– Я в порядке, – сказала она, надувая губки в своей излюбленной манере.
– В чем дело?
Она попыталась удержать равновесие на высоких каблуках.
– Мы можем… где-нибудь уединиться? Может, в лесу? Поговорить?
Шон пожал плечами.
– Ладно.
Ура!
Ханна повела Шона по тропинке в Лес Возмужания. Деревья отбрасывали на них длинные темные тени. Ханна была здесь лишь однажды, еще в седьмом классе, когда ее подруги устроили тайное свидание с Ноэлем Каном и Джеймсом Фридом. Эли была с Ноэлем, Спенсер – с Джеймсом, а Ханна, Эмили и Ария сидели на бревнах, курили и уныло ожидали возвращения подруг из леса. Сегодня, мысленно поклялась она, все будет по-другому.
Она нашла островок примятой травы и уселась, увлекая Шона за собой.
– Тебе весело? – Она передала ему свой коктейль.
– Да, круто. – Шон сделал маленький глоток. – А тебе?
Ханна колебалась. Его кожа поблескивала в лунном свете. На вороте футболки виднелось пятнышко засохшей грязи.
– Думаю, да.
Ну, хватит с разговорами. Ханна взяла из рук Шона стакан и, притянув к себе его сексуальную квадратную челюсть, впилась в него поцелуем. Вот оно. Немного раздражало, что мир вращался с бешеной скоростью, и во рту Шона она ощущала лишь вкус своего коктейля, но даже это ее не останавливало.
После минуты поцелуя она почувствовала, что Шон отстраняется. Может, стоило слегка повысить ставки? Она задрала подол своего ярко-синего платья, обнажая ноги и крошечные кружевные стринги цвета лаванды от «Козабелла». В лесу было довольно прохладно. Комар тотчас приземлился на ее бедро.
– Ханна, – нежно произнес Шон и протянул руку, чтобы вернуть подол на место, – это не…
Но он опоздал – Ханна уже сорвала платье через голову. Взгляд Шона вобрал в себя все ее тело. Удивительно, но это был только второй раз, когда он видел ее в нижнем белье – если не считать недели, которую они провели у его родителей в Авалоне на побережье Джерси, где она щеголяла в бикини. Но то было совсем другое.
– Ты ведь не хочешь, чтобы я остановилась? – Она снова потянулась к нему, надеясь, что выглядит достаточно соблазнительно, хотя и в кое-какой одежде.
– Да. – Шон перехватил ее руку. – Хочу.
Ханна завернулась в платье как смогла. Ее, наверное, уже в кровь искусали комары. Губы ее задрожали.
– Но… я не понимаю. Разве ты не любишь меня? – Слова показались куцыми, а голос жалким.
Шон долго тянул с ответом. Ханна расслышала смешки другой пары, которая облюбовала местечко неподалеку.
– Я не знаю, – наконец ответил он.
– Господи, – сказала Ханна, отшатнувшись от него. Водка с лимонадом плескались у нее в животе. – Ты что, гей? – В ее голосе прозвучало больше злости, чем ей бы хотелось.
– Нет! – Шон как будто обиделся.
– Тогда что? Я недостаточно сексуальна?
– Да нет, что ты! – воскликнул Шон, потрясенный. Он задумался на мгновение. – Ты одна из самых красивых девушек, кого я знаю, Ханна. Почему ты в этом сомневаешься?
– О чем ты? – с отвращением произнесла Ханна.
– Я просто… – начал Шон. – Я просто думаю, что, возможно, если бы ты относилась к себе с бо́льшим уважением…
– У меня достаточно самоуважения! – крикнула Ханна. Она отодвинулась, и сосновая шишка впилась ей в попку.
Шон встал. Он выглядел каким-то поникшим и грустным.
– Посмотри на себя. – Он окинул ее взглядом с ног до головы. – Я просто пытаюсь помочь тебе, Ханна, – ты мне небезразлична.
Ханна почувствовала, как слезы собираются в уголках ее глаз, и попыталась сдержать их. Она не станет плакать перед ним.
– Я уважаю себя, – повторила она. – Я просто хотела… показать тебе, что я чувствую.
– Я всего лишь пытаюсь быть разборчивым в сексе. – Это прозвучало не слишком мягко, но и не зло. Скорее… отстраненно. – Я хочу, чтобы это произошло в правильное время и с той единственной, кого я выберу. И не похоже, что это будешь ты. – Шон вздохнул и сделал шаг в сторону. – Извини. – Он скрылся за деревьями и исчез из виду.
От злости и стыда Ханна не могла произнести ни звука. Она попыталась встать, чтобы последовать за Шоном, но каблук снова застрял в траве, и она упала. Она раскинула руки и уставилась на звезды, а потом крепко зажмурилась, чтобы сдержать подкатившие слезы.
– Кажется, ее сейчас стошнит.
Ханна открыла один глаз и увидела двух сопляков, скорее всего, прорвавшихся на вечеринку без приглашения, которые склонились над ней, разглядывая, словно девчонку, которую нарисовали на своих компьютерах.
– Отвалите, извращенцы, – сказала она, медленно поднимаясь с земли. Ей было видно, как на лужайке Шон гоняется за Мейсоном Байерсом, размахивая желтым крокетным молотком. Ханна шмыгнула носом и поплелась обратно через лес, возвращаясь на вечеринку. Интересно, хоть кому-нибудь было до нее дело? Она вспомнила о письме, которое получила вчера. Даже для папы ты не самая любимая!
Ханна вдруг пожалела о том, что не знает телефона отца, и мысленно перенеслась в тот день, когда вместе с Эли встретилась с ним, Изабель и Кейт.
Несмотря на февраль, погода в Аннаполисе стояла на удивление теплая, и Ханна, Эли и Кейт сидели на крыльце, пытаясь поймать загар. Эли и Кейт обсуждали свои любимые оттенки лака для ногтей от «МАК», но Ханна не могла поддержать разговор. Она чувствовала себя толстой и неуклюжей. От нее не ускользнуло выражение лица Кейт, когда они с Эли сошли с поезда. В ее взгляде зажглось удивление при виде красавицы Эли, и оно тотчас сменилось облегчением, когда она заметила Ханну. Кейт как будто подумала: Ну, эта мне точно не соперница!
Сама того не заметив, Ханна за обедом умяла целую миску сырного попкорна. И шесть профитролей. И увесистый кусок сыра «Бри», предназначенный для Изабель и отца. Она обхватила руками свой раздувшийся живот, посмотрела на «кубики» Эли и Кейт, и у нее непроизвольно вырвался громкий стон.
– Маленькому поросенку не по себе? – спросил отец Ханны, сжимая мизинец на ее ноге.
Ханна содрогнулась от воспоминаний и ощупала свой теперь уже плоский живот. «Э» – кто бы это ни был – был абсолютно прав. Отец не любил ее больше всех на свете.
– Все в пруд! – закричал Ноэль, отвлекая Ханну от ее мыслей.
Ханна видела, как Шон стягивает с себя футболку и бежит к воде. Ноэль, Джеймс, Мейсон и другие ребята тоже скинули одежду, но Ханна равнодушно смотрела на них. Это была ночь, когда можно было увидеть самых горячих парней Роузвуда с голыми торсами… и все-таки.
– Надо же, один другого лучше, – пробормотала оказавшаяся рядом с ней Фелисити Макдауэлл, смешивая текилу с виноградной фантой. – Ты согласна?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
