с каким-то маниакальным упрямством таскал ее с собой на гастроли, требовал, чтобы она находилась за кулисами во время концертов, она их ненавидела! Даже самая прекрасная музыка, если ее слушать по принуждению семь дней в неделю, вызовет отвращение у любого меломана. А еще Володя вечно ныл по поводу здоровья.
Мама Леру осуждала, отец не одобрял, и оба считали, что она не стоит такого мужа. Пожили бы они с ним сами.
Раздался переливчатый звонок телефона, и Лера автоматически ответила на вызов.
– Лера? Детка, что же ты не звонишь? В семье такое горе, а мы узнаем о гибели нашего дорогого родственника из телевизора. Как-то нехорошо, неловко. – Услышав этот слащавый, глубокий голос, Лера едва не отбросила от себя трубку, но сумела преодолеть первый порыв.
– Извини, пребываю в глубоком шоке, ничего не соображаю, врачи «Скорой помощи» накачали успокоительными, чтобы не покончила с собой в приступе отчаяния, – холодно отчеканила Лера.
– Молодец, старушка. Так и продолжай, – одобрил Олег уже обычным тоном. – Ну что, ты его на тот свет отправила?
– Вообще-то я подозреваю тебя. О чем и сообщила полиции, – ядовито ответила Лера.
Как она его не выносила, почти до дрожи, причем с первых дней знакомства, когда еще и повода не было. Просто на клеточном уровне не выносила.
Как только она ни старалась настроить мужа против Олега, ничего не выходило, точнее, надолго Лериных убеждений не хватало, Олег всегда возвращался в их дом на правах своего человека. Он был двоюродным братом мужа, другом детства, после смерти отца самым близким человеком Володи. Мать Владимира умерла еще раньше. Вот и остались тетя с дядей и Олег. Сволочь циничная.
– Ха, ха, ха. Вижу, чувство юмора тебя не оставило. Нам надо встретиться поговорить насчет похорон, и вообще.
– Незачем, похоронами занимается Вадим, твоя помощь не требуется.
– Вадим чужой человек, а похороны дело семейное, – проникновенно заявил Олег.
– Вадим его продюсер и лучший друг. Мы справимся, – упорно отбивалась Лера.
– Хорошо, но все же я приеду поддержать по-родственному. Семья должна быть вместе перед лицом таких испытаний.
– Меня нет дома и неизвестно, когда буду, – отрезала Лера, собираясь бросить трубку.
– Лера, тебе придется со мною встретиться, рано или поздно. Не будем затягивать и играть в прятки, – строго сказал он нормальным тоном.
– Не сегодня, – отрезала Лера и повесила трубку, а потом предупредила прислугу, что ее дома нет, и не велела никому открывать.
А может, и правда уехать куда-нибудь? Снять какой-нибудь коттедж за городом, чтобы никто не знал, где она? Но сперва, пожалуй, стоит отправить родителей с Машей подальше из страны. Незачем ребенку похороны отца видеть. Машка хоть и не очень к нему привязана, но такой стресс маленькому ребенку ни к чему.
Но заняться своими делами ей не удалось, снова отвлек телефонный звонок.
– Лера, это Вадим. Объясни мне, в чем дело? – Голос продюсера звучал раздраженно-требовательно. – Ты что, поручила Олегу заниматься похоронами? Я сразу тебе заявляю, мне помощники не нужны, я сам разберусь, что делать, и некролог, и пресса, и венки. Мне казалось, мы все с тобой согласовали?
– Разумеется. Делай все, как договорились. Олега я ни о чем не просила и, если честно, вообще предпочла бы его не видеть и не слышать, – давая волю чувствам, проговорила Лера.
– Вот оно что. Ладно, принято. Ах да, – сбавляя тон, проговорил Вадим, – а Володя завещание составлял или он о таких вещах не задумывался и все пойдет по закону?
– Нет. Насколько мне известно. Он никогда эту тему вообще не поднимал, – насторожилась мгновенно Лера. – Помереть он грозился каждый день, но завещание… А почему ты спросил, ты что-то знаешь?
– Да нет. Ничего я не знаю, просто эта хамская манера Олега… Не бери в голову.
Но Лера взяла.
Володи не было на свете меньше суток, никакого облегчения от этого она пока ощутить не смогла, а вот забот заметно прибавилось.
Интересно, можно выяснить, составлял покойный завещание или нет? Мог он провернуть это так, чтобы она ничего не узнала и даже Вадим был не в курсе? Скорее всего, мог, с помощью Олега.
Придется с ним все же встретиться.
– Сволочь, – горячо прошептала Лера. – Мерзкая сволочь!
– Валерия Александровна, там вас какой-то мужчина спрашивает, – заглянула в комнату Галина, их с Володей домработница.
– Какой? Из полиции?
– Нет, говорит, по личному. Я ему, правда, сказала, что вас нет, как вы велели, а он настаивает.
– Они теперь все будут настаивать. Наверняка журналист какой-то. Не пускай. И вообще, меня нет ни для кого, кроме Вадима и родителей. Ах да, еще ведь Алла с Иваном. Ты не знаешь, им кто-нибудь позвонил?
– Я полиции про них не говорила.
– Хорошо, иди.
Алла была первой женой Володи, Иван его старший сын. Отношения с Аллой у Леры по понятным причинам были скверные, но деваться некуда. Надо позвонить. Но лучше сразу Ивану.
– Иван? Это Лера… Уже слышал?.. Пока неизвестно. Похоронами занимается Вадим, мы все вам сообщим. Да… Конечно, вы можете приехать.
«И пересчитать добро», – добавила Лера про себя, заканчивая разговор.
Ну, тут уж никуда не денешься, Иван законный наследник, придется делиться. К счастью, Володя его хорошо устроил, он не нищенствует, работает в городской администрации, делает успешную карьеру, так что скандалы и склоки ему не нужны, есть шанс договориться полюбовно.
Городская квартира Овечкиных находилась в современном элитном жилом комплексе с охраняемой территорией, подземным паркингом, консьержем и прочими радостями, так что установить время прибытия вдовы на квартиру Никите труда не составило. Да и видеокамеры подтвердили. В одиннадцать вдовушка была уже на месте и в этот вечер квартиры не покидала. Алиби, чтоб его.
Впрочем, Никита никогда не страдал излишним оптимизмом, и эта информация его не сильно расстроила. Везение – дело нечастое, так что придется работать, долго и кропотливо, в таких громких делах ошибки недопустимы. Пресса заклюет, да и начальство не спустит.
В общем, он решил обстоятельно побеседовать с продюсером покойного, самым близким после жены человеком.
– Нет, нет. Я же сказал, никого не пускать, с прессой я договорился на пять, – буквально на бегу отмахивался от секретарши господин Штрудель.
– Вадим Аркадьевич, это из полиции!
– Что? Из полиции? – притормозил продюсер и заинтересованно взглянул на Никиту. – А, ну тогда, конечно, конечно, прошу, разумеется. Я просто не разобрался, – заулыбался он любезно Никите и, пригласительно кивнув, мелко и шустро засеменил в конец коридора. – Прошу, присаживайтесь.
Кабинет был просторным, элегантно обставленным. Стены украшали портреты Владимира Овечкина, самого Штруделя, их совместные фото, а также их фото с различными знаменитостями, вплоть до английской королевы. Впечатляло.
Сам Вадим Аркадьевич был невелик ростом, приятно округл и буквально
