семье, кроме меня никто не работает, если поймают…
Полиш остановил его жестом.
— Не нужно, не оправдывайся. Я понимаю.
Лицо Полиша помрачнело, но Нис не чувствовал враждебности, скорее сочувствие.
— Не теряй связь. В этом месяце меня можно найти на рынке, если вдруг передумаешь. Помни об уговоре.
Нис кивнул и проводил Полиша тоскливым взглядом. Когда мужчина скрылся в одном из узких проулков, Нис направился домой, погружённый в раздумья.
У самого входа он почуял неладное. Тощая дверь, раскрытая нараспашку, безвольно колыхалась от порывов ночного ветра, на пороге стояли чужие сандалии. Нис заскочил внутрь, стараясь не терять самообладания, сунул по пути бумаги на одну из вещевых полок, небрежно прикрыв их штаниной рабочих брюк, а затем откинул полог в основную комнату и замер. Его мать лежала на узкой кушетке и тяжело дышала, над ней металась из стороны в сторону соседка со стаканом воды. Увидев Ниса, она облегчённо вздохнула и быстро запричитала:
— Матушка… Нис… я пришла, а она уже вот так. Я не знала, что делать. Магов искать негде, да и откуда у меня такие деньги. Может, компресс или… или ещё чего. Не знаю. Нис. Прости, ради Вселенной. Вот стакан. Пусть попьёт. Может, давление, а может…
Соседка резко сунула в руки Ниса стакан и посеменила к выходу.
— Пойду, поищу кого-нибудь. Может, тот лекарь, ну тот, которого ещё маги гоняли. Не знаю. Поищу. А вы ждите, скоро вернусь.
Нис сел рядом с кушеткой на кривой табурет и попытался поднести стакан к пересохшим губам матери. Всё её лицо покрывал пот, глаза она почти не открывала, только кривилась, словно от зубной боли. Рука её, сжала на груди ткань домашнего платья.
«Наверно, что-то в груди щемит», — подумал Нис, даже близко не представляя, что там может болеть. Он хотел помочь матери, облегчить её боль, но что он мог. Не зная толком анатомии, не имея нужных лекарств, он боялся сделать хуже. В одночасье беспомощность вызвала в нём сильный гнев, он швырнул в стену стакан и по-мальчишески расплакался. Горячие слёзы падали на материнскую грудь, оставляя мокрые пятна на ткани. Вдруг рука до того сжимающая халат разомкнулась и потянулась к голове сына, мягко легла на макушку и там осталась.
— Не плачь, — с придыханием, почти неслышно, произнесла мать, — зато я всё высказала… этому магу. Ты был прав, сынок, по всем пунктам прав. Я увидела, как они наши подношения транжирят… случайно так… пошла другим переулком к рынку и на тебе… а потом решила, что выскажу… за медальон… а он…
Голос пропал, ушёл куда-то в глубину. Мать ещё силилась что-то сказать, но не могла. Рука вернулась на грудь, глаза зажмурились от накатившей боли. Тем временем в коридоре послышались шаги — соседка вернулась с местным шарлатаном, что продавал коренья якобы для лечения изжоги.
Мужичок лет сорока воровато огляделся — наверно пытался удостовериться, что это не ловушка, и магов поблизости нет. Затем подошёл к пациентке, нависнув над ней всем телом. Ощупал сначала голову, затем руки и ноги, пытался заглядывать в глаза, рот и нос. Всё это было Нису неприятно, и он старательно отводил взгляд.
— Мне очень жаль, но с подобной болячкой я не помогу. Здесь нужны специальные лекарства или маг.
— А что с ней?
— Если не ошибаюсь, это сердце. Дед рассказывал о подобном. Называется инфаркт. Мой совет — ищите деньги и сразу с утра к магу. Плюньте на очередь, просто завалитесь туда, иначе долго она не протянет.
— Да к чёрту очередь! Пойду к мерзавцу домой!
Нис порылся в шкафу, выудил оттуда небольшой сундучок с накоплениями, сунул его под мышку и побежал на улицу, бросив соседке: «Посидите с ней!»
Номер дома местного мага-лекаря он помнил смутно, знал точно только сторону, в которую нужно идти. Во внешнем круге построили целый район для магов, наверно, чтобы с местной челядью им не приходилось пересекаться.
Нис увидел высокий металлический забор с охранником магом на воротах, поэтому решил обойти огороженный участок с восточной стороны и уже там перемахнуть через преграду, забравшись на здание соседнего дома. Внешнекруговцы сторонились таких районов, никто не желал связываться с магами, отчего подобной наглости со стороны Ниса даже охранник ожидать не мог.
Оказавшись в ухоженном саду за оградой, Нис присмотрелся к зияющим дырам окон, те с укором глядели прямо на него, словно не желая подсказывать, в каком именно доме живёт лекарь.
Обходя прогулочные дорожки и красивые резные лавки, Нис прошмыгнул к первой парадной двери, прячущейся за ещё одними воротами, но уже пониже. К великой удаче дома района были подписаны. Не именами, конечно, но должностями. Так уж сложилось, что во внешний круг маги не рвались, но тех, кого высылали из внутреннего круга, отправляли жить в подготовленные заранее жилища, как раз и располагающиеся в данном районе. Маги храма жили в одних домах, лекари и руководители мелких внешнекруговских предприятий — в других. Здесь же расположились семьи магов общественной безопасности, что патрулировали местные улицы. Как сказали бы на рынке не без тени сарказма — «весь цвет внешнего круга».
Нис перебегал от дома к дому, всматриваясь в золочёные таблички с элегантной гравировкой, пока не увидел на одной из них «маг-лекарь». Перескочив очередную преграду и затоптав пару цветков в палисаднике, Нис подбежал к парадной двери. Из дверной коробки свисал тонкий шнур от колокольчика, который тотчас разбудил своим звоном спящий дом мага, стоило Нису дёрнуть за него.
На втором этаже в приоткрытом окне загорелся свет, должно быть, проснулся сам маг, ведь обычно его домочадцы используют масляные лампы или свечи, пока тот трудится «на благо внешнего круга». Последовало недовольное бормотание и громкие шаги.
— Кто?! — уже возмущались за дверью.
— Мне срочно нужна ваша помощь! — закричал в ответ Нис.
Дверь резко распахнулась, и на пороге показался суровый бородатый мужик в ночном платье.
— Кто такой? — зло процедил он.
— Я из внешнего круга, и моей матери срочно нужна ваша помощь, — ненавидя себя за выбранный молящий тон, произнёс Нис.
— Всем нужна! — рявкнул мужик. — А мне ещё нужен сон! Записывайтесь завтра во внешнем круге и…
— Вы не понимаете, она умирает. Прямо сейчас, в нашем доме.
— Какое мне дело, кто у вас там умирает. Это мои законные часы отдыха. Какого чёрта вы припёрлись! И как охрану прошли? — глаза
