вздохнула.
— Ты можешь, — страдальчески попросила у Найджела, — можешь… эм-м…
Найджел вопросительно приподнял белоснежную бровь.
— Могу что?
— Сейчас, секунду, — попросила, делая глубокий вдох, — пытаюсь заставить себя это спросить.
Найджел заинтересованно наклонился вперед.
— Говори, Рейчел.
Я кашлянула, прочищая горло.
— Ты можешь снять человеческую маску? — выпалила я на одном дыхании, стараясь не думать о том, как звучит моя просьба. — Всего на минуту! — добавила поспешно. — Пожалуйста.
Лицо Найджела буквально окаменело. И сам он весь окаменел. Даже дышать перестал. Просто замер без движений и несколько мгновений неподвижно смотрел на меня без эмоций и слов. Я шумно сглотнула. Стало немного страшно. Все же он демон, и какие в его голове крутятся шестеренки непонятно, и до чего они могут докрутиться — тоже. И я уже решила, что пора все свести к невинной шутке, как Найджел отмер — и его губы дрогнули, разъезжаясь в широкой ухмылке.
— Ты это серьезно? — спросил он вкрадчивым шепотом и, не дождавшись ответа, во весь голос засмеялся.
Его удивлению не было предела, как и моей растерянности. И только Альтер остался предельно спокоен.
— Да, мы серьезно! — за меня ответил он, складывая руки на груди. — Показывай свои рога, дьяволюга. Или что там у тебя?
— Только на минуту! — уточнила я, оторопев от столь неожиданной реакции Найджела. — И я не заставляю. Не хочешь — не надо.
Я сотни раз лицезрела демонов без личины, так что не видела в своей просьбе ничего сверх особенного. Для них человеческую кожу скинуть, как для меня пальто снять и повесить его на вешалку в шкаф, то есть сущий пустяк.
— Я просто хочу убедить Альтера, что демоны существуют, — сочла нужным пояснить, пока Найджел не нафантазировал себе лишнего, — а то он считает меня сумасшедшей, а это раздражает, ведь мы постоянно находимся рядом. Оскорблений мне и в детстве хватило. Больше не хочу слышать, что у меня с башкой не все в порядке. Меня это коробит.
— Немного поехавшей, — встрял Альтер, — а не прям вот сумасшедшей. Не переиначивай мои слова!
Найджел успокоился, вдоволь насмеявшись. Для него это крайне несвойственно — проявлять хоть какие-то настоящие эмоции. Что его так развеселило? Он плавно поднялся на ноги и с грацией хищника шагнул ко мне. Я с места не сдвинулась, хотя почему-то появилось ярое желание дать деру, такое же необъяснимое, как и веселье Найджела.
— Твой призрак не верит в демонов? — Найджел с таинственной улыбкой поднял руку и коснулся упавшей на мое лицо пряди волос.
Я затаила дыхание.
Было в его жесте что-то… двусмысленное. А в голосе что-то настораживающее. А в глазах почему-то вспыхнул нехороший блеск — голодный и вожделеющий. И вожделел он определенно меня.
Я отступила от Найджела, вынуждая его отпустить прядь. Он отпустил, спокойно завел руки за спину, но улыбаться не перестал.
— Призраки — это все те же люди, — сообщила ему. — Умирая, они не лишаются своих принципов и убеждений. Если при жизни человек свято верил, что Земля плоская, то и после смерти продолжит в это верить, пока не убедится в обратном. А Альтер, судя по всему, был суровым скептиком и реалистом. Смерть его не изменила.
— Да, — подтвердил Альтер, — все так.
Найджел подумал немного над моими словами, усмехнулся, снял байкерскую куртку и вручил ее мне со словами:
— В таком случае придется тебе подержать мою одежду. Положить ее некуда, везде слишком грязно.
Вот ведь чистюля!
— Ладно, — я опасливо согласилась, беря куртку с шипами на плечах и с изображением невинного ангела на спине, — подержу. Не проблема.
— Так, минуточку! — встрял Альтер. — Я демона заказывал, а не мужской стриптиз. Мне кажется, вы все перепутали.
Я повернулась к Альтеру.
— Демоны снимают одежду перед полным обращением, если не хотят ее порвать.
Найджел проследил за моим взглядом, посмотрел на то место, где стоял Альтер, и усмехнулся еще шире. Не знаю, что именно, но что-то его дико веселило во всей этой ситуации.
— А-а-а, ну тогда ладно, — протянул Альтер недоверчиво, — пусть продолжает.
Найджел стянул через голову майку и передал ее мне, затем снял дорогие часы и браслеты, потом скинул на пол сапоги, посмотрел мне в глаза и демонстративно расстегнул ремень на кожаных брюках. При этом он чувствовал себя абсолютно расслабленно. Его не смущало, что на него смотрят. Наоборот — происходящее начало ужасно смущать меня. Что-то было не так… но я не понимала, что конкретно. А еще Найджел специально делал все очень медленно, словно с наслаждением издевался над моей психикой.
Я не выдержала:
— Ты можешь немного ускориться?
— Если только ты мне поможешь, — поставил Найджел шуточный ультиматум.
Надеюсь, что шуточный.
— Предлагаешь штаны с тебя снять? — я содрогнулась от подобной перспективы.
— Не откажусь.
И снова шутка?
— А я откажусь, спасибо! — тут же открестилась. — Лучше еще немного подожду. Не спеши.
Найджел снова рассмеялся, но все же стянул штаны вниз, высвобождая мощные ноги, забитые татуировками, затем взялся за черные боксеры и… я тут же отвела взгляд в сторону.
— Ни хрена себе у него размерчик! — удивился Альтер, который даже и не думал отводить взгляд. Извращенец, он и есть извращенец. — Ты только глянь! Настоящее полено между ног. И как он только с таким ходит?
— Не хочу я глядеть ни на какое полено! — прошептала тихо, чувствуя, как предательски краснеют щеки.
Я повернулась обратно к Найджелу, только когда услышала жуткий хруст ломаемых костей в его теле. К этому хрусту невозможно привыкнуть. Сильные демоны, вроде Найджела, не испытывают боли при обращении (по крайней мере, они сами так говорят), но в их теле ломается каждая кость, растягиваются и трансформируются все суставы и мышцы, череп деформируется, мозг изменяет форму, мягкая человеческая кожа растворяется, позволяя «медвежьей» прочной шкуре окутать стальные мышцы. У некоторых демонов шкура обрастает шерстью, у кого-то остается гладкой, а у других покрывается шипами или чешуей. Все происходит очень быстро. Секунд десять — и перед тобой уже стоит кровожадное чудовище вместо человека. К счастью, разум демонов неизменен. Они не теряют рассудок, когда снимают человеческую личину, разве что их чувства и инстинкты сильно обостряются. Однако безумными демонов делают две вещи — похоть и ярость. А моя кровь заставляет их терять над собой контроль, что в несколько раз хуже похоти и ярости, вместе взятых.
Альтер улыбаться перестал, как только захрустели кости.
— Да ладно?.. — Он остолбенел, видя, как вытягиваются ноги Найджела, как его кожа меняет цвет, как усмехающиеся губы становятся звериной пастью, полной клыков, как разрывается грудная клетка, становясь в два раза шире, и как
