107. КРЕПОСТЬ
Головы заопрокинув, снизу смотрим, не дыша,снизу — вверх, и то от страха обрывается душа:на скале, на самом пике, крепость древняя строга,угрожающе нависла над дорогами врага.Здесь, внизу, Кура струится. По ущелью гул идет.Крепость на вершине дикой никого уже не ждет.До чего стоит красиво! И сама-то как скала!Вот гадай — какая сила эти камни подняла.Да, титаны, а не люди. Удивляемся — смотри!Да, титаны, а не люди, витязи, богатыри!..А у них, титанов древних, а у тех богатырейгусто руки багровели от кровавых волдырей.Зажигала грудь чахотка, сухожилия рвались,мерли, отступали, снова поднимали камни ввысь.Кожа лопалась на спинах. Торопились, шли и шли.В ожидании набегов эту крепость возвели.Запирали всё ущелье, умирали, как орлы.Сами на врагов бросались, как снаряды, со скалы.Не хотели, чтоб томились черноокие в плену,так любилиземлю эту,землю милую одну.Этим башням на вершине — поклонись им вновь и вновь,их не сила возводила,возносила их любовь.Наши предки утвердили будущее, и тогдаДля удобства на равнинах стали ставить города.Век за веком. Неспокойны.Да и наш еще во мгле.Стороной обходят войны эту крепость на скале.Голову заопрокинув, вы глядите на нее.Эта крепость,эта крепость людям отдала свое.Крепость эта в нас с тобою так живет, как и жила,как характер, воплотилась в наши души и тела.В крепость долга, в крепость дружбы,в крепость песен и детей,в то, как землю любят люди —крепостииз крепостей.
1965108. В БАГДАДИ
Грузинский поэт Маргиани Ревазв Багдади привез меня.Такое чувство, что я не разбыл здесьв начале дня.Река Ханис-Цхали, и дом на холме,и мост,и подъем крутой.Всё близко мне и родственно мнежизненной простотой.Кузня грузинского кузнецана перекрестке дорог.Наверно, он провожал мальцав тот путь,что в века пролег.В тучах багдадские небеса,дождь льется за воротник.Но лучше об этом бы написалбагдадских небес должник.Владим Владимыч, я в небо бы влез,но слаб мой стих.Не могу…Придется вам у багдадских небесостатьсяв вечном долгу.
1965109. ДВЕ НИНЫ
Дом друга моего — он над Курой.В нем две хозяйки властвуют — две Нины.Одна мне мать —мы перед ней повинны.Другую Нину я зову сестрой.Две женщины грузинские в дому —мать и жена грузинского поэта.Поэзия!.. Да я и не про это.Я говорю о них не потому.Всё в хлопотах,в трудах своих старинных…Я не скажу, пожалуй, ничегоо ежедневном подвиге незримом,лишь женщины способны на него.Я не об этом. Одарят добромулыбок и приветствий —хорошо нам.Положено быть радостными женам,всё остальное — на себя берем.Да, на себя берем.Я не об этом, —берем, бывает, лишнее подчас.Как бескорыстно светят нашим светом!Без завистиих радости за нас.Две женщины, две Нины, здесь в дому.Мы славим сень спокойного уюта.А Нины улыбаются чему-товеликому,чему-то своему.Мы умные, оглохшие от гула,талантливые, — ходим не спеша.Нам невдомек,что силу в нас вдохнулатаинственная женская душа.И если нам задуматься придется,увидим вдруг, что звуки и слова —всё, что потом поэзией зовется, —всё в их сердцах рождается сперва.
1965110. «Падает снег, плещется…»
Падает снег, плещется,вьется у самой форточки.В белой крупе мерещатся —точки,кружочки,черточки.Падают вниз на деревца,на травы, еще шумящие,снежинки! Сперва не верится,как будто не настоящие.Теряется лето, — где ж оно?Наново всё побелено.Солнечно и заснеженно, —сразу —белои зелено.А там, за Тбилиси, вьюжитсянад эвкалиптами зяблыми.Ловят белые кружевца,развеселившись, яблони.Лежит белизна рассветная.Под снегом теплеют озими.Дышит земля, согретаявиноградными лозами.Снежинки летят неслышные.В ущелье Боржоми — замети.Бакуриани лыжныерады зиме без памяти.Хожу по горе-лестнице,впервые зимой в Грузии.Летние дни и месяцымне горизонт узили.Впервые — тепло зимнее,впервые зима южная.Небо почти синее,солнце совсем вьюжное.Эта зима та самая,как прежде, до боли близкая,конькобежная, санная,родная моя, российская.Это я сам навстречу веснеслетаю лыжнею волглой.Это я сам,будто во сне,стою над родимой Волгой.
1965111. ЦИРК
По Тбилиси ходит пара,необычная на вид.Вдоль веселого бульвараоживление царит.Вроде парочки влюбленной,вроде нет, не разберем,или воин ослепленныйс девочкой-поводырем.
Вот афиши:«Цирк в Тбилиси!»Ну, понятно,погляди —эти двое в страшной высикувыркаются, поди.Непохожие, другие.Он идет, поет слова,бицепсы его тугиераспирают рукава.Он идет походкой веской,а она совсем не то —фея в шапочке жокейской,в черном кожаном пальто.Цокот этих ножек черных,светлый блеск веселых глазжителей высокогорныхостанавливают враз.Вон заходят в магазины —мы у входа постоим.Любят зрелище грузины,улыбаются двоим.
По Тбилиси ходят двое.Не видать со стороны,что звенящей тетивоюдвое те сопряжены.Что его томит усталость,что ее уносит ввысь.Это молодость и старостьпоздно за руки взялись.Что тоска их укачалаи прощаются сердца.Что у этого началане предвидится конца.
1965112. ПРОШЛОГОДНЕЕ ПРОИСШЕСТВИЕ
