Вопросов было больше, чем ответов. И все они кружили в моей голове, мелькая и вспыхивая.
Сама не заметила, как задремала. Во сне я сама превратилась в рыбку и доказывала Кортелло, что меня не нужно отправлять в грибной суп, ведь из рыбы варят уху.
Проснулась я только тогда, когда тот самый старичок попросил освободить его, а то дома жена грибы ждет. Оказывается, я спала, обняв его корзину, от чего на щеке остались следы. Почему-то мне стало обидно, что Кортелло равнодушно смотрел в окно и позволил мне уснуть на чужой поклаже вместо того, чтобы подставить свое дружеское плечо.
Но обижалась я недолго, так как мы подъехали к нашей станции и пошли протискиваться к выходу. Неугомонные дети носились по вагону, сшибая все на своем пути, поэтому на перрон мы вывалились изрядно помятыми.
— Лора⁈ — услышала я знакомый голос и обернулась.
— Мама! — удивилась я.
Обняв неизвестно откуда взявшуюся на перроне родительницу, я оглянулась, ища знакомую фигуру ее мужа-генерала, чтобы поздороваться. Но, к моему удивлению, его не было. Вместо него рядом с мамой смущенно топтался мужчина с небольшой лысинкой и наметившимся животиком. Сначала я приняла его за еще одного пассажира, но он не отходил от мамы и бросал на меня любопытные взгляды.
Поклонник? Как можно статного генерала променять на это невразумительное нечто?
— Мама? — спросила я, указав взглядом на ее спутника. — Что ты здесь делаешь? В такой компании?
— Встречала давнего знакомого. Он приехал несколько минут назад. Не знала, что вы тоже куда-то путешествовали. Ездили развеяться? — мама очаровательно улыбнулась Эрнесту, невзначай дотронувшись до его руки.
Мы оба следили за этим случайным движением и ждали реакции. Мама ничего не заметила и продолжила обмен любезностями. Тогда Кортелло стянул с себя куртку, оставшись в одной рубашке с коротким рукавом.
«Хочет проверить, увидит ли мама татуировку», — поняла я.
Но мама никак не отреагировала, да и метка вела себя спокойно и даже не шевелилась. Значит, теория о том, что во мне течет ведьминская кровь, была ошибочной, и надо искать другую причину того, что я вижу эти странные знаки.
— Может, зайдем куда-нибудь? Ох, не так я планировала эту встречу, — говорила тем временем мама.
— Не будем тогда вам мешать, — сказала я, подумав, что маме хочется пообщаться со старым знакомым. Может, они генерала ждут.
— Ты не поняла, нам нужно поговорить всем вместе, — заявила родительница и потянула меня в привокзальную забегаловку, но второй раз за день травиться их ужасным напитком я была не согласна, поэтому пришлось немного пройтись и присесть в уличном кафе в парке неподалеку.
Кортелло хотел было уйти, но я так вцепилась в его руку, что он не смог от меня отделаться, не привлекая внимания.
Я понимала, что происходит что-то необычное, неправильное, а потому не хотела оставаться одна. А с Эрнестом нас связывала общая тайна, поэтому он казался мне надежной поддержкой.
Мы быстро заказали по чашке чая и в неловком молчании стали дожидаться заказа. Мужчина мялся, мама теребила салфетку.
— Что-то не так? — не выдержала я.
— Все так. Помнишь, я говорила, что отправила открытки твоему отцу и бабушке? — начала мама сбивчивое объяснение, когда официант принес заказ.
Я кивнула и взяла чашку. Чай был определенно лучшим решением, чем растворимый кофе.
— Ну вот Артур и приехал посмотреть на тебя, — продолжила объяснять родительница. На лице ее блуждала какая-то шальная улыбка.
— Кто? — я поперхнулась чаем, второй раз за день услышав это имя.
Бывают же совпадения!
— Артур Хоррингтон, твой отец! — радостно воскликнула мама, указав на смущенного мужчину.
А у меня чай разве что из ушей не пошел.
— Ну здравствуй, дочка, — пробубнил новообретенный папаша скорее своим коленкам, чем мне.
Был он весь какой-то нерешительный и нелепый. И что моя яркая и активная мама могла найти в таком типе?
— Э-э-э… угу, — пробормотала я, старательно вытирая капли чая.
