уж эти беременные женщины… — выдавил Эрион. — Я сейчас чуть-чуть помогу, но, Филипп, мой тебе совет, зови целителя. И готовься, что тебя ждут несколько месяцев истерик, перемен настроения, странных желаний и боги знают чего еще. У меня сестра дважды стала матерью. Я все это лично наблюдал.
Мужчины что-то еще говорили, а я стояла и… плакала. И пофиг, что нос распухнет. И неважно, что я босиком и голая под рубашкой мужа, которая на мне болтается. И плевать, что Снежка сейчас написает в углу.
Ой, нет! На это не плевать. Пришлось отвлечься от печали и сообщить об этом хозяину комнаты. А еще мне снова померещилось, что я вижу за окном женское лицо, заглянувшее сквозь метель, которая и тут укрывала земли снегами.
Наталья Морозова
Зеркальная дверь перестала служить порталом в другой мир, заблюрилось и исчезло изображение подруги, мелкой приблудной кошки, классического такого киношного эльфа, с длинными ушами и волосами. И Ленкиного мужа, хозяина того жилища и виновника всего произошедшего. Высокий, очень красивый мужчина, породистый такой, как принято выражаться. Яркие, чуть ли не оранжевые глаза, огненно-рыжие волосы и такие же полыхающие крылья. Причем полыхающие как сочными красками, так и настоящим пламенем.
И вот эти горящие настоящим огнем крылья бережно укрывали хрупкую стройную блондинку. Лена удивительным образом совсем не набрала веса, несмотря на беременность. Наташа и сама не знала, с чего вдруг сразу абсолютно точно поняла, что подруга таки залетела от своего сказочного героя в сказочном мире.
Ничто ведь не намекало и не предвещало, а она только увидела вошедшую в кафе Лену, так и обомлела. Ну очевидно же, вот же оно, все понятно. На самом-то деле нет, не очевидно и не понятно, просто интуиция сработала. Слишком много лет они дружили, слишком хорошо она знала повадки своих девчонок.
То, как пламя с крыльев феникса перетекло на Лену, вызывало восторг и ужас. А та ничего и не замечала, явно не в первый раз случалось, и дискомфорта не причиняло. Но смотреть на это было… нервно.
И вот в зеркале осталось только изображение ее самой, полураздетой темной шатенки с лицом слегка очумелым и придурковатым. А потом вдруг ноги ослабли, колени подломились, и Наташа осела на пол, таращась в зеркало и пытаясь осознать произошедшее.
Лена, ее Ленка, с которой они дружат уже бог знает сколько лет, пятнадцать, что ли, если не больше, ушла через зеркало в другой мир. И Варя с Иришкой. В этот момент вдруг пришло четкое осознание: да, девчонки тоже повыскакивали замуж ни в какие не в новые зеландии, южные африки и латинские америки.
На четвереньках добралась до дивана, не имея сил встать. Трясущейся рукой достала телефон и набрала номер:
— Теть Надя, простите, что так поздно. Это Наташа Моро́зова. У меня очень важный и срочный вопрос. Варька ведь вышла замуж за реального и настоящего темного властелина? Который маг, управляет темной магией и живет в другом мире? И Варя перенеслась к нему? Наверное, через зеркальный портал? И да, я знаю, что это возможно.
На том конце провода повисло напряженное молчание.
— Теть Надь, очень надо. Скажите правду, пожалуйста. Потому что Лена Огнева только что перенеслась к своему мужу, крылатому фениксу. Вместе с кошкой. И я в шоке.
Мама Варвары кашлянула, помычала и ответила:
— Да. Все так.
— Офигеть! Ну Варька! Дождалась-таки своего темного властелина. Ну у них же все хорошо? Она как-то связывалась с вами?
— Да, у них все очень хорошо. Сашенька прекрасный молодой человек… нечеловек. И они очень любят друг друга.
— Ну и слава богам, — выдохнула Наташа. — Спасибо, теть Надь. Мне нужно было знать.
— Наташа, у тебя все хорошо? Ты в порядке?
— Да. Только я осталась последняя из нашей компании. Девчонки разлетелись по мирам.
— Ты приезжай в гости, Наташ. Выпьем чаю, поговорим. Я скучаю по вашим посиделкам.
Попрощавшись с мамой Варвары, Наташа набралась мужества и позвонила маме Иришки. Разговор повторился почти идентичный. Только с некоторой поправкой на детали.
— Теть То́ня, это Наташа. Простите, что поздно. Скажите, Ира вышла замуж за рогатого мужчину? И рога у него по-настоящему, не фигурально? И он хороший мужик, опекал Иришку и полюбил Полинку? Да? И отправились они к нему жить не в другую страну, а в другой мир? Причем, уверена, через зеркальный портал.
— Наташа… — оторопела Антонина Васильевна. — А ты откуда… В смысле, как ты… А ты тоже?
— А я нет. Но девчонки — да. Только что перенеслась к мужу Лена. И муж ее — крылатый феникс. — У Наташи вырвался истерический смешок. — А Варя нашла все же себе темного властелина. И уверена, у нее там монстры в этой темной империи на цыпочках строем ходят.
— Приезжай в гости, Наташ, — вздохнула собеседница. — Кери́н очень достойный мужчина. Серьезный и ответственный. И Полечку опекает, как родной отец и не думал никогда.
Еще несколько минут Наташа продолжала сидеть на полу, поджав ноги. Потом встала, пошла на кухню и после долгих поисков отыскала в шкафу давно забытую бутылку кокосового ликера, который хранился только и исключительно для десертов и выпечки. Ленке все равно уже не нужно.
Еще некоторое время она стояла с рюмкой ликера у окна и смотрела в ночь, на закручивающиеся вихрями снежинки, на поземку, на высокие наметенные сугробы. На душе было светло и радостно за подруг. Грустно за себя, оставшуюся в одиночестве.
Потом Наталья отсалютовала рюмкой своему отражению в окне и проговорила вслух:
— Я тоже хочу встретить своего волшебного мужчину, испытать волшебное чувство волшебной любви. И чтобы как у девчонок: будто созданы друг для друга, тютелька в тютельку. И если так надо, я готова отправиться в другой мир к мужу.
Ее оконный двойник усмехнулся, покачал головой, посмеиваясь над собой и своими желаниями, отпил сладкого ликера.
А потом вдруг снежные вихри сложились в женскую фигуру, одетую в длинное манто и ледяную корону. Словно Снежная королева с картинки в детской книжке. Женщина повернулась, махнула рукой, осмотрелась. На мгновение Наташе показалось, что это дивное создание увидело ее и они встретились взглядом. Но это, конечно же, просто иллюзия. А потом снеговик, которого во дворе успели слепить дети, шевельнулся. А, нет, тоже показалось.
Наташа замерла, боясь дышать, уже не понимая, ей все мерещится или же она видит волшебство.
Но вот женщина из снегов и льдинок вдруг шагнула в сторону яркого полыхнувшего прямо в небе языка пламени и исчезла.
— О-бал-деть… —
