в глаза, сказал мне Антон. – Я никогда не обижу Марину. Я ее это… люблю, понимаешь?
– Понимаю, – улыбнулась я. – Очень даже понимаю. Ты прав. Она у нас настоящая.
Глава одиннадцатая
В субботу у нас все-таки намечался девичник. Это была мамина идея, так как все приглашенные мною парни не могли явиться на день рождения по понятным причинам. Сашка уехал, Антон лежал в больнице, а с Колькой после злосчастного возмездия я даже не созванивалась. Хотя брат прислал мне сообщение на телефон со стандартным поздравлением: «Счастья тебе, Инна, здоровья, любви».
Из приглашенных – мама, Маринка, с которой мы, слава богу, окончательно примирились, старая знакомая Оля из музыкалки и мамина подруга Катя. Катя – миловидная женщина с короткой стрижкой, путешественница и авантюристка. Сколько себя помню, Катя всегда вела активный образ жизни, в последние годы очень молодилась и просила называть ее только на «ты». Никаких «тетя Катя», – это приравнивалось к оскорблению. Компания, разумеется, получилась жиденькая, а отмечать свое совершеннолетие с маминой подругой – не предел мечтаний каждой девушки. Но, как говорится, чем богаты…
В выходной мы встали с мамой с утра пораньше, чтобы замариновать мясо. В честь такого события нам с Маринкой даже разрешили пропустить занятия в школе. На дачу мы решили добираться не на электричке, а на Катиной машине.
– Обожаю вылазки на природу, – мечтательно сказала мама, щедро заправляя специями мясо. – В старших классах мы постоянно ходили в походы. Треск вечернего костра, гитара, романтика…
– Комары, – встряла я.
– А ты знаешь, что наш первый поцелуй с твоим отцом произошел как раз в походе, в палатке?
– Ой, – пискнула я. – Давай без подробностей?
– А сегодняшнее наше мероприятие? – продолжала мама. – Чем не поход?
– Ну, мы даже не на электричке едем, а на Катиной машине, – резонно заметила я. – Какой же это поход?
– Катя обещала гитару захватить…
Я вздохнула. Сидеть весь вечер под Катины романсы – это уже просто крышесносная вечеринка выходит.
– Не празднование совершеннолетия, а грушинский фестиваль. Может, мы с Сашей зря дачу драили? Можно на участке палатку поставить, – предложила я.
– Палатку не палатку, а шашлычок на веранде поесть – милое дело, – довольно сказала мама. Из-за постоянной работы у нее редко выдавались полноценные выходные, поэтому наша поездка так воодушевляла.
– Был бы еще июль, а не ноябрь, – грустно заметила я. – Придется в доме печь топить…
В Катиной машине, новом аккуратном паркетнике, мы ехали под хиты 90-х. Катя весело подпевала, мама просила подругу не лихачить, все-таки «детей везем». Мы втроем с девчонками расположились на заднем сиденье, молча подпрыгивая на каждой яме. Дорога до дачи была ужасной. Время от времени Маринка произносила одну и ту же фразу:
– О, а эту песню знаю! Родители слушали.
А затем они с Катей начинали старательно петь припев, безбожно путая слова. Катя пела плохо, а Маринка еще хуже. Нет, у меня тоже сильного голоса не наблюдается, но я хотя бы не мучаю других своим вокалом. Оля вообще сидела тихая и бледная. Кажется, ее жутко укачало в дороге. Или нескладное пение песен группы «Руки вверх!» довело ее до такого отчаянного состояния.
Доехав до дачи, мама первым делом бросилась в дом растапливать печь. Мы же потоптались на нашем голом участке, который сейчас выглядел почему-то еще более удручающе, чем в прошлый раз, когда мы были тут с Сашей.
– Какой воздух! – выдохнула Катя. – Дышите полной грудью, девчонки. И тишина… умиротворяющая тишина.
Я покосилась на дом, откуда в этот момент раздался грохот старого дырявого цинкового ведра, о которое, видимо, запнулась мама. Стоит там у нас одно такое в сенях. Маринка в это время послушно «дышала полной грудью». Да дышала так активно, будто мы находились не в ста километрах от города, а где-нибудь в Альпах.
Вскоре мама вышла на крыльцо и пригласила всех в дом.
– Конечно, жарить шашлыки – это не женское дело, – сказала Катя, доставая продукты из пакета и накрывая стол. – Инна, где твой парень-то?
– А у нее нет парня, – не дала мне ответить мама. – Она сидит целыми днями за компьютером, откуда ему взяться-то?
– Наташа, – вздохнула Катя. – Сейчас молодежь чаще всего и начинает свое общение в интернете. Прошли те времена, когда парень и девушка знакомились на танцплощадках.
– А как же ночные клубы? – встряла Марина, нарезая салат.
– Нет, клубы – это не то, – поморщилась Катя.
– Ох, девочки. – Довольная мама подошла к нам с Катей сзади и обняла за плечи. – Хорошо как! Выбрались на свежий воздух, ведем беседы о мальчиках… Настоящий девичник!
– Может, еще переоденемся в пижамы и устроим бои подушками? – предложила я.
Оля прыснула от смеха, а мама обратилась к Кате:
– Нет, ну ты видишь, какая она у нас? Невыносимый циник! И ведь в кого?
– В папашу, конечно, – улыбаясь, ответила мамина подруга.
Мясо мы пожарили с горем пополам. Видимо, это и вправду дело неженское. Главной по шашлыку вызвалась Маринка, но подруга только и делала, что командовала: «Розжиг неси! Нож неси! Тарелку неси!»
– А ты чего сразу-то все не принесла? – прибежав к ней в третий раз, поинтересовалась я.
– Так, не отвлекай! Вот тут помаши! Видишь, как разгорелось? Воды неси!
Пожарив мясо, мы, продрогшие до костей, зашли в дом. Несмотря на поздний час, на улице было пасмурно, в комнате пришлось зажечь свет. От этого в доме стало уютней. Я вновь вспомнила любимый август на нашей даче. Когда днем после того, как приедешь с речки, сидишь с включенным светом в ожидании летней грозы.
– Девчонки, ну а у вас что? Тоже нет парней? Не поверю! Такие красавицы, – вновь завелась Катя. Что за мания разговаривать о противоположном поле на этих дурацких девичниках… Других тем для разговора, что ли, нет?
– Я встречаюсь с мальчиком! – гордо заявила Маринка.
– А почему с собой его не позвала? Вряд ли Инна была бы против, – удивилась Оля.
– Он сейчас в больнице, – немного помедлив, ответила Марина.
– Что с ним? – испуганно спросила мама.
Я, покраснев, уронила вилку из рук и полезла под стол.
– Ключицу сломал.
– Как же! – охнула Катя. – Бедный мальчик…
Слава богу, никто не стал уточнять, при каких обстоятельствах Кораблев попал в больницу.
– Ну, а как вы познакомились? – не отставала Катя.
– Он перешел в наш класс в сентябре, из другой школы, – с готовностью ответила Маринка. – Антон – замечательный! Очень внимательный, и с ним точно не соскучишься.
«Точно не соскучишься!» – подумала я, вспомнив, как одноклассник запер меня в мужском туалете.
Я в
