— А сейчас свободны? — к нам снова подошла высокая девчонка.
Да она глаз с нас не сводит! А стоит посмотреть на неё в ответ, как тут же отводит взгляд и начинает непоседливо вертеться на месте.
— У меня факультатив, простите, — ответил я.
— У меня тоже, — ответил пепельный друг.
Бедняжка снова расстроилась. Как и Ли, кстати. Я его весь день задрачивал с поимкой буянящих учеников, так что сходить в столовку с аристократками у него так и не вышло.
А он очень… ОЧЕНЬ хотел.
— «И снова нет. Бедняжка»
— «Я не сдамся. Напишу в Моменте»
— «Косте-то? У меня для тебя плохие новости…»
Мы с Момотаро покинули класс и встали в коридоре.
— Тогда после урока? — спросил он.
— После урока, — кивнул я.
Друг ушёл на факультатив алхимии, а вот мне нужно было срочно кое с кем встретиться. Очень повезло, что есть Джордж, который сливает местоположение любого нужного ученика.
София. Я поймал её в компании подружек прямо перед входной дверью.
Она заметила меня издалека, закатила глаза и, встав у стены, отправила девчонок без неё. Те по началу не хотели уходить, но как увидели меня, сразу всё поняли и слиняли.
Наверняка в их глазах я парень, идущий к своей обиженной девушке. Такому не мешают.
— Ну надо же, вспомнил про моё существование, — хмыкнула модель.
Она сложила руки на груди, опёрлась спиной о стену и подняла на меня голову.
«Э?»
— Что-то не так? — я задрал бровь и подошёл к ней поближе, чтобы нас никто не услышал.
— У кого? У тебя? У тебя всё отлично, как я посмотрю. А вот у меня весь день сплошные объяснения и тупые слухи!
— Не понима…
Она достала телефон, нервно разблокировала, открыла группу нашей школы в соцсетях и показала размещённую там фотку — меня, выходящего из Катиного кабинета, и дату.
— Э-э-э… и чо? — я всё ещё не понимал.
— А то, что ты в гражданской одежде пришёл навестить Романову под вечер, хотя школа вообще была закрыта. Вот что!
— И-и-и?..
— Что «и»? — она хотела возмущаться, но не понимала что делать, — Некоторые думают, что у меня с тобой роман. И они же теперь считают, что ты его сразу с двумя крутишь! Со мной и этой… Романовой.
— Соф… я ведь её прямой подчинённый. У меня работа такая.
София фыркнула и отвернулась. Да всё она прекрасно понимает, не тупая.
— Ты что, просто ревнуешь, да?
— Я просто беспокоюсь о своей репутации. С тобой она становится… очень специфичной.
«Хм… а если?..»
— То есть, если бы все думали, что я встречаюсь только с тобой, ты бы не возмущалась? — я перешёл на шепот и подошёл ещё ближе.
— Было бы лучше, чем сейчас.
— Ах, даже так, — я не смог сдержать хищную улыбку.
— Да, так, — София подняла на меня голову.
И снова мы в этом положении. Снова я прижимаю её к стене, снова она задирает голову и смотрит то мне в глаза, то на губы.
Она ведь меня провоцирует. Хочет, чтобы всё это повторялось и специально встаёт так, чтобы для поцелуя мне нужно лишь опустить голову. У неё получается! Ведь сейчас это так легко! Просто чуть наклониться!
Я вижу и понимаю, что она снова хочет это повторить. Специально доводит меня и ждёт, когда я начну что-то делать с беззащитной жертвой!
Но…
«Тц. Да что за убогое общество».
Нельзя. Ради нашего общего блага — нельзя. Не здесь и не сейчас.
Не с моим плебейским положением.
— Ну, слухи быстро пройдут, — я потеребил её по голове и улыбнулся, — Сегодня планов не строй — я заеду для тренировки. И завтра. И вообще старайся время освобождать.
София вздохнула, беззвучно цыкнула и с недовольством оттолкнулась от стены.
— Не от меня зависит, — она буркнула и вышла на улицу.
Я решил её проводить. На всякий.
Машина с водителем ждала за воротами. Пока мы шли, кто-то орал со стороны второй стоянки.
— «ДА КАК Я ЗАТРАХАЛСЯ С ЭТОЙ ШКОЛОЙ! КТО ПИЗДИТ МОИ МОТОЦИКЛЫ, ССУКА?!»
