три? В пизду, до власти доберусь, я им, сука, покажу, «букву М внутри капли»…
Пару раз за ночь, просыпаясь у костра, я замечал Ветерок, то сидящую, то прогуливающуюся рядом со мной. Подбрасывая в огонь дров и нежно нашёптывая какое-то заклинание, она раздувала пламя костра, для всех нас делая его языки ярче и жарче. Когда расцвело и лагерь засобирался, она показала мне причины своих полуночных блужданий. Четыре мутных энергетических кристалла и сфера. Шар из стекла, в нём живое существо с глазами и зубастой пастью. Ветерок поймала эту дрянь ночью, когда та попыталась присосаться своими клыками к одной из наших лошадей. Кристаллы в свою очередь добыла убив несколько выбравшихся существ из подземелий. Защитной магией Ветерок прирезала несколько бешеных волков, сновавших рядом. Как оказалось, твари эти являлись не совсем обычными существами и хотели наведаться к нам «на огонёк». Вот собственно и пришли, в том виде, в котором дриада мне их преподнесла.
— Потренируетесь после в контроле. Пом, рассказывала, раньше вы что-то подобное делали. Лопали их, оттачивая какое-то своё магическое искусство. — Любезно передав мне сферу, проговорила Ветерок.
Поблагодарив дриаду, прячу монстрика в своей багажной сумке. Самопознание, тренировки и прочее откладываю на потом. Приводя себя и свои одежды в порядок, готовлюсь к встрече с селянами. Первое впечатление очень важное. Люди должны быть уверены, что я не так сильно ушёл от народа, что они могут доверять мне и моим идеям, которые я собираюсь привнести в их жизнь. Четыре деревни, около ста пятидесяти крестьян и двадцати рабов, именно с этого мне предстояло начать своё триумфальное возвращение.
Карета, поскрипывая колёсами, выбирается из ямы, поворачивает из лесу в сторону поселения, выглядевшего как светлая проплешина в тёмном хвойном массиве. Несколько просторных полей, десятки отдельно друг от друга поставленных строений и домов, а рядом с ними огороды. Типичная деревня, только домашнего скота совсем не видно. Возможно, держат в хлевах или сараях, дабы уберечь от Трупных теней. Приметив незнакомцев в дорогой повозке, в деревне поднялся кипиш. Вилы, топоры, косы, нам были не рады, и потому ещё у небольшой, обгораживающей деревню от постороннего мира оградки, встречали нас селяни с недовольными, перекошенными мордами.
Спрыгнув с телеги, как полагается провожатому, помог Милим(Ветерку) выбраться на свет, а после, встав напротив толпы, представился:
— Имя мне Лорд Матевус Гросс, я законный сын и наследник вашего прошлого хозяина.
Толпа загудела. На встречу мне, опираясь на палку, скрюченный и седой, вышел дед, походивший на лиса:
— Мы знаем, кто ты. Разбойник и грабитель, убийца, а ещё… лженаследник. Я хорошо знал старого господина, все его дети погибли на войне, — стукнув палкой по камню, категорично заявил дедок. Не став спорить, Ветерок из сумки своей достала свиток, козырнув кольцом на своём пальце, показала документ деду. Затем, ехидно спросив, «видел ли он такое в своей жизни», продемонстрировала печать Запретного сада.
— Нас оклеветали, — усилив голос магией, заявила Ветерок, — попытались убить, отнять все дары, которые я везла вашему народу. Но лорд Гросс, а также верные ему авантюристы, защитили меня, спасли наши товары. Я торговый представитель из далёких земель, прибыла к вам для помощи и развития северных территорий. В них, как и в людях, населяющих сам север, скрыт огромный потенциал, — глядя на старика как на раба, высокомерно заявила дриада. Дед её внимательно слушает, не перебивает. Он боится и одновременно уважает её. Не то что меня. Во время их разговора на жалкого, молодого аристократишку вообще внимания не обращали, говорили со мной, как с холопом каким-то. Мда… права была Беладонна, из меня аристократ, как из козла медведь.
— Вот как… — склонив голову перед дриадой, старик одним глазом покосился в сторону телег, — а о каких дарах шла речь?
— Скромных, но от чистого сердца, — положив руку на грудь, заявила дриада. — Три мешка пшеницы каждой из деревень, а также по пол десятка пернатых и пик-пик для разведения.
Толпа оживилась, даже дедулька не смог скрыть проступившей на лице улыбки.
— Вот оно как… простите мне моё невежество Глава Милим, — вновь поклонился дед, а с ним и все крестьяне деревни. — И вы, лорд Гросс, спасибо, что привели к нам столь щедрых гостей, — вновь поклон, но только более пренебрежительный, и лишь от старосты. Крестьяне заглотили наживку, приняли меня за обычную пешку в руках Ветерка, это хорошо. Обидно немножко, но меня всё устраивает.
— Хорошо, мы познакомились, а теперь к делу. — Закончив с любезностями, переходим к сути нашего визита.
Граф Олаф Вольфграф, глава этих земель, коему служили и семейство Гросс, вот уже четыре года противостоит пешкам семейства Тролл, а также наседавшей на него бюрократической машине империи. Сначала были просто проверки сел, контроль земли и уровня загрязнения почвы скверной, после которых на землях Вольфграфа как цветы после дождя раскрывались подземные лабиринты, заполненные нечестью. Затем, когда Граф заподозрил неладное и тайком послал в столицу гонца, чтобы полюбопытствовать об проверяющих, выяснилось, что никакой группы в его земли инквизицией не посылалось. В день, когда пришел ответ, он немедленно приказал арестовать самозванцев. Был бой, почти все они погибли, но один все же выжил. Запытав свидетеля до смерти, Вольфграф выяснил, что его специально пытаются разорить. Семейство Тролл и их пешки не выпускают торговцев из своего города, перекупают их товары, запугивают всех, кто имел дело, или пытался добраться до Вольфграфа. А те, что не подчинялись, почти все пропадали в северных землях Тролл. На фоне этого Вольфграф выслал в Великий Вавилон и Запретный Сад петиции с требованием остановить творящееся внутри его земель беззаконие. Но Троллы прознали о намерениях Вольфграфов и послали точно такое же требование. Бедный аристократ обвинял богатого, инквизиция, взявшая на рассмотрение это дело, провела предвзятую проверку и… предпочла остаться в стороне, позволяя Троллам и дальше сживать со света семью Вольфграф. Начались стычки, поджоги, партизанские войны с использованием наемников и заказных убийц. Северяне резали друг друга, грабили и убивали соседей, совершенно позабыв о своей главной задаче — защите северных границ империи. Год назад увлекшимся интригами Вольфграфам аукнулась их беспечность. По сей день все, включая главу дома Олафа, находятся на границе, отлавливают и добивают бродячих
