Кришна вскинул руки, прерывая поток ее вопросов.
– Тогда что это такое? – Сатьяки поднял руку к полупрозрачной пульсирующей фигуре дэва.
– Это своего рода отражение. Можно назвать его воспоминанием или письмом. Дэвы использовали секреты, которые мы еще не разгадали, и могли с помощью этого устройства отправлять сообщения.
– И что же говорится в письме?
Джамбаван нажал на незаметные выступы на шаре, и внезапно дэв заговорил, его голос потрескивал, как сухие листья при лесном пожаре. Пусть сама фигура и стояла прямо перед ними, звук исходил отовсюду: его издавали небольшие черные коробочки, затянутые перепонками и размещенные в различных нишах Шьямантаки. Речь часто прерывалась.
– Прости, Мучук Унд… остальные не одобрили твои методы… они боялись тебя… в каннибализме, разрушении, жестокости, которые ты оставил после себя, они видели себя… они придут, чтобы снова поработить твой вид… смертные забыли Астру… Я оставил твой зинтский кинжал… Я буду скучать по ней… Мы все заслужили смерть и твою месть… И, ради тебя же самого, я надеюсь, ты никогда не проснешься ото сна. Савитр Лайос. Пусть твоя ночь будет светлой.
И призрак дэва растаял. Кришна улыбнулся, увидев выражение ужаса, застывшее на лице Сатьяки. Дэвы из прошлого, Дети Света, мчащиеся на крылатых конях, жаждущие жертвоприношений и огня, чудовища из страшных сказок, от которых мальчишки захлебывались в крике; осознание того, что они действительно существовали, наполняло его восторгом, с которым не мог сравниться ни один заговор.
– Это безумие! – наконец пробормотал Сатьяки. – Что вообще происходит?!
Кришна понял, что Сатьяки дурно. То, что он считал лишь мифом, вдруг стало реальностью. Мир изменился по сравнению с тем, каким он был еще прошлой ночью, стал таинственным местом, где крошечный драгоценный камень оказался потусторонним кораблем, где предки Сатьяки были рабами мифических чудовищ и где сами эти чудовища угрожали вернуться в будущем. Сатьяки закрыл глаза, с его губ срывалась горячая молитва.
– Дыши глубже, Сатьяки. Давай будем с ним помягче, Джамбаван. Ему хватит на сегодня.
– Я до сих пор не понял, почему я здесь, – ворчливо откликнулся Сатьяки, внезапно догадавшись, что оставались вопросы, все еще ускользавшие от его понимания.
Кришна прекрасно понимал, что Сатьяки сейчас было очень тяжело. Мальчишка почти ничего не знал об алхимии и еще меньше об учении. Дэвы были для него всего лишь историей, записанной в пыльных свитках и срывающейся с уст певцов, услышанной и забытой прямо тогда же, в детстве, ведь они были совершенно не интересны.
– Ты здесь, потому что хоть золото в Шьямантаке, возможно, закончилось, – тихо начал Кришна, – но это место все еще опасно и путешествовать сюда – слишком рискованно для меня. За мной всегда наблюдают. Мне нужен кто-то, кто станет здесь моим голосом.
– Почему это место опасно? – Буря, до этого безразличная ко всему, наконец заинтересовалась. – Корабль срет золотом, но золото закончилось. Да, здесь водятся странные призраки, но я не вижу в этом никакой опасности.
– Пошли, покажу, – вздохнул Джамбаван, волосы на его загривке опустились. – Сатьяки, ты переживешь еще один сюрприз?
– Это будет еще один друг? – кисло поинтересовался Сатьяки.
– Ты даже не представляешь, какой! – Глаза Джамбавана сверкнули злобой, которую мог различить лишь взгляд настоящего ученого.
VII
– Уверен, это богохульство! – прошептал Сатьяки Кришне, когда они вошли во внутренние помещения корабля. – Ты вторгаешься туда, чему не место в человеческом мире. Стоило бы сообщить об этом Семерым.
– О, напротив, вмешательство в то, чего мы не знаем, – это и есть сама суть человеческого бытия, – отмахнулся Кришна. – Иначе как бы мы узнали, как делать детей? – пошутил он, надеясь успокоить Сатьяки.
Сатьяки был нужен ему, чтобы тот обдумал все вопросы, которые поставил перед ним Кришна в Шьямантаке, и сделал это быстро.
– И вы, люди, уже когда-то знали это, – сказал Джамбаван. – Разве ты не слышал, как он сказал, что смертные забыли. Он был прав. По сути, мы открываем все повторно.
– В смысле? – спросила Буря.
– Представь время как реку, девочка. – Джамбаван взмахнул мохнатой ладонью, обозначая текущую воду. – Мы плывем по ней к знаниям на крошечных лодках. Многие пускаются вниз по реке лишь для того, чтобы потерпеть крушение и затеряться на берегах реки и отмелях памяти. И тогда их нужно вернуть… использовав те немногие фрагменты знаний, которые пережили разрушительное воздействие времени.
– Запасы золота истощены, стоит ли тогда беспокоиться об этом? – спросила Шторм. Всегда есть кто-то практичный.
– Золото – это самый кончик бычьего рога. Алхимия, соединение металлов, взрывчатые вещества… Как ты думаешь, как мы, матхуранцы, прославились своим оружием? Или кто придумал все эти проклятия и ревуны? А, вот мы и пришли. – Кришна указал на находящийся в центре комнаты огромный ящик.
На известняковом основании покоился тяжелый саркофаг из черного дерева и чардрева, украшенный рельефами и иероглифами. Расположенные на боках короба белые зерна кружились и скручивались в странные, сплетающиеся между собой ленты, которые завораживали взгляд, но в то же время почему-то пугали. Внутри, в голубой прозрачной жидкости, находилась ледяная скульптура, лежавшая здесь, если надпись была переведена верно, более тысячи лет.
– Мы думаем, что корабль потерпел крушение именно здесь, и этот человек – именно тот, кого дэвы называют Мучук Унд. Он – Смертный. Да, я знаю, что он слишком высок. Пусть и не великан, но он очень высок. И это вполне соответствует нашим записям, согласно которым ваши предки были намного выше и крупнее вас. Даже Рам и его айодхьянцы были намного выше вас.
– Что?! – потрясенно выдохнул Сатьяки. – Ты хочешь сказать, что человек… которого боялись забытые Богом дэвы, тот, кого они называли каннибалом, он… все еще жив? Да ну на хер! Как он вообще может находиться в пяти гребаных лигах от нашего города?
– На самом деле… – осторожно протянул Кришна.
– Что? – заранее опасаясь услышать ответ, спросил Сатьяки.
– Мы вошли в Шьямантаку через второй вход, чтобы скрыть ее местонахождение. Все это, – Кришна обвел рукою корабль и его обитателя, – находится прямо под зданием Сената.
VIII
У Сатьяки случился своего рода нервный срыв. Несколько рикшей вывели его на улицу подышать свежим воздухом. В комнате, где мирно спал во льду якобы самый опасный человек в мире, остались лишь Буря, Джамбаван и Кришна.
– Тебе нужно больше золота, – уверенно заявил Джамбаван. – И ты здесь именно поэтому.
Он прямолинеен.
– С Гильдией трудно иметь дело, и тебе прекрасно известно,
