Аннабель. Интуиция подсказывала, что что-то было не так. Интересно, кто решил на сыграть на его прошлом и подсунуть бывшую любовницу? Де Виньи? Или кто-то другой?
Леди Блекхарт растерянно улыбнулась и легонько сжала его ладонь.
- Я узнаю этот взгляд, - улыбка стала печальной, и Аннабель покачала головой, будто говоря: “Ты неизменим”. Потом она подняла голову и посмотрела прямо на него. - Я люблю тебя и не хочу терять, Натан. Дай мне время, и я смогу доказать, что Нарцисса не так проста, как кажется.
Официант подошел к их столику и негромко обратился к Натаниэлю.
- Вам записка, ваша светлость, - и передал сложенный пополам огрызок бумаги.
“Встретимся через час у Старого Моста. Ш.”
- Знаешь, я очень рад, Анна, что ты приехала, - тепло улыбнулся Натаниэль и поднялся со своего места. - Прости, но меня ждут.
- Увидимся через три дня, дорогой, - отозвалась леди Блекхарт и ее взгляд изменился. В нем появилось скрытое лукавство и игривость. - Я обязательно сообщу тебе, как приеду.
Глава 11
У нее получилось! Нарцисса смотрела на крохотную птичку, скачущую по краю стола, и чувствовала, как от радости трепещет сердце в груди. В этот раз это была малиновка: серенькая, с ярко-розовой грудкой и черными глазами бусинками.
Пальцы едва-едва коснулись спинки и легонько погладили кроху. Один в один, как настоящие перышки. Ведьма громко шмыгнула. В носу навязчиво покалывало, в горле встал ком, как будто у ее начиналась ангина.
Нарцисса положила руку на стол, и малиновка тотчас запрыгнула на раскрытую ладонь. Острые коготки птичьих лапок щекотали кожу. Очертания птички и письменных принадлежностей размылись, и две крупные капли упали на раскрытую тетрадь, испещренную неровными записями. Ведьма подумала, что никогда не чувствовала себя такой растерянной и… такой счастливой.
Она была настолько поглощена мыслями, что даже не услышала шагов за своей спиной. И только когда на стол рядом с левой рукой, шурша оберточной бумагой, лег букет заозерских роз, Нарцисса вздрогнула, инстинктивно накрыла второй ладонью малиновку и подняла глаза на вошедшего.
- А-а, это ты, - растерянно прошелестела ведьма, звучно хлюпнула носом и смущенно сжалась. Услышь ее покойная тетка, на какие звуки способен женский носик в присутствие посторонних, наверняка бы рухнула в обморок.
Натаниэль молчаливо присел на корточки рядом со столом и, заглянув женщине в лицо, осторожно стер большим пальцем влажную дорожку на левой щеке.
- Что тебя расстроило? - тихо проговорил он и наклонил голову набок, давая понять, что готов ее внимательно выслушать.
- Скорее обрадовало.
- До такой степени, что плачешь?
Крылья носа нервно дернулись, и бледные губы ведьмы тронула по-девичьи робкая улыбка. Нарцисса вынула из-под стола руки и убрала правую ладонь.
Малиновка осуждающе покосилась на ведьму и воззрилась на Дрейка черными глазками-бусинками, словно пытаясь понять, кто этот пугающий мужик и что делать. Она неуверенно потопталась на месте и прижалась пушистым брюшком и теплой ладони.
- Невероятно, - только и всего проговорил Натаниэль.
Птица не была похоже на тех полупрозрачных бабочек, что он видел в экипаже, пока Нарцисса спала. Рука сама потянулась к малиновке, но зависла буквально в нескольких миллиметрах от серой головки.
Кроха же по-своему восприняла этот жест. Она испуганно сжалась, следя за каждым движением, попыталась клюнуть чужой палец и пронзительно закричала, когда это не удалось сделать. Дрейк поспешил убрать руку. В настороженном взгляде черных бусинок, мелькнуло знакомое выражение.
- Знаешь, а ведь она очень похоже на тебя, - Натаниэль озадаченно почесал подбородок и усмехнулся.
- Чем же? - удивилась Нарцисса.
- Смотрит также насуплено, словно проклинает.
Лицо ведьмы изумленно вытянулось. Малиновка бросила быстрый взгляд на свою создательницу и так же изумленно воззрилась на Дрейка. Сходство было настолько очевидным, что Натаниэль не выдержал и весело рассмеялся.
- Магия никогда не будет изучена до конца, - улыбаясь проговорил он. - Ее проявления никогда не перестают удивлять. Особенно психомагия. Но вот это, - он ткнул в малиновку, и та снова воинственно нахохлилась, - это действительно чудо!
- Ты сказал “психомагия”? - непонимающе повторила Нарцисса. - Никогда прежде не слышала о такой. А что это?
- Расскажу, но попозже. А сейчас ответить мне на один вопрос, - выражение лица Дрейка изменилось, и Нарцисса почувствовала, как в животе неприятно холодеет от страха. - Кто такой Карл фон Майер и как ты была с ним связана?
***
Нарцисса удивленно вскинула брови. Улыбчивое выражение застыло напряженной маской, и Натаниэль заметил, как от щек ведьмы отхлынула кровь.
- Мы с ним трахались. Кажется, это так называется.
Она небрежно передернула плечами, будто говорила о каком-то сущем пустяке. Взгляд изменился - стал цепким, сверлящим, словно ведьма пыталась предугадать, как поведет себя Дрейк. Малиновка беспокойно засуетилась на ладони, и Нарцисса осторожно пересадила ее себе на плечо. Птаха ухватилась лапками за ворот и прижалась к шее создательницы, ища защиты.
Ответ совершенно не понравился Натаниэлю. Даже не сами слова, сколько то, как он был преподнесен. В словах ясно слышался металлический лязг упавшего рыцарского забрала. Почувствовав угрозу, ведьма посчитала, что лучшая защита - это нападение.
- Нарцисса я не собираюсь тебя в чем-то обвинять, - начал он, но Нарцисса его тут же холодно перебила:
- Ты задал вопрос, я на него ответила. Что-то не так?
“Да все не так!” - захотелось заорать Дрейку, но вместо этого он поднялся на ноги и подошел к окну. Вдалеке мерцали огоньки города, скованного сонливым сумраком. Слышалось легкое шорканье. Наверняка старик Сандор решил проверить перед сном своих “красавиц” - так садовник называл кусты заозерских роз, к которым он относился едва ли не с большим трепетом, чем жених к любимой невесте.
От приторности драконьей магнолии начинало давить в висках. Натаниэль отрешенно заметил, что раньше он не был столь восприимчив, а сейчас… Сейчас что-то менялось. Не только и не столько вокруг него, сколько внутри.
Он прислушался к себе. Дракон не рвался наружу как прежде, но Дрейк был готов был поставить собственную голову против ночного горшка, что Зверь не дремлет. Он просто ждал. Спокойно и вдумчиво, не торопя события и созерцая происходящее вокруг. И это было настолько странное, незнакомое чувство, что Дрейк на долю секунды выпал из реальности.
Очертания ночного сада и городских домиков размылись. Из тьмы пещеры, словно из глубины веков на него смотрели янтарные глаза Дракона. Черной, будто лакированная,
