— Молодой человек, — начал он, — я вижу, что тебе нужен мудрый советчик. Помнится, накануне ты говорил что-то о корабле, о каком-то фрегате, кажется. Я еще тогда ответил тебе — да только ты уже обо всем позабыл, — что у меня есть план использовать этот твой корабль для зарабатывания денег.
Калеб сделал хозяину знак рукой, чтобы тот подошел и рассчитал его. Юношу явно не интересовали планы, которые собирался предложить ему этот хоть и пожилой, но очень сомнительный джентльмен.
— Выслушай меня, — настаивал лорд Фаррингтон. — Не так давно я кое-что слышал о корабле, вставшем на якорь в Марселе, во Франции. Так вот, — продолжал Обри, понизив голос и перейдя почти на шепот, — то был не столько корабль, сколько игорный дом на воде. Французы осуждали эту затею, но все же самые богатые и знаменитые люди из общества частенько туда захаживали. Владелец судна неплохо заработал на этом деле, — добавил лорд, подмигнув Калебу. — Теперь о том, в чем, собственно, заключается мое предложение. В настоящий момент я располагаю очень незначительным капиталом. Скажу тебе всю правду. Хозяйка, у которой мне приходилось снимать квартиру — до чего же подлая женщина, черт ее подери! — на днях буквально выкинула меня на улицу, не оставив ничего, кроме той одежды, что на мне, и моей верной трости. Я прожил жизнь, полагаясь лишь на собственную сообразительность и щедрость друзей… Короче, если бы мы попытались собрать вместе достаточно денег, чтобы купить все необходимое оснащение и соответствующим образом подготовить твой корабль, придав ему атмосферу игорного дома, то мы обязательно бы преуспели. У меня есть титул, между прочим законный, и еще я знаю, кто есть кто. Я могу предложить тебе свой богатый жизненный опыт и вкус к изящному. Все это обеспечит успех предприятию. Ну, что ты думаешь?
Поскольку Калеб не потрудился ответить на вопрос сразу, Обри решил подбросить еще одну приманку:
— Известно, что женщины высокого происхождения и с хорошими манерами частенько наведываются в такого рода заведения. Они не только тратят там свои денежки, но бывает, что оказывают услуги иного рода. Для здорового молодого человека вроде тебя лучшего дела, по-моему, не найти. Эта Салли хороша для какого-нибудь неотесанного мужлана, но не для нас с тобой! Понимаешь?
Калеб глубоко задумался. Это и в самом деле неплохая идея. Он получит возможность присматривать за своим отцом и Сиреной, которая должна рано или поздно объявиться в Англии. Не важно даже, когда именно. Узнав, где находится Риган, она уже не сможет себя сдерживать.
— Но как мы будем делить доход? — с хитрым прищуром осведомился Калеб.
Лорд Фаррингтон решил действовать смело и, надеясь на лучшее, выпалил:
— Пополам! Идет?
— Корабль мой, деньги мои. Кроме того, тебе не нужно будет платить за квартиру… Нет, пятьдесят процентов меня не удовлетворят.
Обри судорожно сглотнул. Он явно недооценил этого молоденького провинциала.
— Хорошо, — сказал старик, делая вид, что весьма неохотно готов уступить. — Мне — четверть, тебе — семьдесят пять.
Калеб покачал головой.
— Ты собираешься у меня жить и кормиться, причем и то и другое совершенно бесплатно? К тому же, ведь ты заядлый игрок, не правда ли?.. Думаю, десяти процентов для тебя будет более чем достаточно. Так что как хочешь: либо да, либо нет!
— Я соглашаюсь! — сказал лорд Фаррингтон, и лицо его расплылось в улыбке.
«Этому юному пройдохе следовало бы знать, — подумал он про себя, — что я с радостью согласился бы даже на два процента!»
ГЛАВА 12
На втором этаже весьма скромного здания на Лайм-стрит, выложенного из серого камня, ван дер Рис готовился к предстоящему вечеру. Движения его были неторопливы и плавны. Но только не мысли — те бились в голове, словно пойманные в силок птицы. Днем Ригану нанес визит сэр Стефан Лэнгдом и сказал, что причиной, по которой у Синклеров сегодня устраивается прием, является желание баронессы Хелен представить лондонскому обществу некую леди из Испании, совсем недавно приехавшую со своей родины.
Сильной загорелой рукой Риган провел по груди. Почему, ну почему всякий раз, когда он думал о Сирене, у него так странно ныло сердце, словно грудь сжимали гигантские тиски?.. Нет, с ним определенно происходило что-то неладное. Ему не нравилось это чувство, но, увы, он был не властен избавиться от него.
Вскоре после встречи с Сиреной ван дер Рис попросил руки Камиллы Лэнгдом, и его предложение было с благодарностью принято. Теперь, после помолвки, именно к ней, Камилле, следовало бы обращать все помыслы, а не к Сирене!
Усилием воли Риган попытался вызвать в воображении образ нежной и хрупкой Камиллы. Он должен был крепко зажмуриться, чтобы перед его мысленным взором появилось лицо. Когда же Риган вгляделся в черты этого лица, то узнал… изумрудно-зеленые глаза и черные локоны Сирены! Она улыбалась ему, и меж ее пухлых чувственных губ сияли два ряда жемчужно-белых зубов. На коже цвета слоновой кости угадывался слабый смуглый румянец.
— Сука! — грубо заорал Риган в пустой комнате.
Господи, даже здесь, в Англии, она умудрилась разыскать его и теперь лжет, упрашивает, издевается, угрожает… Неужели ему не суждено уже больше вкусить мира? Будет ли она охотиться за ним до конца его дней? И — Боже милосердный! — что эта стерва может натворить, если вдруг доберется до бедной, ни о чем не подозревающей Камиллы, которая привыкла вести спокойную, не отравляемую излишне сильными страстями жизнь!
Действительно ли она приехала сюда, чтобы повидаться с ним, как сама говорила, или по каким-то другим, скрытым мотивам?
— Теперь она получит акции моей компании! — взорвался Риган, глядя на свое отражение в зеркале. — Она будет следить за тем, чтобы я работал семь дней в неделю, а после растрачивать свою половину дохода на дорогие платья, мебель и прочую чепуху. Нет, должен же где-то быть выход!..
Однако уже в следующую минуту Риган с горечью признал, что решение будет принимать Сирена. Если дела его компании будут идти так же, как до заключения сделки с сеньоритой Кордес, все дело к концу года окажется в ее руках.
— Черт бы меня побрал! — загремел Риган на всю комнату.
Внезапно его осенила более приятная мысль: Сирена не сможет прикоснуться к богатству Камиллы! Так что нужно быть предельно осторожным и тщательно следить за тем, чтобы ни пенни из денег Лэнгдома не было вложено в дело вывоза-ввоза, которым он занимался. Если только ему случится допустить ошибку, Сирена завладеет также и этими капиталами! Да, только время сможет дать окончательный ответ на всё вопросы. Но все-таки попутно нужно составить план, как перехитрить сеньориту Кордес. Разве он не сделал шаг в этом направлении, предложив руку и сердце Камилле?
