сильную, мужественную женщину, княгиню Агидель?
– Конечно, Вениамин Петрович! Обещали продолжение – воскликнула Вера. Ей на самом деле было очень интересно.
– У вас есть время, моя дорогая? Итак загрузил вас информацией.
– Ну, что вы, конечно есть. Продолжайте.
– Я остановился на том, что князя выслали в дальний уголок княжества без права правления, а сама княгиня продолжала своё справедливое правление. Ей в помощь её старшим братом был оставлен военачальник Бориполк. Он помогал княгине во всём. Она даже доверяла ему воспитание своих сыновей. Бориполк с первого взгляда влюбился в Агидель, но признался ей в этом только спустя три года после её разрыва с князем. Как раз это он подарил ей ожерелье и кольцо. В знак своей любви к ней. Княгиня вышла за него замуж. Она тоже его полюбила, но тоже долгое время не могла признаться ему в своих чувствах. Они прожили интересную и счастливую жизнь вместе. Как в сказке. «Они жили долго и счастливо».
– Какая удивительная история. Что было с детьми княгини? – спросила Вера.
– У них у всех сложились замечательно судьбы. Они были счастливыми людьми. Ну что вы загрустили? Смотрите, это фото тоже сделали археологи, хотят реставрировать вот эту надгробную плиту. Агидель и Бориполк были похоронены рядом с храмом, который сами вместе с детьми и построили. Никто раньше не смог расшифровать надпись на плите. Камни со временем истёрлись.
– Что же здесь написано, это старославянский? – взяла Вера фото надгробной плиты с высеченными на ней едва различимыми надписями.
– Да, похоже. Но мне порой кажется, что это другой язык. Княгиня и Бориполк были просвещёнными людьми и могли приказать выбить на плите надпись совершенно на другом языке. Реставраторы и наши учёные работают. По-моему, что-то про счастье и любовь.
– Вы сказали реставраторы. Фреску тоже реставрируют? Мне хотелось бы посмотреть на неё после.
– Моя дорогая, Вера Ивановна – это длительный кропотливый труд – крупинка за крупинкой, миллиметр за миллиметром. Я думаю, что на следующий год, в следующий ваш приезд фреска будет готова, а может и нет.
– Откуда у вас такая информация об этой княгине?
– Из древних рукописей. Я уже вам говорил. Причём два источника и оба повествования были написаны не в сухой манере. Сами же древние рукописи были найдены не профессиональными археологами, а дилетантами. Поэтому я теперь беру больше «чайников». Они – моё везение. Да, кстати, вы ведь так до сих пор и не побывали у часовни? Я послезавтра иду туда с моими студентами. Можете к нам присоединиться.
– Ребята, а хотите два дня провести без мамы, но с хорошими людьми? Потренироваться пострелять, пометать гранаты, поскакать? Поездить на джипах? – интриговал мальчиков Сергей Николаевич.
– Да! Хотим! А что случилось, почему?
– Маме и мне надо съездить в одно интересное место. Но оно находится очень далеко и поэтому лучше туда не ходить пока с детьми, даже такими выносливыми как вы. А вы с моими бойцами позанимаетесь в летнем лагере. Потренируетесь пока нас не будет. Хорошо?
Вчера вечером после встречи с профессором Вера рассказала о предстоящем походе Сергею, который не захотел отпускать её одну.
– Давай пойду вместе с вами, пока свободен. Лишний мужчина и доктор не помешает.
– Ты не лишний – и она его обняла очень крепко.
Рано утром группа людей высадилась из микроавтобуса у самого подножия горы. Все неспешно стали разбирать груз, кто что понесёт было уже договорено заранее. Сергей должен был нести большую палатку, в которой археологи и реставраторы будут ночевать, проводя подготовительные работы. У одной Веры Ивановны не оказалось в этот раз ноши и от этого она чувствовала себя неловко. Подъём к часовне не занял много времени, так как был выбран ещё более упрощённый вариант с помощью Сергея Николаевича. Останавливались отдохнуть так же часто, как и в первый раз. Чем выше они поднимались, тем лес становился гуще, сосны выше. Дышать было тяжелее. В этот раз Сергей не отходил от Веры, внимательно наблюдая за ней, но всё было в порядке. Вера хотя и устала, но видно было, что нога её не беспокоит.
Наконец, после четырёх часов восхождения, группа прибыла к часовне. Сквозь высокие ели видны были полуразрушенные стены, кое-где поросшие мхом. Они подошли ближе. На небольшой полянке рядом с часовней было решено разбить лагерь. Все были заняты делом, сгружали оборудование, размещали фонари, разбивали палатки. Веру подстёгивало любопытство. Очень хотелось посмотреть на фреску. Фотографии это одно, интереснее самой рассмотреть.
Преодолевая робость и страх, Вера вошла в часовню. Под ногами скрипели маленькие камешки и шуршала навеянная ветром давняя сухая листва. С тёмных полуразрушенных стен на неё строго смотрели едва различимые лики Спасителя и Богородицы. На противоположной стене часовни, полускрытая какими-то вьющимися растениями, виднелась большая едва различимая фреска княжьей семьи. Пахло сыростью и лесными травами.
– Здесь сумеречно, хорошо ничего не рассмотришь. Подожди, поставим сюда фонари… – вдруг она услышала голос Сергея и почувствовала его руку на своём плече. – Ух! Напугал! – вздрогнула она от неожиданности.
– Пойдём, я тебе что-то покажу – и Сергей, взяв Веру за руку увёл её из часовни.
Они прошли несколько метров и приблизились к большой надгробной плите.
– Профессор сказал, что это предполагаемое место захоронение княгини Агидель и её мужа Бориполка.
Каменная плита была покрыта сухими листьями и ветками. Из нанесённой ветром земли росли лесные цветы и травы.
Вере стало грустно: «Сама природа охраняет и украшает эту могилу».
На плите были видны едва различимые высеченные надписи, не разобрать. «Время сделало свое дело» – как любил говорить профессор.
– Я сфотографирую, может мне удастся самому разобрать, что здесь написано, попробую – и Сергей начал очищать поверхность плиты. Вера стала ему помогать.
– Ты разбираешься в мёртвых языках?
– Есть немножко – просто ответил он. Здесь совсем не хотелось острить и шутить.
Он направил свою камеру на плиту и начал обстоятельно фотографировать. Сделав несколько кадров с разных ракурсов, Сергей стал пересматривать снимки на своей камере, насколько они удачны.
– Это что ещё такое?! – вдруг воскликнул он и жестом подозвал Веру к себе – Смотри. Что это за блики? У меня хорошая камера, засветок не может быть.
Вера вгляделась в кадры и улыбнулась. Маленькие блуждающие блики, как тогда в городище.
– Сам не догадываешься? – хитро посмотрев на него, спросила Вера.
Неожиданный, сильный порыв ветра сдул с плиты оставшуюся сухую листву. И показалась ещё надпись, которая раньше не была видна.
– Ух ты! – только и смог выговорить Сергей, и тут же направил на неё свою камеру.
У Веры вдруг ушли куда-то робость и страх, она засмеялась и сказала:
– Тебе не кажется, что нам помогают?
Сергей испытующи посмотрел на неё:
– Возможно. Ты об этой истории знаешь больше и лучше, чем я. За сумасшедшую я тебя не
