– Ты думала, что я так просто забуду твоё пренебрежительное отношение ко мне, да? После стольких лет... – Эдгар подошёл к стеклянной двери и просмотрел стоящей за ней Элоди прямо в глаза. Она умоляла его взглядом открыть дверь, но Эдгар и не собирался этого делать. – Неужели ты действительно верила, что имеешь право унижать людей, право на богатство, власть и превосходство над другими только потому, что тебе повезло родиться в такой семье? – Эдгар снова повернулся к нам. – Я презираю
высокородных не меньше, чем они нас...
простолюдинов. Я устраню их всех до единого и установлю новые правила. Я приведу нас в
новую эпоху, а не в
прошлое.
Элоди хватала воздух ртом. Её руки скользили по стеклу. Так вот почему Эдгар запер там Элоди и включил вытяжку. Он хотел убрать её со своей дороги. Так же, как и баронессу.
– Хотя я должен признать, что ты хорошо подготовила этот турнир. – Эдгар снова повернулся к Элоди. – Ты нашла для меня нескольких талантливых ароматекарей и даже двух перспективных сентифлёров. Спасибо тебе за это! К сожалению, ты мне уже не нужна, и я больше ни секунды не собираюсь терпеть твоё высокомерие.
Я видела, что Даан был готов использовать против Эдгара оставшиеся у него флаконы. Приготовилась и я.
Но мы не успели ничего сделать – кожа Эдгара начала испаряться светло-голубыми струйками. Это случилось внезапно. Его окутало облако, которое захватило и Эллу с Рафаэлем.
Не отрывая от меня взгляда, Эдгар сказал:
– Я бесконечно благодарен тебе, Люци. Всё это стало возможным лишь благодаря тебе. А ведь ты могла бы стать одной из них, могла присоединиться к Элоди. Но ты хитрая и обо всём догадалась. Речь идёт не о том, в какой семье ты родился; всё дело в твоих способностях и заслугах, и они выше любого права по рождению. – Он поднял руки, и ветер ароматического вихря закрутился вокруг него с такой силой, что нас отнесло на край арены и мы с трудом устояли на ногах. – Не высокородные имеют право на власть и руководство в этом мире! – выкрикнул Эдгар. – А только заслужившие это! Те, кто возвысился над остальными благодаря своим достижениям. Эра «вечных» закончилась! В моей новой эпохе места для них не найдётся.
– Так это был ты, – негромко пробормотала я, и мои слова потерялись в шуме ветра. Значит, это Эдгар оставил мне то письмо в аптеке ароматов. Я вспомнила его текст и поняла: он действительно был бы рад снова встретиться со мной в новых условиях.
На его условиях.
Губы Эдгара растянулись в улыбке, словно он прекрасно меня услышал, и он начал таять в вихре, утаскивая с собой Рафаэля и Эллу.
Всё происходило так же, как и у нас с Дааном. Только с той разницей, что Даан открыл флакон, чтобы создать ароматический вихрь, а Эдгар сам превратился в такой вихрь. Шипение и жужжание проглотили Эдгара, Рафаэля и Эллу. Исчезли, улетучились даже голубые облачка, словно их и не было.
А в следующий момент Элоди, заскользив по стеклу судорожно скрюченными пальцами, упала на пол.
Глава 29
Я бросилась к стеклянной двери, нажала на ручку и рванула её на себя. Из горла Элоди вырывался хрип – но она была жива! Она с жадностью вдохнула ворвавшийся вместе со мной свежий воздух.
Леон, Матс и Бенно подбежали ко мне и помогли поднять Элоди. Но прежде чем мы успели спросить её о чём-нибудь, рядом с нами встали Даан с Виллемом.
– Держитесь крепче друг за друга, – велел Даан. – Когда тут появятся полицейские, мы не должны попасться им на глаза. Скорее!
Я торопливо схватила за руку Бенно, потом Матса. Леон обхватил нас руками и попытался сгрести в кучу. Даан взял за руку Виллема, а тот держал Элоди.
– Вперёд! Приготовьтесь!
Это был «Повсеместный аромат». Мы снова очутились в ароматическом вихре, и он снова швырял нас туда-сюда.
Когда рассеялся голубой туман, мы оказались в незнакомом месте. Голова у меня просто раскалывалась от боли. Рядом со мной мучились Леон и Бенно: казалось, их вот-вот стошнит.
– Простите меня! – услышала я сквозь шум в голове голос Даана. – Но у нас не оставалось выбора, и это был для нас наименьший риск. Сейчас мы немного отдохнём, и я доставлю вас домой.
Матс был таким же зелёным, как окружающая нас местность. Вокруг нас ничего не было, кроме лугов и пологих холмов. Мы наверняка были недалеко от места проведения турнира, но древняя крепость была уже не видна.
– Где мы? – спросила я, но Виллем лишь молча махнул рукой куда-то вдаль.
– Я должна немного отдохнуть. – Голос у Элоди был совсем слабым. – Пожалуйста. – Казалось, у неё уже не осталось сил.
Леон тут же подал ей руку, чтобы она могла опереться. А Виллем, устало поглядев на неё, покачал головой:
– Сейчас не получится. Нам нужно идти дальше.
Хрипя и пыхтя, Элоди поднялась с помощью Леона на ближайший холм. Мне даже было жаль её, дрожащую, в лёгком шёлковом платьице.
Наконец впереди показался автодом Виллема. Должно быть, он перегнал его сюда, потому что во время дуэлей ароматов они с Дааном заподозрили неладное.
Виллем открыл дверцу своего автодома, и мы, поочерёдно забравшись в него, уселись в тёплом салоне на мягких сиденьях. Поставив греться чайник, Виллем достал печенье. Всё это он проделал почти механически, дрожащими руками.
Даан единственный держался бодро. Со строгим лицом он сел перед Элоди и скрестил руки на груди:
– Теперь расскажи нам, что ты знаешь. О турнире, Эдгаре, куда он утащил Эллу и Рафаэля – всё.
Под гневным взглядом Даана Элоди съёжилась. Наверняка отчасти потому, что он всё-таки был её кумиром – насколько я могла судить по нашей встрече в Париже. Тогда Элоди расспрашивала меня о нём при любой возможности: ей ужасно хотелось узнать как можно больше о великом мастере Даане де Брёйне, которому мы обязаны появлением аптеки ароматов.
– Я... – произнесла она, но тут же прикусила губу. – Я ничего не скажу.
– Скажешь, – сердито возразил Даан. – А мы подождём.
Мы все страдали от тошноты и головной боли – последствий «Повсеместного аромата» при его частом применении. В голове у меня не было ни одной ясной мысли.
