Гарри взял одну конфету, поблагодарил:
- Спасибо.
- С днем рождения, Грейнджер, - кивком головы приветствовал девочку Драко, также взяв из коробки конфету.
Увидев это, Рональд Уизли чуть не подавился. Его глаза готовы были вылезти из орбит. Он подскочил к слизеринцам и Грейнджер, вопя:
- Ты угощаешь этих скользких гадов?! Да ты… Ты знаешь, кто ты…
Неизвестно, входило ли это в планы рыжего, но он сильно размахивал руками и случайно задел коробку. Конфеты посыпались на пол.
Именно в этот момент появился Снейп. Мгновенно оценив обстановку, он распорядился:
- Мисс Грейнджер, даю вам пять минут. Приберите за собой. А остальные быстро в класс. Займите свои места.
Возможно, это Гарри и показалось, но в этот день профессор Снейп, кажется, с особым удовольствием снял с Гриффиндора баллы за плохо выученный Уизли урок. Трудно сказать, оценила ли его защиту сама Грейнджер. Весь первый урок она провела, как на автомате, с красными от слез глазами.
Еще с одним гриффиндорцем у слизеринского дуэта сложились своеобразные отношения, немного похожие на дружбу. Речь идет, конечно, о Невилле Лонгботтоме. Где-то через несколько дней после того случая на уроке полетов Гарри с Драко столкнулись с ним в библиотеке. Драко решил, что для заданного мадам Спраут эссе стоит использовать дополнительную литературу, а не только учебник. Увидев слизеринцев, Невилл, прежде чем поздороваться, нервно осмотрелся по сторонам, но никого из его сокурсников поблизости не было. Грейнджер едва не сбила их с ног у входа, девочка тащила целую стопку книг и плохо видела, кто идет ей навстречу. Остальные первокурсники львиного факультета не особо жаловали это место.
- Задание по гербологии будете делать? - спросил Лонгботтом, разглядывая название книг в руках у слизеринцев. Потом предложил, - может быть, сядем рядом?
Драко с Гарри переглянулись. Вообще-то они предпочитали заниматься у себя в студии. В библиотеке задерживались лишь ненадолго, чтобы просмотреть книги и выбрать те, с которыми будут работать дальше. Но если помощь предлагает лучший на факультете по гербологии (мадам Спраут все уши им прожужжала, рассказывая о своем любимом ученике) - грех отказаться.
- Давай, - высказался за себя и за друга Гарри.
Драко к тому времени уже приметил угол в конце читального зала. В небольшой нише параллельно друг другу стояли два небольших стола. Чтобы увидеть, кто здесь занимается, надо было дойти непосредственно до ниши. Но большинство учеников садилось поближе к столику библиотекаря мадам Пинс и, соответственно, к выходу. Так что те, кто занимался здесь, для большинства оставались незаметными. На всякий случай во время их встреч Невилл садился за столом на некотором расстоянии от слизеринцев.
В первый раз мальчики говорили, в основном, только о теме домашнего задания, то есть, о местах произрастания аконита и лучшем времени для сбора его частей. Потом на этих ставших традиционными посиделках они постепенно стали говорить на самые разные темы. Гарри и Драко помнили о том, что услышали в разговоре с Люциусом о Лонгботтоме. И хотя родители Невилла формально были живы, его судьба не сильно отличалась от той, что выпала на долю Поттера. Правда, бабушка Августа, хоть и воспитывала мальчика в строгости (он каждый раз в панике вздрагивал, когда сова приносила очередное ее послание с подробными инструкциями), все же любила внука.
Странное, слегка холодное и, одновременно, уважительное отношение к нему слизеринцев поначалу немного нервировало Невилла, но потом он привык к нему, почувствовав, что к нему относятся, как к равному себе. Как-то незаметно эти разговоры стали благотворно сказываться и на поведении Лонгботтома за пределами читального зала. Слизеринцы, коварно заранее сговорившись, даже стали, вроде бы случайно, обсуждать темы ближайших уроков Зельеварения. Они нарочито уважительно отзывались о профессионализме своего декана. И паника Невилла перед началом очередного занятия становилась не столь заметной.
Зачем они это делали? Трудно сказать… Расплачивались за помощь в гербологии? Помогали декану, которого жутко раздражало невежество робкого гриффиндорца? Сочувствовали такому же, как Гарри, парню с нелегкой судьбой? Скорее всего, все перечисленное вместе взятое.