О чем говорить с этим совершенно незнакомым мужчиной, который когда-то давно поучаствовал в моем рождении, я не знала.
— Жаль, бабушка приехать не смогла, — пробормотал Артур Аркадьевич мечтательно. — Увидела бы тебя.
— Ой, об этом не беспокойтесь, — отмахнулась я беспечно, — с бабулей я сегодня только разговаривала. Не думаю, что в ближайшее время захочется повторить.
Оба родителя смотрели на меня во все глаза. Папаша удивленно, а мама с ужасом.
— Лорочка, но ведь бабушки уже нет с нами, — растерялась мама.
Наверное, подумала, что я умом тронулась. Ага, от радости.
— Все в порядке, я про Аглаю, — поспешила успокоить я мать, — мы как раз из Айшерроса возвращались, когда вас встретили. Я еще удивилась, почему мне там все таким знакомым показалось, а в доме этой женщины у меня было ощущение, что все вокруг было каким-то маленьким. Просто это я выросла.
— А зачем вы туда ездили? — спохватилась мать. — Неужели старая ведьма позвала тебя в гости после моего письма?
— Аглая Хоррингтон — ведьма? — подал голос Кортелло, который все это время пребывал в шоке от того, как быстро я обрастала родственниками. Живыми и не очень.
— Мама не ведьма, она обычный человек, — насупился папаша.
— Ну по характеру она — сущий дьявол, — заявила мама, — и, между прочим, она все время какие-то ведьминские черты пыталась в Лорочке разглядеть. А когда ничего не нашла, то заявила, что я изменила мужу!
— Лорочка очень похожа на мою маму в молодости, такая же красавица, — улыбнулся папаша, — тут и тестов никаких не нужно.
Несмотря на то, что я всю сознательную жизнь мечтала встретить отца, сегодня мне его внимание казалось совершенно лишним. Сидит какой-то неприятный мужичок, а мне ему улыбаться надо.
— А ваша мама оказалась очень необразованной женщиной, — снова подал голос Эрнест, обращаясь к Артуру, — иначе бы она знала, что магические способности не передаются через поколение в полном объеме. Кровь слишком сильно разбавлена. Поэтому магические способности у Лоры и не проявлялись.
— Попрошу не высказываться о моей матери. Она — святая женщина! — воскликнул папаша, прицепившись к одной единственной фразе из всей речи Эрнеста, аж весь покраснел от злости. — Да и с чего бы ей ожидать каких-то способностей у моей дочери. Чушь это!
— Может, потому, что мой дед был магом? — спросила я. — Вот она и ждала, что кровь пробудится.
— А когда не дождалась, то вышвырнула нас с дочерью на улицу? — вспыхнула мама, оборачиваясь к отцу. — Что-то я не припомню за тобой каких-то особых талантов. Даже смелости отстоять свою семью не было!
Отец и мать смотрели друг на друга со злостью. Было видно, что эти двое не успели высказать друг другу свои обиды и все эти годы хранили их в сердцах.
— Не переживай, мам, это у них семейное. И это единственное, что по наследству передалось от отца к сыну. Оба ищут себе местечко потеплее, — сказала я, поднимаясь — пойдем уже отсюда. Чем больше я общаюсь с родственниками, тем меньше мне хочется.
— Не надо нас с отцом сравнивать, — буркнул папаша обиженно, — он ведь бросил нас с мамой!
— А разве ты не так поступил? — поинтересовалась я у родителя номер два, к которому у меня не было никаких теплых чувств. — В этом вы с ним очень похожи. Но с ним, хотя бы, разговаривать приятнее.
Я поднялась, намереваясь закончить этот странный разговор. Аркадия надо было найти, кем бы он мне ни приходился. Хотя ощущать себя внучкой рыбки было как-то необычно.
— Ты виделась с ним? — подпрыгнул со своего места папаша. — Что он сказал? Он тебе передал что-то?
Его глазки-пуговки блеснули нехорошим светом. В два прыжка он обогнул стол и протянул руку, чтобы схватить меня.
Я инстинктивно отпрыгнула, спрятавшись за спину Кортелло. Почему-то мне совсем не хотелось, чтобы этот неприятный мужчина касался меня. Эрнест инстинктивно выставил руку вперед прикрывая меня, и крючковатые пальцы папаши поймали лишь запястье дракона. То самое.
