даже он что-то понял и теперь будто пробовал губы Эви на вкус, очень осторожно и нежно, боясь поранить. Большие теплые ладони гладили ее спину и плечи, перебирали волосы. Несколько счастливых и странных мгновений Эвелина ощущала только покой и защиту. А потом включился мозг.
Эви затрепыхалась, освобождаясь от объятий. Занесла руку, чтобы влепить пощечину, но поглядела в спокойные темные глаза и не смогла ударить.
– Зачем? – прошептала она. – Ты ведь даже не понимаешь, для чего поцелуи, глупый… демон…
– Понимаю. Они облегчают другую боль. – Дегар тронул следы слез на ее щеке. – Эту. Помогло?
– Нет, – сердито буркнула мейджи.
Сердилась на себя – за вранье. Потому что помогло: ужас отступил и сердце, пусть и колотилось как бешеное, но теперь уже по другому поводу.
– У нас мало времени, – повторил Дегар. – Надо найти изумруд и сбежать прежде, чем появится отряд егермейстеров.
– Хороший план. Главное – невыполнимый. Но у меня нет сил спорить. Что ты предлагаешь?
– Иди рядом со мной и прикрывай магией.
С этими словами он поднялся и подошел к двери, со скрежетом отодвинул засов. Эви скомкала письмо короля Бальтазара и сунула его в рукав: оно могло пригодиться в будущем. Дегар бухнул кулаком по металлической обшивке.
– Открывай! – рявкнул он.
– Да неужто всё? – раздался с той стороны заискивающий голос брата Менерва. – Оба мешка готовы? Какие вы шустрые!
– Открывай! – Дегар не утруждался объяснениями, от которых все равно не было бы толку.
– Да-да, сейчас. Только ключи найду, – залебезил хранитель.
В коридоре раздался звук удаляющихся шагов: кто-то метнулся за Великим Подлюкой, пока брат Менерв продолжал отвлекать пленников. Он гремел связкой ключей, скребся в замочную скважину – делал вид, что никак не подберет нужный.
– В сторону, – вполголоса приказал Дегар Эвелине. – Пора уходить.
В крошечной комнатке было не развернуться. Дегар обрушил стол об стену, освобождая пространство для маневра. От удара массивный деревянный стол развалился на доски, Дегар поднял увесистую ножку с торчащим из нее толстым гвоздем, взвесил в руке.
– Что это вы творите, паскудники? – взвизгнул брат Менерв.
Демон с разворота ударил в дверь ногой, та жалобно скрипнула, но выстояла. Однако было понятно, что еще одного толчка не переживет. Хранитель почувствовал, что дело пахнет жареным.
– Я все доложу Великому Наставнику! Ах вы!.. Поганцы!
Его голос становился все тише по мере того, как хранитель удирал по коридору.
– Убежал! – радостно воскликнула Эви, не веря в такую удачу.
Дегар ничего не ответил, он был занят – доламывал дверь. Замок оказался крепким, а вот доски подкачали – прогнили от вечной сырости. Сначала вылетела одна, за ней другая, а под натиском плеча сломались петли.
В коридоре было пусто и безмолвно. Надолго ли? Сколько у них времени?
– За мной! – скомандовал Дегар.
– Куда?
– В пятый сектор. Надо найти Олгун.
– Но там… Плесень! Стражи!
Демон, шедший впереди, вернулся, взял Эви за плечи, посмотрел в глаза.
– Надо. Я рядом, огонек.
«Что еще за огонек! – мысленно ворчала Эвелина. – Придумал тоже!»
А на душе сделалось тепло. И не страшно было сразиться с толпами мертвецов, и егермейстеры не пугали так, как прежде.
