убирая пузырек в аптечку.
— Я вызвала врача, — добавила свекровь, не оборачиваясь.
Я зажмурилась, проклиная все на свете. Нельзя мне показываться их врачу ни в коем случае!
— Это лишнее, — я закопошилась, пытаясь подняться. — Уже поздно, мне лучше уехать.
В комнате мы были одни, но я не думаю, что свекровь смогла сама уложить меня на кровать. Наверняка просила кого-то из людей Руслана, а это значит, что и до него может дойти известие о моем обмороке. Если уже не дошло…
— Я тебя в таком состоянии за руль не пущу, — строго отрезала свекровь. — Останешься здесь с детьми, отдохнешь нормально. И доктор тебя все-таки осмотрит.
— Со мной все в порядке! — твердо заявила я.
Ольга Владимировна вздохнула, качая головой с таким видом, будто разговаривала с пятилетней капризной девочкой.
— Ты чего добиваешься, Арина? — Она обернулась, полоснув по мне строгим, в точности как у Руслана взглядом. — Выкидыша?
Я отпрянула, почувствовав, что не дышу от страха. Только этого не хватало!
— Не понимаю, о чем вы…
Какое-то время между нами висело напряженное молчание. Я наблюдала, как аптечка — железный белый чемоданчик — старательно утрамбовывается и закрывается на поворотный крестообразный замочек.
— Я не рассказывала тебе, Арина, почему у Руслана и Марии такая большая разница в возрасте? Все таки мой младший сын старше моей дочери на четырнадцать лет, — продолжила свекровь, проигнорировав мои слова. — За эти годы у меня была одна замершая беременность и два выкидыша. Последний случился уже на позднем сроке — отслойка плаценты, внутреннее кровоизлияние, ребенка спасти не удалось. Тогда меня-то чудом спасли! — она покачала головой, поморщившись. Взгляд смотрел куда-то перед собой, в нем мелькала боль. — Уже двадцать четыре года прошло, а я это помню, словно вчера пережила. Когда теряешь ребенка — это очень больно. Будь он еще в утробе матери, или уже проживший тридцать семь лет. У меня тогда была сильная депрессия, а Саша так испугался, что стал категорически против очередных попыток обзавестись третьим ребенком. Но я сдаваться не хотела. Желание родить девочку пересилило страх. Я проходила обследования, искала причину своих неудач, лечилась. В итоге через три года после произошедшего, я тайком от мужа бросила пить противозачаточные, а еще через год наконец-то родила долгожданную девочку. Саша узнал о моей беременности только когда по сроку пошел пятый месяц, тогда растущий живот уже было невозможно списать на то, что я поправилась. Мужчины они же такие, пока носом не уткнутся, ничего не замечают. Я просто боялась, что муж будет настаивать на аборте, и не даст мне возможность хотя бы попробовать родить. Ох, как он тогда разозлился! Ругался, говорил, что доверять мне больше никогда в жизни не будет. Он очень сильно боялся меня потерять. А когда понял, что ничего уже не исправить, так насел на моего врача, который наблюдал беременность, что бедняга чуть ли не на руках меня носил! Потому что головой отвечал за мое состояние. Саша ведь такой же, как Руслан — вспыльчивый и упертый. Не замечала? Тем не менее, сейчас нашей дочери уже двадцать лет, муж в ней души не чает, а меня, каждый ее день рождения, балует подарками, благодарит и просит прощения за все, что мне наговорил. Так что, ты не думай, Ариша, что только в вашем с Русланом браке бывают проблемы. У нас с твоим свекром всякое бывало! Но все же, в следующем году исполнится сорок лет, как мы вместе.
Взгляд Ольги Владимировны просветлел, а на губах зародилась мягкая улыбка. Брак родителей Руслана всегда казался мне примером для подражания. Впрочем, как и вся их дружная семья, по крайней мере до тех пор, пока Руслан и Камилла не запачкали ее своей грязью.
— Так что, моя милая, давай мы сейчас отбросим это показное недоумение с твоего лица и поговорим открыто. За свой жизненный опыт я вижу беременных невооруженным глазом. Ты ведь не забыла, кто отправил тебя к врачу, когда ты забеременела Сашенькой?
Я вздохнула. Да, свекровь раньше врача заверила меня, что во мне зародился второй ребенок. Хотя сама я долго ничего не понимала. Цикл еще не восстановился после первых родов и токсикоза не было, а эта женщина, едва взглянув, как я ем дольки яблок, макая их в сметану, заявила, что нас ждет пополнение. И оказалась права.
— Полагаю, Руслан не в курсе, — подытожила она, пока я продолжала упрямо отмалчиваться.
— И не должен быть в курсе, — наконец заговорила я.
— Аборт решила сделать? — услышала резкий вопрос.
— Нет, конечно!
— Тогда почему молчишь? Ты ведь знаешь, как Руслан любит своих детей. Это ведь шанс ваш, глупенькая…
— Да потому что нет у нас шансов! Не нужны мне никакие шансы! Это мой ребенок! Только мой! А ваш сын и его у меня отберет! — выкрикнула с отчаянием. — Но я не отдам! Я умру, но не отдам!
Ольга Владимировна отвернулась, тяжело вздыхая. Встряхнула руками, словно пыталась перебороть боль, и снова подошла к кровати, села рядом, накрывая мою руку своей ладонью.
— Если ты продолжишь в том же духе, сама его лишишься, — сказала она надломленным голосом.
Я отчаянно закусила губу и зажмурилась.
— Если вы ему скажете, мне придется уехать из города.
— А ты думаешь, что у моего сына глаза на затылке? Что он тебя не увидит, когда ты к детям приезжать будешь?
— Я что-нибудь придумаю! Только… только не говорите ему, умоляю вас.
Глаза свекрови увлажнились, она всхлипнула и приложила руку к груди.
— Да что же ты просишь, Ариша! Вы меня в могилу сведете!
— Ольга Владимировна. Ваш сын вынуждает меня подписать соглашение о детях. То есть еще до суда собственноручно подписать согласие, чтобы они жили с ним! У меня нет ни единого шанса, понимаете?
Она молчала, поджав губы. Хмурилась, обдумывая мои слова, а я в этот момент даже пошевелиться боялась. Внезапно, повисшую тишину развеял звон ее телефона. Мы обе вздрогнули от неожиданности, и свекровь закопошилась, прикладывая телефон к уху.
— Да, Руслан, — произнесла она, как только ответила, а у меня сердце ухнуло вниз.
Это конец, сейчас она все ему расскажет!
Глава 22
Руслан
— Почему именно эта клиника? — недовольно прошипела Камилла, остановившись у входа в здание с современной облицовкой.
— Потому что я ее выбрал, — ответил невозмутимо, открывая перед ней дверь.
— Я думала, что мы поедем к моему врачу, и ты уточнишь все интересующие тебя вопросы! Мы могли бы вместе сделать УЗИ!
Я вздохнул, закатывая глаза, пытаясь побороть раздражение.
— Не думай,
