его сразу. Этот человек был одним из приближенных к моему мужу. Даже дома у нас иногда бывал. А еще я помню, как он знакомил меня с брачным договором, примерно за месяц до нашей с Русланом свадьбы. Уточнял, все ли меня устраивает. Честно говоря, мне было все равно. Я подписала не глядя. Потому что выходила замуж за Руслана, а не за его состояние. И даже не знала, что мне полагается при разводе. А надо было вникать во все, а не витать в облаках.
Строгий непроницаемый взгляд Альберта прошелся по узенькому коридору и остановились на пошарпаной двери в комнатку, которую я намеренно закрыла, чтобы скрыть беспорядок. Даже на то, чтобы сложить диван, меня не хватило.
— Пройдемте на кухню, — сухо пригласила я, и прошла в крохотное помещение первой.
Адвокат бесшумно шел следом, вызывая у меня странные ассоциации. Будто я арестант, и меня ведут на скамью подсудимых…
— Я вас слушаю, — вздохнула устало и приземлилась на стул, потирая лоб.
Мне было плевать, как я выгляжу. Что на голове у меня неряшливо скрученный пучок волос, который я сделала пока умывалась, а под глазами черные круги.
— Арина Дмитриевна, я буду представлять интересы вашего мужа в бракоразводном процессе. Вам нужно ознакомиться с уведомлением и подписать его. А далее мы обговорим все нюансы брачного договора, касающиеся развода.
Свою роспись я ставила предательски дрожащими руками. Старалась максимально напрячь пальцы, чтобы не выдать этого, а затем спрятала их под стол, уставившись перед собой.
«Он женится на мне, как только разведется с тобой!»
Ждать безутешной вдовушке осталось недолго. Сколько все длится? Месяц?
«Как только я решу эту проблему, ты снова станешь свободной», — пронеслось воспоминание разговора с Русланом.
О боже… Так вот каков был истинный смысл! А я себе вообразила, что муж меня уберечь пытается. С губ сорвался странный звук — не то всхлип, не то горький смешок.
— Кхм, — Альберт поднял на меня взгляд и деловито начал: — Арина Дмитриевна, как вам должно быть известно, ваш с Русланом Александровичем брачный договор был заключен в режиме раздельной собственности. Это означает, что все имущество, принадлежащее вашему мужу, остается за ним, ваше — за вами.
Иронично скривила губы. Логично. С чем пришла с тем и ушла. Это как в сказке о золотой рыбке. Начала с разбитого корыта, им и закончила. Только заканчивают так не только сварливые жадные бабы, но и наивные влюбленные дуры в розовых очках.
— Что, даже выходного пособия не будет? — уточнила с издевкой.
— Нет, — Альберт и бровью не повел, ответив серьезно, и протянул мне какие-то бумаги. — Здесь полный перечень всех видов имущества, на который распространяется договор.
Я даже не взглянула, поэтому адвокат принялся разъяснять мне положение вещей сам:
— За вами закреплено два банковских счета. Один из них накопительный, что пополнялся ежемесячно напрямую из компании — предусмотренный договором процент от дивидендов вашего мужа. Второй — дебетовый, его Руслан Александрович пополнял уже по своему усмотрению, в зависимости от ваших ежемесячных расходов.
Я чуть ли не простонала в голос. Черт, как же паршиво все это звучит! Я словно не замуж выходила, а на работу устраивалась. Сумму дебетового счета я примерно знала, карточками же пользовалась, остатки и пополнения видела. А вот что там на накопительном — ума не приложу. Пока переваривала информацию, Альберт продолжал перечислять положенное мне богатство. На меня был оформлен автомобиль, который Руслан приобрел сразу, как только я получила права. Но, собственно, это я и так знала. Так же мне принадлежали все подарки мужа, драгоценности и прочая мишура, которая оставалась в квартире на момент ухода. Только это тянуло на целое состояние.
Оказывается, мое корыто не такое уж и дырявое, как мне показалось, после первых слов юриста.
— Недвижимость за вами не числится, — закончил он, пронзая меня цепким взглядом.
— Сколько на моих счетах денег? — уточнила негромко, словно спрашивала о чем-то преступном.
— Вы можете уточнить всю информацию в банке.
Я нахмурилась.
— Я могу ими пользоваться сейчас? На любые нужды?
— Разумеется. Это ваши счета.
— Но Руслан забрал у меня карты… И не вернул… — Я невольно вспомнила нашу последнюю с мужем встречу и скандал, что разразился по ее итогу. — А теперь я общаюсь с вами и подписываю документы на развод…
— Хм, закажите новые, — он не стал комментировать действия своего клиента.
Я стихла. В голове заскрежетали извилины. Мне нужно узнать, сколько у меня денег. Ведь если мне перечислялся процент с доходов мужа, сумма должна быть не маленькая. Я смогу нанять хорошего адвоката. Снять жилье или… возможно даже купить. Если потребуется, продам машину! И почему я не забрала из квартиры свои драгоценности? Почему не включила вовремя голову?
— Арина Дмитриевна, если вопросов и возражений по имуществу нет, я предлагаю перейти к более спорной и, несомненно, нелегкой для вас обоих теме — соглашение о детях при разводе…
— Я не отдам сыновей! — моментально ощетинилась я, перебивая речь адвоката.
— Сначала выслушайте условия, пожалуйста, — настойчиво порекомендовал тот.
— Вы издеваетесь? Я уже больше недели не вижу своих детей! Какие тут могут быть условия?!
— Наберитесь терпения, Арина Дмитриевна. Мы составим соглашение, в котором будут учитываться обе родительские стороны, и постараемся максимально урегулировать ваши разногласия.
— Главное условие для меня — дети должны жить со мной.
— Где?
— Вы только что сказали, что у меня есть деньги. Я смогу обеспечить себя жильем. Господи, только моя машина стоит как половина квартиры! Пусть Руслан заберет все, что мне полагается! Но оставит детей со мной. Это все, что мне действительно нужно.
— Это не возможно, — отвечает адвокат как-то обреченно. — На проживание с детьми претендует Руслан Александрович — это его главное условие. И я настоятельно советую вам не усложнять ситуацию.
— Я не согласна, несмотря на ваши настоятельные советы, — высказалась нервно. — Я найму адвоката, проконсультируюсь, и вернусь к этому вопросу уже с ним.
Альберт заметно изменился в лице. Вежливая маска внезапно испарилась, и передо мной предстал суровый волкодав, готовый к нападению.
— Арина Дмитриевна, вам известно, что на Алексея Гришина заведено уголовное дело по факту мошенничества? — его голос звучал спокойно, но меня моментально окутало холодным покрывалом паники.
— Что? — переспросила одними губами.
— В данный момент он скрывается от следствия. Посмотрим, надолго ли, — адвокат задумчиво потер подбородок и впился на меня острым, как лезвие взглядом. — Перейдем к сути — вам не хуже меня известно, почему я заговорил об этом. Сейчас, некоторые материалы этого дела надежно прикрыты вашим мужем и лично мной. Но