«Блин, воры, что ли, завелись?..»
Мы с Софой шли молча под взглядом пары зевак. И впрямь — выглядит, будто я провожаю свою девушку, и у нас небольшая ссора.
— Помни, я заеду, — сказал я напоследок.
— Да-да, — красотка села в машину и закрыла дверь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Там как раз выезжал другой ученик, так что Софии пришлось задержаться на месте.
"Эта дура что, не пристёгивается?.."
Я выхватил телефон и быстро отправил смс. Она прочитала, состроила морду, всё-таки нацепила ремень и, перед тем как уехать, показала мне язык.
Я улыбнулся. Забавная.
Блин, что Катя, что Софа — все такие прикольные. Даже хрен знает кого выбрать.
Но знаете… мне почему-то кажется, что всё в итоге выйдет самым неожиданным образом. Есть такое наитие.
Ладно, хрен с ним. Сейчас о другом надо думать. Про другое наитие и предчувствие переживать.
Сейчас — факультатив призыва.
И сейчас — правда, что беспокоит меня уже несколько дней. Чертовски, сука, неприятная правда.
Я пришёл на большую дуэльную арену. Людей было немного: десять человек и Катя. И среди всех них я заметил…
Твою мать, Антона, Венцеслава и Вику. Охеренный микс-коктейль-комбо-джуниор за двести, спасибо. Я и так переживаю, что там за обожатель у сестры появился, а здесь ещё и главный имбецил школы.
Это Громов написывает сестре? Он не даёт ей ни минуты отдыха вне школы?! Или…
Нет, это не Громов.
Это Венцеслав — тот, что с первого дня на Вику глаз положил.
Я пришёл последним, поэтому меня никто не заметил. А вот я всех видел.
И видел, как два хмыря ни на секунду на отлипают от моей сестры. И если Антон стоял за компанию, то Венц ни на секунду, ни на грёбаное мгновение, от Вики не отставал. Я видел по её лицу, что она не знает куда деваться. Не знает куда идти.
Не знает где скрыться от этого поехавшего. И вёл он себя именно как поехавший. Будто роль Вики — быть его украшением, которое он пока не заполучил.
Для него Вика не более, чем простая симпатичная вещь.
«Выблядок…», — я сжал кулаки, а по спине пошла дрожь от вспыхнувшей ненависти.
Вика смогла вырваться лишь когда меня все заметили. Она сказала, что пойдёт поговорить с братом, и парни её оставили.
Парни… разрешили ей побыть одной.
Разрешили, сука…
Моей сестре нужно отпрашиваться, чтобы побыть одной!
__
Прогресс пробуждения Гордыни…
73 %
__
У меня задёргалась половина лица. На секунду. Будто судорога. Но это быстро прошло.
— Костя?! Что ты тут делаешь? Разве тебе не запретили…
— Вика, скажи честно…, - процедил я, глядя на Громова и Преображенского, — У тебя ведь проблемы, да?
Глава 16
— А? — она чуть понурилась, — Да нет… нет никаких…
— Хватит лгать, — я перевёл взгляд на Вику.
Она едва не пискнула и, чуть сжавшись, опустила голову. Она что… снова меня испугалась?
— Не сказала бы…, - пробормотала она, — Мне ничего плохого не делают. Антон, после того случая, вообще впервые со мной заговорил. А Венцеслав… ну… он от меня не отходит. Я не знаю, что про него думать. Он всегда помогает, если я туплю с уроками, всегда освобождает место в столовке, из-за него ко мне перестали приставать другие парни. Но…
— Но?
— Он мной одержим. Он ни на шаг не отстаёт. Когда я в школе — он всегда рядом. Всегда. Вообще…, - прошептала сестра, — Меня это… пугает. Я не знаю, что про него думать. Он правда не сделал ничего плохого, но его одержимость… она очень странная, Кость. Даже после того, как я раза три отказала ему в свидании, он ни капли не изменился. Ещё больше стал преследовать. Не знаю, что тебе сказать. Правда. Пока не знаю.
Я вздохнул.
Твою мать, и ведь действительно. За школой он её не преследует, на дом ничего не шлёт, в самой школе помогает и охраняет. Он не делает ничего совсем ужасного, кроме, разве что, отвлекающих смс, на которые можно и не отвечать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но даже так, все прекрасно понимают для чего это. И Вика, и я, и остальные. Вопрос лишь в том, перейдёт это за допустимую грань или нет.