Глава 21
Дегар вел Эви кружным путем: видно, он хорошо изучил план крепости Ноор и знал, как добраться до нижнего этажа. Эви измерила оставшийся резерв – пять единиц. Немного, но хватит на то, чтобы создать защитный купол и удерживать его несколько минут. Хранители затаились. Цитадель словно вымерла, и это обманчивое спокойствие пугало сильнее, чем разъяренный отряд преследователей. Эви вздрагивала каждый раз, когда они сворачивали за угол, ожидая увидеть колышущиеся серые плащи или строгую черную форму. Она поднимала руки, готовясь сплести аркан, но видела перед собой только пустоту.
– Где же они? Где же?
И наравне со страхом в душе жила робкая надежда, что все обойдется.
Не обошлось… За спиной раздался странный шум, похожий на шелест листьев. Эви не сразу догадалась, что это звук десятков шаркающих шагов. Они приближались, эхом отражались от стен. Размеренные, неторопливые и оттого особенно жуткие.
– Не оборачивайся, – сказал Дегар.
Но Эви, конечно, обернулась. А обернувшись, закричала. Коридор заполнили фигуры, укутанные в плащи. Некоторые износились до состояния ветоши, изорванные подолы волочились по полу. Другие были еще свежие, новые. Значит, люди, носившие их, еще недавно жили, дышали, улыбались и грустили. А теперь превратились в безмозглых рабов плесени. Мертвецы брели целеустремленно, настойчиво и молчаливо. То один, то другой поднимал руки и указывал на беглецов. И все это в пронзительной тишине, которую нарушало лишь шарканье.
У Эви от страха ноги сделались как ватные, но пальцы уже выплетали аркан Сайто – мгновенное тление. Да только на такую орду нежити он не рассчитан. Одно-два тела обратятся в прах, остальные продолжат преследование.
Дегар не дал закончить плетение, встал между мейджи и мертвецами.
– Ты что! А если бы я в тебя попала! – вскинулась Эви.
– Не трать магию зря! – строго сказал демон. – Я все продумал. Они слишком медленные. Мы успеем зайти в хранилище, и ты запечатаешь дверь.
Пока разговаривали, потеряли драгоценные секунды. Темная масса из сплетенных тел приблизилась. Они надвигались точно волна, готовая захлестнуть две слабые человеческие фигурки, изломать их.
– А теперь – бежим! – так же спокойно произнес Дегар, схватил Эви за руку и потащил за собой.
Двери в пятый сектор оказались заперты, но когда Эвелину останавливал закрытый замок! Чтобы открыть дверь, пришлось снова прикоснуться к омерзительной зеленой плесени и пожертвовать одной единицей магии.
Дегар захлопнул ее едва ли не в тот момент, когда в щель успели сунуться сморщенные пальцы. Несколько упали на пол и еще некоторое время конвульсивно дергались.
– Запечатывай!
«Еще минус единица!» – отметила про себя Эви.
Они оказались в том же самом хранилище артефактов, но зашли в него на этот раз с другого входа. Магические предметы при появлении мейджи будто очнулись от спячки и завели свою обычную песню: «Возьми меня. Забери меня с собой!» Артефакты томились от бездействия и рады были бы услужить любому магу. Но Эви нужен был только изумруд, а он, к сожалению, не спешил обнаруживаться.
– Расходимся, – приказал демон. – Времени очень мало.
Эвелина запретила себе думать о скрежете петель, о шорохах и стонах: десятки тел наседали с той стороны, стараясь выдавить двери. В конце концов их тупое упорство возьмет верх, ведь мертвецы не устают и не отступают. И ладно бы только в стражах было дело! Эви мысленно молилась Пресветлой, чтобы бумажный голубь, отправленный Великим Подлюкой в Магистериум, попал в руки ленивого служащего. Пока суд да дело, пока доложат грандмагистру, пока отправят отряд, глядишь, удастся выбраться из передряги живыми.
Оставались еще пятна плесени на руках… Но об этом думать тем более не хотелось.
– Где ты? – спросила она вслух, сжав в горсти ожерелье с сапфиром, а на пальце алой звездочкой горел рубин. – Откликнись.
Но даже если Олгун ответил на зов своих братьев, а Эви мысленно объединила
