съела, а Хоги пошёл и спрятал свой кусок за деревом, что не порадовало маленького умона.
Мэгги думала о таинственной серой птице и о связи между ними, которую она чувствовала. Почему цапля помогла ей?
– Ты видел эту цаплю раньше?
Фрэнк кивнул:
– Он оборотень.
– Что, правда? Но он не такой, как мисс Кейн. Мне кажется, что он добрый.
– Оборотни могут быть добрыми или злыми. Запомни одну вещь: те, кто превращается в птиц, достойны доверия. Всех остальных следует бояться и избегать.
– Они превращаются во что-то ещё?
Умон кивнул.
– У всех оборотней есть три формы. Человеческая, которая показывает их слабость, животная, которая демонстрирует их истинную природу, и предмет – он символизирует их предназначение или судьбу. Они превращаются в предметы только по большой необходимости, но могут оставаться такими в течение многих лун.
– А лунные ведьмы? Они добрые или злые? – спросила Мэгги.
Фрэнк прижал уши.
– Они не злые и не добрые. Но ведьмы связаны с Великой О, и это делает их мудрыми. В полнолуние у них бывают видения, и они способны прозревать будущее. Ведьмы – целители. Ещё говорят, что они могут остановить время, хотя никто не знает, правда это или нет. Раньше они смотрели на нас, умонов, свысока, но если мы хотим помешать островитянам разрушить наш мир, то должны сражаться все вместе. Сейчас мы нужны им.
21. Дворец
У Мэгги защемило сердце, когда она вышла из леса и вновь увидела Город Солнца. Он был потрясающе красив, и казалось невероятным, чтобы люди там вообще могли грустить.
Фрэнк повёл их по долине в тени деревьев. Затем все трое быстро перебежали открытую местность и нырнули в трущобы умонов. Здесь не было улиц – только грязные тропинки. Местные жители провожали чужаков долгими взглядами.
Неподалёку от городской стены умоны, под присмотром людей-охранников, загружали состав из связанных друг с другом повозок. Охранники носили чёрные тканевые маски, оставлявшие открытыми только глаза. Все они были вооружены длинными копьями с золотыми наконечниками, и на поясе у каждого висел маленький топор.
Мэгги, Фрэнк и Хоги притаились в тени.
– Если вы спрячетесь в одной из повозок, то приедете прямо во дворец. Ваша подруга там. – Умон печально посмотрел на Мэгги. – Если выберетесь, я вас разыщу.
– Конечно, выберемся, – сказала Мэгги, но Фрэнк уже исчез.
Охранники ушли в головную часть состава, где толпилось множество умонов, готовящихся тащить повозки в город. Времени оставалось не так много.
Мэгги покосилась на кота.
– Готов? – прошептала она.
Хоги с мрачным видом кивнул.
Они со всех ног кинулись к последней повозке. Она оказалась гораздо выше, чем виделось издалека. Кот легко запрыгнул в неё, а вот Мэгги пришлось потратить несколько драгоценных секунд, чтобы перебраться через край. Но в конце концов она справилась – и шлёпнулась на кучу чего-то тёмного и пористого. Она мерцала слабым розоватым светом, и Мэгги поняла, что они сидят на кусках дёрна со Странных равнин.
Через некоторое время прозвенел звонок, охранники закричали, и поверх повозки натянули брезент. Состав резко дёрнулся и пришёл в движение. Несколько минут спустя послышался скрип ворот, крики, лай и вой умонов.
Вскоре звуки изменились, и Мэгги поняла, что повозки въехали в туннель. Потом он кончился. Теперь телеги поднимались по крутому склону, сильно подпрыгивая. Видимо, склон был вымощен булыжником.
В конце концов они остановились где-то в темноте, и некоторое время ничего не происходило. Затем повозки выехали на яркий свет, протарахтели по какой-то решётке и снова оказались в полном мраке. Послышалось тихое бормотание, раздались шаги, и с грохотом закрылась дверь.
Мэгги и кот сидели молча и неподвижно. Потом Хоги пробурчал:
– Я выхожу.
Он разорвал когтями брезент и вывалился наружу.
Мэгги встала на мягкий дёрн и с облегчением втянула прохладный воздух. Однако она ничего не могла толком разглядеть – только слышала, как где-то шуршит Хоги.
В конце концов он произнёс:
– Это что-то типа склада. Здесь есть много интересного. Но нас заперли.
Мэгги застонала.
– И что делать?
– Можешь спуститься? – спросил Хоги.
Мэгги ощупью добралась до края повозки и осторожно слезла на каменный пол. Внезапно тёплый кот оказался рядом с ней и потёрся о её ноги.
– Держись за мой хвост.
– Ты вроде велел никогда к нему не прикасаться?
– Пф-ф. Не преувеличивай.
Мэгги нащупала хвост и осторожно сжала его.
– Я провожу тебя до двери, но если ты споткнёшься, сделай милость, отпусти, – проинструктировал Хоги.
Они медленно продвигались вперёд. Мэгги время от времени натыкалась на препятствия, но справилась. К своему облегчению, она увидела золотую полоску света в щели под деревянной дверью. Толкнув дверь, Мэгги убедилась, что она заперта.
– Подними меня, – мяукнул Хоги.
Мэгги пошарила в кромешной тьме, нащупала толстое пушистое тельце и подняла кота.
– Немного выше… ниже… чуть-чуть выше. Стой!
Мэгги услышала лёгкий скребущий звук, за которым последовало дребезжание. Руки у неё начали дрожать – кот весил не так уж и мало.
– Не тряси, – буркнул он.
– Ты тяжёлый вообще-то.
– Не шевелись!
Мэгги попыталась отвлечься и подумать о чём-то ещё кроме своих ноющих от боли рук. Наконец раздался гулкий щелчок, и Хоги заурчал, как моторчик. К удивлению Мэгги, дверь со скрипом приоткрылась, и кот спрыгнул на пол.
– Ты гений! – воскликнула Мэгги.
Хоги не стал оспаривать это утверждение.
Очень осторожно Мэгги толкнула дверь, и луч ослепительного света пронзил тьму комнаты как лезвие ножа. Выглянув наружу, Мэгги увидела за дверью коридор, облицованный тем же светлым камнем, что и городские стены. В поле зрения не было ни души. Мэгги двинулась вперёд по узкому проходу. Хоги шёл рядом с ней, тщательно принюхиваясь ко всему вокруг.
Коридор расширился. Слева возникла каменная лестница, ведущая вниз, в огромную кухню размером с футбольное поле. Над открытым огнём исходили паром сотни кастрюль и сковородок, вокруг суетились повара.
Никем не замеченные, Мэгги и кот прокрались к узкой каменной лестнице, расположенной чуть дальше. Они взобрались по ней, благодарные за кратковременное укрытие.
Тяжёлая каменная дверь наверху оказалась приоткрыта, и Мэгги увидела за ней великолепную комнату. В стенах были прорезаны огромные круглые окна, похожие на разноцветные колёса; их жёлтые, красные, синие и пурпурные рамы красиво отражались в белом, гладко отшлифованном каменном полу. Здесь стояли свечи размером с небольшие деревца, а на стенах висели изогнутые зелёные панели, похожие на свёрнутые листья.
На полу сияло солнце из чистого золота. А с потолка сыпался бесконечный дождь переливчатых розово-серых блёсток. Долетев до пола, они исчезали. Некоторые вылетали через дверной проём и оседали на коже Мэгги.
Она почувствовала,
