тебе нужно заколотить эту дыру.
— Я сделала лучше. Когда Императрица, да живёт она вечно, собирается ко сну, то отправляется в мансарду. В этой комнате она не спит никогда. Мы не забыли, как легко была убита Тайлин.
— Вот и отлично, — сказал Мэт. Он содрогнулся. — Я отыскал тварь, что это сделала. Больше он не разорвёт ничьё горло. Тайлин с Налесином могут вместе сплясать по этому поводу. Прощай, Селусия. Спасибо тебе.
— За указанную дорогу? — спросила она. — Или за то, что не убила из арбалета?
— За то, что не зовёшь меня треклятым Высочеством, как Музенге и остальные, — пробормотал Мэт, шагнув в лаз. Он нашёл висящий на стене фонарь и зажёг его с помощью трута и кресала.
За его спиной Селусия рассмеялась.
— Раз это тебя волнует, Коутон, то обещаю, впереди тебя ждёт очень беспокойная жизнь. Есть только один способ перестать быть Принцем Воронов: обнаружить удавку у себя на шее. — С этими словами она захлопнула шкаф.
«Какая всё-таки милая женщина», — подумал Мэт. Он почти с ностальгией вспоминал те дни, когда она отказывалась с ним разговаривать. Покачав головой, он начал спускаться по потайному ходу, только что поняв, что со’джин так и не объяснила, куда он ведёт.
* * *
Ранд шёл по лагерю Илэйн, расположенному на восточной окраине Браймского леса. Его сопровождала пара Дев. Стемнело; на лагерь опустился вечер, но почти никто не спал. Они готовились свернуть лагерь и утром переместиться восточнее, ближе к границе с Кайриэном.
Сегодня ночью Ранда охраняли только эти две Девы. С двумя телохранителями он чувствовал себя почти что уязвимым, хотя раньше считал любое количество охраны чрезмерным. Неумолимое вращение Колеса изменило его восприятие так же неотвратимо, как оно меняет времена года.
Ранд шёл по освещённой фонарём тропинке, которая прежде, несомненно, была звериной тропой. В любом случае, этот лагерь пробыл здесь не настолько долго, чтобы успеть протоптать собственные дорожки. Ночное спокойствие нарушалось тихими звуками лагерной жизни — грузили припасы на телеги, кто-то правил меч на камне, проголодавшимся солдатам раздавали ужин.
Никто не перекликался друг с другом. И не только потому, что стояла ночь. Рядом, где-то в лесу, расположилась армия Тени, а у троллоков отличный слух. Лучше привыкнуть разговаривать тихо, а не кричать друг другу через весь лагерь. У каждого фонаря был экран, чтобы создать рассеянный свет, а походных костров разводили как можно меньше.
С длинным свёртком в руках Ранд свернул с тропинки, пройдя по шуршащей высокой траве на поляну по пути к палатке Тэма. Это много времени не займёт. По дороге он кивнул отдавшим ему честь солдатам. Они были потрясены встречей, но не удивлены его присутствием в лагере: Илэйн заранее предупредила армию о его визите.
«Я возглавляю эти армии, — сказала она во время их прошлого расставания, — но ты их душа. Ты их собрал, Ранд. Они сражаются за тебя. Так что во время твоих посещений, пожалуйста, позволяй им видеть себя».
Так он и поступил. Ему хотелось бы защитить их лучше, но ему просто придётся нести и эту ношу тоже. Оказалось, секрет не в том, чтобы закалить себя до грани излома. Не в том, чтобы стать нечувствительным. А в том, чтобы терпеть боль, как ту, что причиняла рана в боку, и принять эту боль как часть себя самого.
Шатёр Тэма охраняли двое парней из Эмондова Луга. Они вытянулись, встречая его, и отдали честь. Ранд кивнул им в ответ. Когда-то он бы ни за что не подумал, что увидит, как эти двое — Бан ал’Син и Дэв ал’Тон — отдают кому-то честь. Однако они отлично справлялись.
— У вас, ребята, важная задача, — обратился к ним Ранд. — Не менее важная, чем любая другая на поле боя.
— Защищать Андор, милорд? — спросил сбитый с толку Дэв.
— Нет. Присматривать за моим отцом, — ответил Ранд. — И постарайтесь выполнить её хорошо. — Он вошёл внутрь шатра, оставив Дев снаружи.
Тэм стоял у походного столика с картами. Ранд улыбнулся. С тем же видом Тэм в былые времена осматривал овцу, запутавшуюся в густых кустах.
— Похоже, тебе кажется, что я нуждаюсь в присмотре, — сказал Тэм.
Ранд решил, что ответить на это замечание — всё равно что пойти прямиком к притаившемуся в засаде лучнику, провоцируя его в тебя выстрелить. Вместо этого он положил свой свёрток на стол. Тэм смерил взглядом длинный, обёрнутый тканью свёрток и развернул содержимое. Ткань спала, открыв великолепный меч в чёрных лакированных ножнах, украшенных переплетающимися друг с другом красно-золотыми драконами. Тэм вопросительно поглядел на Ранда.
— Ты отдал мне свой меч, — сказал Ранд. — А я не могу его вернуть. Я решил отдать этот взамен.
Тэм вынул меч из ножен, и у него расширились глаза.
— Это слишком хороший подарок,
