из трех коренных американцев, работающих в пансионе, двое других были сезонными рабочими и участвовали в жизни пансиона только летом. Он был большой специалист в этнической кухне и диетическом питании и регулярно, в свободное время, участвовал в окружных кулинарных конкурсах и даже один раз ездил на телепередачу в Торонто. Едва Фрэнк увидел на столе доктора статуэтку, его пробила мелкая дрожь:
– Откуда эээто у вас?
– Хэнк нашел сегодня на пороге главного входа. Ты знаешь, что это такое?
Фрэнк прошептал что-то неразборчивое на языке, который не принадлежал белому человеку, и выбежал из кабинета. Легкий холодок проскочил по спине Билла Тула, угольки глаз статуэтки мерцали в отблесках тусклой настольной лампы. Билл поспешил закрыть статуэтку халатом обратно. Последние дни он был на пределе, – на него легла очень большая ответственность и многое зависело только от него. А он сильно зависел от многочисленного электрооборудования, которое бесполезными грудами было сложено в процедурных кабинетах и смотровой: мощностей древнего генератора едва хватало на освещение нескольких помещений и поддержание циркуляции теплоносителя в системе отопления. Стремительный возврат в каменный век сильно осложнил уход за постояльцами и нервировал обычно спокойного и рассудительного Билла. Да и вся эта возня со статуэткой и реакция Фрэнка спокойствия не прибавляли. Решив поговорить с ним завтра, на свежую голову Билл отправился немного поспать. Чтобы унять тревогу, он осушил полный до краев стакан виски и прилег прямо в кабинете на кушетку, не раздеваясь накрывшись старым одеялом. Батарея в его кабинете едва грела, окна были покрыты инеем и льдом, за окном уже второй день бушевала метель. Через шесть часов начнется его утреннее дежурство, ну а пока…
Утром Фрэнк Аената был найден повешенным у себя в комнате. Похоже он не слишком медлил после визита к доктору. Следов насилия или борьбы найдено не было, дверь была заперта изнутри и вскрыта Хэнком, после того как Фрэнк не вышел на подготовку завтрака, он всегда был одним из тех, кто первым встает в пансионе и его отсутствие было сразу замечено. Тело Фрэнка завернули в простыню и уложили в дальний угол морозильной камеры. Несмотря на отключение электричества, она еще довольно неплохо сохраняла температуру. Нужно было бы вызвать полицию, но связи с городом по-прежнему не было, поэтому и было решено пойти на процессуальное нарушение. Не оставлять же его висеть. Кое-как разобравшись с утренними делами Гарри направился к Биллу. Прошлой ночью поспать нормально не довелось, но он довел до ума пикап и это придавало ему немного уверенности. Уверенности им всем в последнее время очень не хватало.
Доктор Тул писал заключение о смерти Фрэнка Аенаты для служебного отчета и будущего полицейского расследования. Конечно, разбирательств не избежать, но возможно этот отчет поможет им всем не потерять работу. В графе причина смерти Билл написал самоубийство через повешение, но его беспокоило, то, что сподвигло всегда жизнерадостного здоровяка, никогда не жаловавшегося на невзгоды, даже после аварии, стремительно свести счеты с жизнью.
– После того как он увидел эту гребаную статую! – Войдя Гарри, сразу взял быка за рога. – Ты ведь это мне хочешь сказать. Вчера он был жизнерадостным толстяком, который жарил нам отбивные, а потом увидел это и бах – полез в петлю. Я ничего не упустил?
Билл Тул закончил писать, отложил ручку и внимательно посмотрел на Гарри.
– Он что-то бормотал. Не знаю. Что-то на своем. Я не психиатр, а терапевт, но даже тебе очевидно, что до прихода в мой кабинет он не планировал повеситься. Почему его напугала эта штука?
– Не знаю, Билл. Если бы работал интернет, я бы предложил погуглить, что это за штуковина, но связи до сих пор нет. Я, собственно, поэтому и пришел сюда. Формально ты второе лицо, и я хочу согласовать свой отъезд. Я хочу съездить за помощью.
– Гарри, это больше похоже на побег, чем на спасательную операцию…
– Много ты понимаешь! Мы со всем разобрались. Пансион функционирует, у меня нет неразрешенных проблем, кроме сходящих с ума в изоляции людей. И мне не решить этот вопрос, если я буду продолжать сидеть. У нас пропала половина постояльцев и формально действующий еще директор. У нас труп в морозилке. Нужно в конце концов привести сюда медиков и автобус для оставшихся постояльцев. Чего нам тут ждать?
– На чем ты хочешь поехать? Разве автомобили не пострадали?
– Мы починили старый пикап-снегоочиститель. На нем можно доехать до города, даже после метели.
– Понятно. Но если ты пропадешь, как Чарнсворт, мы лишимся единственного транспорта и важного человека в системе. Кто будет выполнять твои обязанности?
– Ты или может Хэнк, сами решите. Я не собираюсь прохлаждаться, возможно авария затронула весь округ и про нас никто не в курсе, а автобус, ну не знаю, может они в аварию попали. Пойми, нечего тут высиживать, надо действовать. Если у нас кто-нибудь загнется от ненадлежащего ухода, кто будет отвечать? Я, правильно. А еще ты. И если ты хочешь сесть в тюрьму, то я нет.
– Я думаю, Гарри, нам надо поговорить с Гривсом.
– С Гривсом? Он разве вышел из состояния овоща? Зачем?
– Медсестра сказала, что он пришел в себя сегодня рано утром. Он позавтракал и сейчас спит. Когда он проснется нам нужно с ним поговорить.
– Черт знает что. Что ты хочешь от него узнать?
– Я хочу узнать от него, что он знает об этой штуке – Билл кивнул на сверток. – Кто-то же подложил ее нам под дверь. Возможно, это как-то связано с этой аварией. Ты не хуже меня знаешь, что это нетипичный инцидент и разговоры про атомную бомбу среди постояльцев это не просто разговоры, Господи, Гарри, чертовы телефоны взорвались, машины горели, но как связаны эти два момента я не понимаю. Пока не понимаю.
– Пока ты будешь играть в сыщика, у нас еще кто-нибудь умрет…
– Давай примем решение, после разговора с Гривсом
Коллеги разошлись заниматься своими делами. С каждым днем тяготы аварийного быта становились все сложнее. Ночью замерз один из канализационных стоков, кончилась часть продуктов, лекарства еще были в достатке, но состояние нескольких постояльцев ухудшилось без медицинской аппаратуры, перед обедом в кухне случилось задымление – что-то попало в дымоход старой печи, на которой в отсутствии электроснабжения готовили еду. При прочистке дымохода сорвался с крыши и изрядно пострадал помощник Хэнка. Перед ужином Билл и Гарри вновь встретились на импровизированной планерке:
– Что с Джоном, Билл, ты его осматривал?
– Да, он ничего не сломал, к счастью. Просто ушибы. Полежит пару дней и все будет хорошо.
– Ну и ok еще не хватало с ним возиться.
– Ты бы предпочел пристрелить его и сложить
