– Ну? – спросила нехотя.
– Без души некромант остался! Совсем! – добавил жаб, предугадав мой вопрос. – Последние крохи отдал, чтобы тебя найти!
– Как? – выдохнула я, опустившись на стул.
Жаб запрыгнул на соседний и начал свой рассказ:
– Всего не знаю, – предупредил он сразу. – Поговаривают, тело Кроу выловило из вод Старого океана судно капитана из Южной гавани. Слухи ходили, что за утопленников пророки озолотить могут. Вранье конечно, но в этот раз случилось все иначе. Видение у Аши было, потому и пустила в поселение рыжего нескладного паренька да немую девицу, что повсюду за ним шаталась.
Йошка и Катарина… Значит, правдивы были мои видения…
Ферди продолжил:
– Долго Аша отпаивала некроманта, с того света душу его обратно звала. В конце концов, удалось ей Кроу вернуть. Ари говорит, что все те ночи, что тело некроманта было без признаков жизни, в лесной чаще завывал зверь дикий. Так громко и протяжно, что едва ли глаза можно было сомкнуть.
Я поежилась. На Мертвом острове звериный вой пугал меня до чертиков. Нигде такой не слышала. Разве что на берегу озера Слез.
– После того, как Аша жизнь в тело Кроу вдохнула, был он сам не свой. В Болотные топи рвался. Тревожило его что-то. Но пророки не пустили. Сказали: то, что ищет, само его найдет, а коль пойдет искать – потеряет навсегда, – сказал жаб, пристально глядя на меня.
– Постой, – перебила я фамильяра. – Ты же сказал, что Аша душу Кроу вернула.
– Вернула, – согласился Фердинанд, – да только тот ее сам отдал.
– Кому? Аше?
Фердинанд театрально закатил янтарно-желтые глаза.
– Понятия не имею кому. Он это в тайне держит. Одно знаю точно – пророки тут не при чем, – заговорщицким тоном закончил свой рассказ жаб.
Все гораздо сложнее, чем я думала.
– И тем не менее, он фьер Инги, – задумчиво протянула я.
– Болотница, подумай! – проквакал мой маленький друг. – Кроу мог остаться в поселении только на правах чьего-то фьера! Не думаю, что с Ингой его что-то связывает.
Я подскочила со своего места. Глаза защипало от слез.
– Не мог говоришь? – прошипела я. Ей-богу, словно нагиня. – Йошка же смог!
– Поговори с Кроу, ведьма! Не станет он правды таить! Расскажет. Я уверен!
А то я не пробовала…
Я закусила губу и, чтобы жаб не видел моих слез, решила подняться на второй этаж, дабы осмотреться.
Вдоль длинного коридора, по обе стороны от меня, на стенах висели портреты. Местами краска на них облупилась, но все еще можно было рассмотреть замысловатые прически женщин и дорогие костюмы мужчин. Кажется, раньше в этом доме жила состоятельная семья пророков. Наверняка и выглядел он иначе. Был чистым и добротным.
У одного из портретов я невольно остановилась. С него на меня смотрела белокурая девушка – Катарина. Волосы ее были с проседью. Зеленые глаза в обрамлении пушистых ресниц, тонкие губы, худощавое лицо – все казалось мне знакомым. Не только внешность, но и амулет, что украшал шею девушки. Точно такой же я видела сегодня у Хильды. Та старательно прятала его под полами плаща. Или мне просто показалось?
Я зашла в одну из комнат и опустилась на край кровати. Казалось, что я невольно коснулась прошлого. Смахнула пыль со страниц, текст на которых вот-вот проявиться.
– Страницы! – спохватилась я, вынимая из-за пазухи пожелтевшие листы бумаги, которые нашла на берегу озера Слез. Кто бы мог подумать, что часть записей моей покойной бабки уцелела!
Я принялась изучать текст, который местами стал расплывчатым и блеклым. Хоть страницы и были заговоренными, но все же сохранились неважно.
В тексте говорилось об артефактах, которые способны хранить человеческую душу до тех пор, пока ее не призовет некромант. Как правило, для этих целей использовались личные украшения жертвы: серьги, браслеты, амулеты. Их закапывали в землю. Зачастую, просто одевали на покойного во время погребения.
Я отложила записи в сторону и задумалась. Это что же получается? Шкатулка – вовсе не хранилище души Катарины? Ее не закопали в землю на погосте, а значит и артефактом она быть не могла. Выходит, просто темница, где сгорала в агонии душа Катарины, дожидаясь своего часа? Так вот о чем она толковала…
Стоп.
Я резко поднялась с кровати и устремилась в коридор. Вновь остановилась у портрета Катарины.
Нет, мне определенно не могло показаться…
– Ферди, – окликнула я своего фамильяра, – мы должны вернуться в дом Аши, – крикнула я.
Ступеньки под ногами жалобно скрипели, пока я спускалась на первый этаж. Внезапно одна из них надломилась, и я споткнулась. С трудом удержала равновесие, ухватившись за прогнившие перила. Записи покойной бабки выпали из моих рук. Опустились на грязный пол белыми кляксами.
– Ох, не нравится мне это, Моргана, – проквакал жаб, разглядывая один из листов.
Я опустилась рядом с ним и невольно ахнула. На оборотной стороне листа, не испещренной записями, красовался отпечаток волчьей лапы. И все бы ничего, но был он столь большой, что в пору было усомниться волку ли он принадлежал. По крайней мере, я таких крупных особей в жизни не видела. Разве что единожды…
Глава 14
Небо над поселением окрасилось в розовый. Рассвет вступил в свои права, окончательно прогнав ночь. Я, подхватив Фердинанда на руки, стремительно приближалась к домику Аши. Увы, добраться до него я не успела. Кто-то дернул меня за рукав платья, увлекая в тень раскидистых зеленых зарослей, что высились у крыльца одного из домов. Ткань жалобно затрещала, моля ослабить хватку.
– Тебе туда нельзя, – раздался у самого уха женский голос.
Я обернулась. Рядом со мной стояла Инга.
В пальцах появилось привычное покалывание. Внутренности опалило словно огнем, и я невольно пошатнулась.
– Твой ребенок, – прошептала девушка, осторожно касаясь ладонью моего живота. Я хотела было отпрянуть, но силы меня оставили. – Он должен появиться на свет как можно скорее иначе… – Многозначительная пауза, казалось бы, не оставляла мне никакого шанса. Я и сама чувствовала, что будто бы мое