Это были первые числа октября, когда Невилл на очередную встречу принес новость, о которой, благодаря случайности, слизеринцы знали немного больше самого Лонгботтома. Просто за два дня до этого Драко и Гарри уединились в пустом классе в том крыле школы, которое сейчас не использовалось. Двери в некоторых классах не закрывались. Кто-то из учеников использовал такие места для тайных свиданий, а Гарри с Драко здесь упражнялись в парной магии и просто разучивали полезные заклинания.
На этот раз в пыльной, запущенной комнате Малфой решил научить своего подопечного бытовым заклинаниям. Эти заклинания были невербальными, то есть, не требовалось заучивать никаких слов. Для успешной работы надо было обладать лишь силой магии да хорошим воображением, чтобы представить, как наслоения пыли отрываются от столов, пола, оконных стекол и собираются в комки. Потом эти комки еще надо было куда-то пристроить. Гарри, к примеру, представлял, что они отправляются в компостную яму, где мадам Спраут превращала сорную траву и разные ненужные обрезки в удобрения для ее обожаемых растений.
Как бы то ни было, мальчики молча упражнялись, убирая комнату, когда сквозь неплотно прикрытую дверь они услышали шаги двух людей. Когда же голоса стали слышны более отчетливо, стало ясно, что это директор и его заместитель. Они остановились неподалеку у поворота коридора, не подозревая, что их подслушивают.
- Так вы считаете, Альбус, что мы неверно поняли пророчество? Значит, это все же другой мальчик. Вы уверены?
- Вы же знаете, Минерва, что я никогда ни в чем абсолютно не уверен. Просто надо иметь в виду, что такая возможность существует.
- Поттер стал слизеринцем. И…
- Это может ничего и не значить. Провидение выбирает иногда не ожидаемые нами пути. Так что это может быть по-прежнему Гарри, но свою миссию он выполнит другим, пока не ведомым нам путем. Но, тем не менее, Минерва, присмотрите за Невиллом. Ему нужен друг, который будет его поддерживать, а при необходимости и направлять.
- Возможно, младший Уизли…
- Да, это подходящая кандидатура. Рональд немного обижен, вы мне говорили, тем, что Гарри Поттер пренебрег им. Пригласите его ко мне на беседу сегодня после занятий. А еще я бы обратил внимание на мисс Грейнджер.
- Да, она очень умная, старательная девочка.
- Она прекрасно дополнит их. Им в любом случае будет необходим свой, так сказать, аналитик. Нам надо будет только вовремя подбрасывать Невиллу и его друзьям… Впрочем, не будем об этом сейчас. Поговорим позже.
- Да, Альбус, мне надо спешить.
Так что, когда растерянный Лонгботтом сообщил им, что до этого дня совершенно равнодушный к нему Уизли вдруг воспылал интересом и предложил руку дружбы, на лице у Драко не дрогнул ни один мускул. Не имевший за плечами нескольких лет аристократического воспитания Гарри попытался в меру сил последовать примеру друга.
Мальчики сразу же после того подслушанного разговора директора и декана Гриффиндора уже обсудили ситуацию, и в данный момент Малфой следовал выработанной ими обоими линии поведения.
- Не вижу для тебя иного выхода, кроме как принять его предложение. Иначе твоя жизнь на факультете превратится в ад. Клан рыжих сживет тебя со света. Второго подряд пренебрежения своей особы Рон не потерпит. А братья, хоть и посмеиваются над ним, но при необходимости станут за него горой.
- Вы так спокойно об этом говорите! Но он постоянно поносит вас последними словами. Это любимая тема его разговоров. Особенно странно слышать, как он ругает тебя, Гарри. Говорит, что ты самозванец, не заслуженно пользующийся славой.
Слизеринцы невольно засмеялись. Им ли не знать о главной страсти рыжего. Разве что слова о самозванце Поттере - это уже было что-то новенькое. Наводило на мысли о том, в каком ключе шла беседа директора и Рона.
- Ну и, что! Придется терпеть. Только не надо его переубеждать. Скорее Дамблдор на заседании Визенгамота покажет стриптиз, чем Уизли признает превосходство над ним кого-нибудь из Малфоев.
- А если уж очень будут доставать его разговоры, - поддакнул Гарри, - можешь использовать свою знаменитую рассеянность. На самом неприятном для тебя месте его рассуждений ты в очередной раз вспомнишь, что должен был что-то сделать, но забыл, или что-то подобное. А еще - попробуй найти в нем что-то хорошее. Не состоит же твой неожиданный друг из одних недостатков. Вот и представь, что ты общаешься с тем Роном Уизли, который тебе по душе.
- Психолог, - хмыкнул Драко, кивая головой в сторону Поттера; в его голосе чувствовалась гордость за своего друга.
